Книжный каталог

Панкевич М. Гормон Радости

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Панкевич М. Гормон радости Панкевич М. Гормон радости 240 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Стратегия братана. Плакат Стратегия братана. Плакат 654.5 р. ozon.ru В магазин >>
"Стратегия братана. Плакат со скретч-слоем в тубусе" "Стратегия братана. Плакат со скретч-слоем в тубусе" 973 р. book24.ru В магазин >>
Панкевич В. Азбука. Цирк зверей Панкевич В. Азбука. Цирк зверей 27 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Мария Панкевич Гормон радости Мария Панкевич Гормон радости 129 р. litres.ru В магазин >>
Relaxmat Массажная подушка, цвет: серый, графитовый Relaxmat Массажная подушка, цвет: серый, графитовый 4419 р. ozon.ru В магазин >>
Relaxmat Массажная подушка, цвет: зеленый, графитовый Relaxmat Массажная подушка, цвет: зеленый, графитовый 4419 р. ozon.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Российская литературная премия Национальный бестселлер - Мария Панкевич Гормон радости

"Национальный бестселлер" - 2015

Стартовал восемнадцатый премиальный сезон

Ежегодная общероссийская литературная премия. Вручается в Санкт-Петербурге за лучшее, по мнению жюри премии, прозаическое произведение,

написанное на русском языке в течение календарного года.

Дмитрий Провоторов

Мария Панкевич "Гормон радости"

«Гормон радости» Марии Панкевич – это «Воскресение» Льва Толстого, но только немножко наоборот. Как если бы Нехлюдов был второстепенным (или третьестепенным) персонажем, а Маслова – основным, и повествование велось от ее лица. И еще композиция выстроена иначе – в конце начало, в начале конец.

В конце Мария снова пошлет привет Льву Николаичу, у него в финале Нехлюдов открывает Евангелие, подаренное ему англичанином, а Мария цитирует Псалом 90.

Но это в финале. А сначала в повести описывается тюрьма, потом обстоятельства, благодаря которым героиня в тюрьму попадает. Мне эта (условно - предтюремная) часть понравилась значительно меньше, чем тюремная. Хотя и там есть отличные моменты; работа в «вэб-блядюжнике» и стремительный вылет с этой работы, или один из кавалеров – маргарин по имени Сережа: «Полетели за границу! Ты же нигде не была. Да я разведен, бля буду! Соседние номера. Не веришь? Да я романтик! Ну как там в фильмах делают… Девушка, принесите нам глобус. Щас ты у меня в какую-нибудь страну да тыкнешь… Как нет глобуса в кабаке? А карта мира есть?» И еще несколько довольно веселых моментов. От Сережи героиня, подобно Колобку, убегает/укатывается навстречу новым приключениям, впрочем, как и от предыдущих ухажеров. Ну а вскоре - «вскоре я нашла Его — обаятельного пиздобола на белой «бэхе», себе на беду, людям на потеху. И познакомились мы совсем не в Рунете, а на концерте группы “Мультфильмы”…» Далее описывается совместная жизнь с этим самым Егоркой; секс, спиды, колеса, редбул, побои и прочие радости молодости. А после героиня попадает в ИВС. Причем не вполне понятно, за что. Можно предположить, что за наркотики. Так и предположим.

Сцеплены две части истории «любовной перепиской». Героиня, находясь в тюрьме, переписывается с новым возлюбленным. Я не буду пересказывать содержание этих эпистол, они, как и большинство писем такого жанра, наивны и трогательны.

Ну и наконец тюремная часть повести, на мой взгляд – лучшая. В этой части воспоминания о детстве перемежаются историями зечек. По-моему это самый крутняк. Не знаю, сколько в этих рассказах выдуманного, а сколько действительно происходившего, но они воспринимаются как совершенно реальные, живые, истекающие настоящей кровью. Чего стоит глава про тетку по имени Петруха. Здесь надо бы что-то из описываемого процитировать, но не буду, это лучше читать целиком.

Процитирую из той же части, но из детской истории: «Помимо музыки, в первом классе я занималась фехтованием, акробатикой и ходила в бассейн. Чувство хронической усталости у меня появилось еще тогда, как и синяки под глазами, а радовало только фехтование. Тренер выдал рапиру, с которой я постоянно пыталась свинтить наконечник, чтобы кого-нибудь победить по-настоящему. Мне казалось, что такие бои, без крови — хуйня и профанация». слову, мне и по сей день так кажется. И эта книжка – это попытка, пусть местами и неуклюжая, и не вполне удавшаяся, но безусловно искренняя, фехтовать с читателем именно так – с отвинченным от рапиры наконечником, чтоб все по чесноку. И это здорово.

Читайте, ?н?е? ?с?с?ы?т?е? , никто вам глаз не выколет.

Другие рецензии на книгу

«Все свободны», Санкт-Петербург

© 2018 - Премия "Национальный бестселлер"

Все права защищены.

Российская национальная премия "Национальный бестселлер" - 2018

Источник:

www.natsbest.ru

Новости дня: Тюрьма - в женском роде - Свободная Пресса - Новости сегодня, 27 сентября 2015 Фото

Тюрьма «в женском роде» Игорь Бондарь-Терещенко о дебютном романе Марии Панкевич

Говорят, эта книга впервые в русской, если не в мировой литературе рассказывает о женской «хате». Ну, то есть о жизни в «бабской» камере. Известные персонажи нашей скандальной современности, в принципе, могли бы написать об этом из первых, что называется, рук, да вот не пишут, а свято место, как известно, пусто не бывает.

Тем временем, автор романа «Гормон ярости» — личность отнюдь не скандальная, и даже не сидела. Это в мужской прозе, знаете, сие обязательно, поскольку неубедительно в описательном смысле выходит. А здесь — родилась в Ленинграде, училась во французской гимназии и философском лицее, получила неполное высшее образование по специальности «Тележурналистика» в СПбГУКИТ, окончила журфак СПбГУ, кафедру периодической печати…

И тем не менее, дебютный роман «Гормон радости» Марии Панкевич вошёл в лонг-лист премии «Национальный бестселлер-2015», что, конечно же, не отменяет ни его «краткой» успешности, ни разговора о нем как явлении в современной литературе.

В принципе, если сильно напрячься и вспомнить перестроечную прозу Валерии Нарбиковой, после собраться с духом и заглянуть в чернушную пропасть Софьи Купряшиной, и потом уж вовсе расслабиться и полистать на досуге книжки замечательной Анны Козловой, то в результате можно сложить пазл и заполнить жанровые клетки с обложки романа Панкевич.

Но у Нарбиковой, вспомним, сплошная метафизика и футуризм; Козлова, все-таки, больше про суку-любовь и арабские эмираты, а Купряшина тяготеет и к тому, и к другому, но больше в коммунальном изводе нашей жизни. А тут — про тюрьму, по крайней мере, в двух первых разделах книги. И не просто про тюрьму, а сначала про подготовку к ней, когда героиня романа пьет и курит все подряд, ворует деликатесы под заказ для ресторанчиков и отбирает мобильники у школяров. После про суд, на котором она «хотела пояснить судье, что сексуальных контактов между ними не было, и благодетель всего лишь мастурбировал на нее, обнаженную, правда, практически каждый вечер». И потом уж про следственный изолятор. «Лампы гаснут, но ночник остается. В углу без звука работает телевизор. Скребутся мыши. На освещенный телевизором проход между двумя шконками выбегает маленькая крыса. „Наша крыска пришла!“ — чуть слышно говорит старшая и кормит ее сыром». Ну, или про женскую пресс-хату, где «измываются так, что юные девушки за одну ночь превращаются в старух. Обливают кипятком, засовывают швабры в задний проход и разрывают внутренние органы, заставляют мыть деревянный пол сиськами».

Интересно, что все истории, рассказанные в «тюремных» главах романа, в конце слипаются в такой плотный, мягко говоря, нарративный ком, что кажется, будто это все о ней — героине, но, слава Богу, не авторе. Нет, у нее самой, героини то есть, тоже немало косяков в этой жизни, но ведь ей же принадлежат и наиболее лирические, пафосные места в романе. Не только такие, конечно, где «они сидели дома вдвоем, выпивали и беседовали». Хотя, если честно, эта история тоже хороша, в ней, как всегда, «пили много, громко играла музыка». Ну, а потом… «Потом почему-то приехала милиция и стала ломать двери. Наташкин ухарь взял большой нож, вышел из квартиры на лестничную площадку и убил двух милиционеров. Арестовало его прибывшее подкрепление.

Через пару дней звонит Наташе ее отец и спрашивает:

Наташа задумалась. Пауза затягивалась, и она произнесла первое слово, которое почему-то пришло ей в голову:

Папа помолчал в трубку и заметил:

— Да, видели мы с мамой по телевизору, как он ментов фрезерует…"

И неудивительно, что в романе немало «рабочих» пассажей о том, что «это чудовищная несправедливость, людей эта система не исправляет, а калечит, даже самых конченых. Женская тюрьма — это ад, и я в этом аду. Только чувство юмора и спасает, а так я уже придумала миллион способов удавиться». А также хватает прочего чеховского тактильного Сахалина: «К вещам в тюрьме начинаешь относиться совершенно иначе. Если они приходят с воли в передачах — они пахнут так вкусно, воздухом и духами, а не дерьмом и куревом. Самая простая вещь кажется очень красивой. Их перебираешь, когда совсем грустно».

Кстати, если первая и вторая часть книги — о тюрьме (во второй заключенная переписывается с любимым, жирующим на воле), то третья — бесшабашная и безбашенная — о свободе. То бишь, о воле, если уж сверяться с «тюрьмой». Но какова эта воля? Девушка работает в web-студии и «восхищается» абсурдом своей работы: «Я сижу на диване с резиновым хреном под боком в заснеженном Питере, а кто-то в солнечной Калифорнии платит бабки, чтобы на это посмотреть». И как бы ни выделывалась героиня, ежедневно меняющая ухажеров, приходящая накуренная на очередное собеседование и лишенная, как оказалось, того самого гормона радости, но жизнь все равно складывается по Солженицыну. Не жить не по лжи, нет! (Тут хотя бы день трезвой продержаться, а вы говорите). А в том смысле, что есть малая и большая зона, где последняя — все, что нас окружает. Но и тут, пардон за оксюморон, всюду жизнь! Собачья, как водится, но это уж кто на что учился. Даже по специальности «Тележурналистика» в СПбГУКИТ.

Мария Панкевич. Гормон радости. — СПб.: Лимбус Пресс, 2015. — 270 с.

Примадонна опять оказалась в центре громкого скандала

Астана не боится нарушать договоренности с Россией

Мировые державы начинают новый передел Ближнего Востока

Заместитель директора Фонда национальной энергетической безопасности

Политик, общественный деятель

Российский адвокат, политический деятель

Использование материалов без письменного согласия редакции запрещено.

Мнения отдельных авторов могут не совпадать с позицией редакции.

СвободнаяПресса® – свидетельства о регистрации товарных знаков №390722 и №390723 выданы Роспатентом 06.10.2009.

© 2009, АНО «ИнПресс» – свидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС77-34676 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.

Редакция: Автономная некоммерческая организация «Интернет-Пресса» (АНО «ИнПресс» – учредитель)

Распространитель и рекламный агент: ООО «Авторское бюро»

Источник:

svpressa.ru

Гормон радости

LITMIR.BIZ Популярные Наши рекомендации ТОП просматриваемых книг сайта: Гормон радости. Мария Панкевич Информация о произведении:

Год выпуска 2015

Шесть утра. Включаются лампы дневного света на потолке. Из утренней духоты и полумрака выступают сгорбленные женские фигуры неопределенного возраста в ночных рубахах до пола.

Одни наперегонки занимают очередь на деревянных лавках у огороженного шторкой унитаза. Другие нехотя застилают постели. Самые резвые уже курят со вторых этажей кроватей в темные форточки, смотрят в них пустыми глазами: фонари, снег, маленькое деревце и старое здание красного кирпича напротив. Вспоминают сны. Церковь всегда снится к освобождению, говорит цыганка громко; на нее шикают.

Телевизор бубнит ненужные теперь прогнозы и сплетни. Табачный дым ест глаза. Теплый чай, несладкая пшенка на столах. Абсолютное одиночество.

Жужжание – так бывает, когда двадцать два человека пытаются разговаривать тихо.

Раньше сядешь – раньше выйдешь

Раньше сядешь – раньше выйдешь

О том, что эта худенькая малолетка скоро появится в тюрьме, подследственные женщины узнали из новостей. По словам репортера криминальной хроники, Олеся поразила всех цинизмом. На вопрос, сожалеет ли она о совершенных преступлениях, девушка ответила в телекамеру: «Какая теперь разница… Раньше сядешь – раньше выйдешь!»

«Детей на мобильники кидать! У моего ребенка отняли бы телефон, да еще и с ножом, – я бы эту мразь не судила, а сразу придавила!» – горячилась Тетка. Другие возражали: «Да она сама – ребенок! Только восемнадцать исполнилось. Тем более – наркоманка!»

Попав в камеру, Олеся заявила, что во всем созналась, судится в особом порядке и рассчитывает получить реальный срок – на момент ареста она уже находилась на условном. Она оказалась общительной и веселой девчонкой. Несмотря на юный возраст, биография Олеси была полна приключений.

Выросла девочка в детском доме. В подростковом возрасте ее удочерила порядочная и добрая женщина, хотя у Олеськи уже были все вредные привычки, включая зависимость от опиатов.

Новая мама периодически оплачивала Олесе лечение в нарколожках и просила устроиться на работу. Олеся то сбегала от нее к цыганам в табор, то веселилась с мужиками, которые ее обеспечивали. К одному из них она даже испытывала некое подобие уважения, но их отношения прервались. Он стал потерпевшим по ее первому уголовному делу – шестидесятилетний научный работник, обладатель большой квартиры в центре города.

Однажды Олеся проснулась у него дома. Денег у нее не было совсем. Сожителя тоже не было. Пришлось забрать старый мобильный телефон своего благодетеля и все деньги, найденные в квартире. Этого было мало, поэтому девочка сняла со стены картину «Морской пейзаж» и прихватила ее с собой в ломбард. Чтобы спонсор не нервничал, Олеся оставила ему на столе записку: «Мы забрали эту сучку, молись, чтобы она осталась в живых!» К вечеру деньги кончились, Олесе было стыдно перед своим кавалером. Она разбила пивную бутылку у входа в подъезд дома, изрезала себе руки и ноги осколками и окровавленная упала в объятия любимого. Олеся сочинила, что ей удалось вырваться и убежать от похитителей. Но без последствий эта авантюра не осталась: пока Олеси не было, дедушка уже сбегал в прокуратуру. Возбудили дело о похищении человека.

Когда Олеся увидела свою безграмотную записку в руках у следователя и поняла, что плод фантазии превратился в вещественное доказательство, ее разобрал дикий хохот. Следователь без труда распутал это незатейливое преступление. «Морской пейзаж» XIX века вернуть не удалось, а в жизни Олеси появился условный срок.

Престарелый любовник на суде вел себя не слишком адекватно. Дед постоянно перебивал участников процесса конструктивными, на его взгляд, предложениями и затягивал слушание. Требовал лечить Олесю от наркозависимости и аргументированно доказывал судье, что наркомания – это болезнь. Свои тирады он перемежал сожалениями об утраченном навсегда «Морском пейзаже». Стоя в клетке, Олеся краснела и жалела, что вообще связалась с таким идиотом.

Судья даже пригрозила выставить его вон и ехидно поинтересовалась: что может связывать несовершеннолетнюю наркоманку и вполне уважаемого гражданина почтенного возраста? Тот сник. Олеся хотела пояснить судье, что сексуальных контактов между ними не было и благодетель всего лишь мастурбировал на нее, обнаженную, правда, практически каждый вечер. А тот уже мямлил что-то о жалости к сиротке. Выглядело это довольно мерзко, но она решила промолчать.

Получив условный срок, Олеся вернулась к названой матери, но денег ей по-прежнему не хватало – ее доза составляла уже восемь граммов в сутки, а это означает, что каждый день надо где-то отыскать восемь тысяч рублей. Очередной отдых в городской наркологической больнице из угрозы превращался в слишком вероятное ближайшее будущее.

Олеся принялась воровать деликатесы под заказ для ресторанчиков Петроградской стороны. Несмотря на осторожность, в одном из магазинов на выходе ее остановили и отвели в подсобку. Там Олеся получила удар в грудь и упала на каменный пол. Над

Источник:

litmir.biz

Читать книгу «Гормон радости» онлайн — Мария Панкевич — Страница 1

«Гормон радости» — Мария Панкевич

Шесть утра. Включаются лампы дневного света на потолке. Из утренней духоты и полумрака выступают сгорбленные женские фигуры неопределенного возраста в ночных рубахах до пола.

Одни наперегонки занимают очередь на деревянных лавках у огороженного шторкой унитаза. Другие нехотя застилают постели. Самые резвые уже курят со вторых этажей кроватей в темные форточки, смотрят в них пустыми глазами: фонари, снег, маленькое деревце и старое здание красного кирпича напротив. Вспоминают сны. Церковь всегда снится к освобождению, говорит цыганка громко; на нее шикают.

Телевизор бубнит ненужные теперь прогнозы и сплетни. Табачный дым ест глаза. Теплый чай, несладкая пшенка на столах. Абсолютное одиночество.

Жужжание – так бывает, когда двадцать два человека пытаются разговаривать тихо.

Раньше сядешь – раньше выйдешь

Раньше сядешь – раньше выйдешь

О том, что эта худенькая малолетка скоро появится в тюрьме, подследственные женщины узнали из новостей. По словам репортера криминальной хроники, Олеся поразила всех цинизмом. На вопрос, сожалеет ли она о совершенных преступлениях, девушка ответила в телекамеру: «Какая теперь разница… Раньше сядешь – раньше выйдешь!»

«Детей на мобильники кидать! У моего ребенка отняли бы телефон, да еще и с ножом, – я бы эту мразь не судила, а сразу придавила!» – горячилась Тетка. Другие возражали: «Да она сама – ребенок! Только восемнадцать исполнилось. Тем более – наркоманка!»

Попав в камеру, Олеся заявила, что во всем созналась, судится в особом порядке и рассчитывает получить реальный срок – на момент ареста она уже находилась на условном. Она оказалась общительной и веселой девчонкой. Несмотря на юный возраст, биография Олеси была полна приключений.

Выросла девочка в детском доме. В подростковом возрасте ее удочерила порядочная и добрая женщина, хотя у Олеськи уже были все вредные привычки, включая зависимость от опиатов.

Новая мама периодически оплачивала Олесе лечение в нарколожках и просила устроиться на работу. Олеся то сбегала от нее к цыганам в табор, то веселилась с мужиками, которые ее обеспечивали. К одному из них она даже испытывала некое подобие уважения, но их отношения прервались. Он стал потерпевшим по ее первому уголовному делу – шестидесятилетний научный работник, обладатель большой квартиры в центре города.

Однажды Олеся проснулась у него дома. Денег у нее не было совсем. Сожителя тоже не было. Пришлось забрать старый мобильный телефон своего благодетеля и все деньги, найденные в квартире. Этого было мало, поэтому девочка сняла со стены картину «Морской пейзаж» и прихватила ее с собой в ломбард. Чтобы спонсор не нервничал, Олеся оставила ему на столе записку: «Мы забрали эту сучку, молись, чтобы она осталась в живых!» К вечеру деньги кончились, Олесе было стыдно перед своим кавалером. Она разбила пивную бутылку у входа в подъезд дома, изрезала себе руки и ноги осколками и окровавленная упала в объятия любимого. Олеся сочинила, что ей удалось вырваться и убежать от похитителей. Но без последствий эта авантюра не осталась: пока Олеси не было, дедушка уже сбегал в прокуратуру. Возбудили дело о похищении человека.

Когда Олеся увидела свою безграмотную записку в руках у следователя и поняла, что плод фантазии превратился в вещественное доказательство, ее разобрал дикий хохот. Следователь без труда распутал это незатейливое преступление. «Морской пейзаж» XIX века вернуть не удалось, а в жизни Олеси появился условный срок.

Престарелый любовник на суде вел себя не слишком адекватно. Дед постоянно перебивал участников процесса конструктивными, на его взгляд, предложениями и затягивал слушание. Требовал лечить Олесю от наркозависимости и аргументированно доказывал судье, что наркомания – это болезнь. Свои тирады он перемежал сожалениями об утраченном навсегда «Морском пейзаже». Стоя в клетке, Олеся краснела и жалела, что вообще связалась с таким идиотом.

Судья даже пригрозила выставить его вон и ехидно поинтересовалась: что может связывать несовершеннолетнюю наркоманку и вполне уважаемого гражданина почтенного возраста? Тот сник. Олеся хотела пояснить судье, что сексуальных контактов между ними не было и благодетель всего лишь мастурбировал на нее, обнаженную, правда, практически каждый вечер. А тот уже мямлил что-то о жалости к сиротке. Выглядело это довольно мерзко, но она решила промолчать.

Получив условный срок, Олеся вернулась к названой матери, но денег ей по-прежнему не хватало – ее доза составляла уже восемь граммов в сутки, а это означает, что каждый день надо где-то отыскать восемь тысяч рублей. Очередной отдых в городской наркологической больнице из угрозы превращался в слишком вероятное ближайшее будущее.

Олеся принялась воровать деликатесы под заказ для ресторанчиков Петроградской стороны. Несмотря на осторожность, в одном из магазинов на выходе ее остановили и отвели в подсобку. Там Олеся получила удар в грудь и упала на каменный пол. Над ней возвышалась девушка в тяжелых ботинках с металлическими носами.

«Бабушке на лекарства надо? – спокойно спросила она. – Или на наркотики?»

Дальнейшие минуты казались Олесе бесконечными и состояли из вспышек нечеловеческой боли и тьмы. Девушка молча избивала ее ногами, потом охранник магазина выкинул Олесю на улицу и посоветовал обратиться в милицию.

Гнев и обида кипели в воровке. Пока переломанные ребра не срослись, она отлеживалась дома. Покончив с продуктами, Олеся пересела на велосипед и выдергивала сумки у зазевавшихся девушек и бабушек. Ее объявили в розыск уже несколько районов города, и тогда Олеся вновь переквалифицировалась – принялась отнимать мобильные телефоны у школьников. Вначале она просила отдать трубку по-хорошему. Если школьник ей отдавал телефон, Олеся благодарила и уходила. Если нет – угрожала. Один раз она пыталась забрать телефон у одного хилого школьника, но тот сильно ударил ее по голове сумкой с учебниками, и Олеся еле-еле уползла от него. Нож юная преступница с собой не носила, прекрасно понимая, что это – лишнее. Как правило, школьники равнодушно отдавали трубки и шли домой жаловаться родителям.

Как-то на улице ее узнали по ориентировке оперативники и кинулись за ней в погоню. Олеся описывала это так: «Я бегу, такая красивая, на каблуках, волосы назад…» Один храбрец все-таки ее догнал, за что был искусан. Олеся выла, шипела и орала, и милиционеры решили, что она психически больна.

Еще на опознании потерпевшие ребята отводили от Олеси глаза, а их родители передавали ей в камеру сигареты и шоколад. Оказывается, практически все школьники на допросах в красках описывали, как сильная бабища им угрожала ножом и как они перепугались. Вес Олеси составлял примерно сорок килограммов, роста она была небольшого. А ограбленные школьники были выше ее и крепче физически. Хотя они стали путаться в показаниях насчет ножа, Олеся признала вину полностью, потому что летом в следственном изоляторе было очень душно, а она хотела поскорее оказаться в колонии. Ей дали шесть лет лишения свободы. Олеся напевала блатные песенки и смеялась громче обычного, но во сне плакала. И тут сама прокуратура потребовала пересмотра дела. По их мнению, наказание было слишком жестоким, так как при вынесении приговора суд не учел, что у Олеси ВИЧ.

Дело направили на пересмотр в ином составе суда. Олеся горько смеялась, жаловалась, что небо в клетку ей надоело, и не трепали бы уже нервы. Но все в камере увидели в этом перст судьбы и принялись уверять Олесю, что срок ей непременно снизят. Первое время Олеся не верила, но в ее глазах затеплилась надежда. Девушка давала себе и другим обещания измениться, начала креститься на иконки и перестала скандалить напропалую.

Предыдущий поклонник не оставлял надежды спасти заблудшую душу Олеси и писал ей поучительные письма в изолятор. В них, помимо жалоб на нехватку денег, содержались упреки и воспоминания об их с Олесей совместной жизни. Впрочем, конверт для ответа он вкладывал. Олеся отвечала ему в том же духе: просила прощения, рассказывала о тяготах своей теперешней жизни и делилась своими планами – получить в колонии профессию, отрастить волосы, найти настоящих подруг.

Приговор суд оставил без изменений. Узнав об этом, Олеся закричала: «Суки вы, я так и знала!» – и истерично расхохоталась. До вечера она смотрела мультики у старшей на шконаре. После проверки долго писала приемной матери письмо; опустив голову, курила одну сигарету за другой – и вдруг расплакалась, как маленькая.

К ней подошла Тетка, присела и обняла. Стриженая голова Олеськи уткнулась в ее плечо. И долго они сидели так, молча. А потом погас свет, потому что наступило время отбоя.

Источник:

mybook.ru

Панкевич М. Гормон Радости в городе Магнитогорск

В представленном интернет каталоге вы можете найти Панкевич М. Гормон Радости по доступной цене, сравнить цены, а также изучить иные предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Доставка может производится в любой населённый пункт России, например: Магнитогорск, Ростов-на-Дону, Красноярск.