Книжный каталог

Katie Mulholland

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Some wonen are destined to arouse in men either fierce hatred or insatiable desire. Such a woman was Katie Mulholland. At fifteen, a scullery maid in the house of the Rosires, she had been raped by the master. Now, many years later, she had enough money to maintain three carriages if she wanted to and she was on her way to see Bernard Rosier under very different circumstances. There was no pride in Katie Mulholland's heart, however, only fear, for half of Tyneside still talked about the way she had flouted convention, and sniggered about the way she had made her money. So she had decided that her only hope was to climb above them, and that she would conquer her fear with power . . .

Характеристики

  • Вес
    501
  • Год выпуска
    2014
  • Автор на обложке
    Cookson, Catherine
  • ISBN
    9780552140928
  • Язык издания
    Английский

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Сумка Printio Малхолланд драйв / mulholland drive Сумка Printio Малхолланд драйв / mulholland drive 569 р. printio.ru В магазин >>
Eichholtz Фоторамка "Picture Frame Mulholland XL" Eichholtz Фоторамка "Picture Frame Mulholland XL" 5390 р. thefurnish.ru В магазин >>
Плакат A3(29.7x42) Printio Малхолланд драйв / mulholland drive Плакат A3(29.7x42) Printio Малхолланд драйв / mulholland drive 399 р. printio.ru В магазин >>
Лонгслив Printio Малхолланд драйв / mulholland drive Лонгслив Printio Малхолланд драйв / mulholland drive 1125 р. printio.ru В магазин >>
KATIE GALLAGHER Повседневные шорты KATIE GALLAGHER Повседневные шорты 7550 р. yoox.com В магазин >>
KATIE GALLAGHER Легинсы KATIE GALLAGHER Легинсы 5900 р. yoox.com В магазин >>
Футболка классическая Printio Малхолланд драйв / mulholland drive Футболка классическая Printio Малхолланд драйв / mulholland drive 923 р. printio.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Katie Mulholland

Литература

СССР, 1953 год. Страна трепещет от страха перед одним человеком. О, господи, 5-го мар. »

Для того чтобы освоить технику соблазнения, необходимо знать некоторые тонкости данно. »

Цикл Терри Гудкайнда о Ричарде Сайфере — Искателе Истины. Одна из величайших фэнтези-. »

Не ожидала увидеть своих тут)) »

Как похудеть, не прикладывая усилий? Каждая женщина раз в жизни, но задавалась таким . »

Семь тридцать. Звенит будильник. Опять забыла его отключить, сегодня ведь у меня вы. »

Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.

Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение

Источник:

lady.webnice.ru

Читать онлайн Кэти Малхолланд

Читать онлайн "Кэти Малхолланд. Том 1" автора Куксон Кэтрин - RuLit - Страница 7

А теперь еще эти проклятые дикари на шахте собрались бастовать из-за грубого обращения надсмотрщика. И почему это все беды валятся на его голову? Вот, например, на шахте в Феллинге, всего в нескольких милях отсюда, никогда не случается ничего подобного. Магистрат на днях заявил, что самое подходящее место для бандитов из Джарроу и Хеббурна – под землей, и вообще не надо выпускать их оттуда. И магистрат был прав.

Кэти была готова к выходу. На ней была чистая одежда, на воротничке ее лучшего платья красовалась брошь, которая в свое время принадлежала ее бабушке, густые блестящие волосы прикрывала шляпка с маргаритками, подаренная ей в прошлом году миссис Дэвис. Ее вид был очень опрятным и праздничным.

Девушка расправила юбку, ниспадающую до самых носков ее башмаков, и принялась разглядывать свои руки. Руки у нее были красные и распухшие, с поломанными ногтями, но настолько чистые, насколько только их смогли сделать такими горячая вода, сода и щетка.

Кэти окинула взглядом свой уголок в маленькой комнатке под самой крышей, где она жила вместе с Дотти Блэк, другой судомойкой, проверяя, все ли здесь в порядке, на тот случай, если миссис Дэвис решит заглянуть к ней. Удовлетворенная осмотром, она спустилась этажом ниже и, предварительно постучавшись, вошла в комнату экономки.

На экономке сейчас не было белого крахмального чепчика, и Кэти она показалась смешной без этой привычной детали ее наряда. Седеющие волосы женщины были аккуратно зачесаны назад, ее круглое румяное лицо покрывала мелкая сеть морщин, но тело ее было худым и подтянутым, как у молодой девушки. При виде Кэти экономка улыбнулась и шагнула ей навстречу.

– О, ты выглядишь так мило и опрятно, Кэти, – похвалила она, протягивая руку, чтобы обнять девушку.

Она не стала говорить: «Ты выглядишь красиво». Всякий раз, поговорив с этой на редкость красивой девочкой, вынужденной работать не покладая рук и живущей в нищете, миссис Дэвис опечаливалась – Кэти была достойна лучшей участи, нежели та, которая выпала на ее долю. Дотронувшись до броши на воротничке Кэти, экономка добавила:

– Она тебе к лицу. Ты выглядишь сегодня великолепно, Кэти.

Кэти поблагодарила миссис Дэвис немного застенчивой улыбкой, которая обнажила ее ровные белые зубы. Экономка улыбнулась в ответ и погладила девушку по щеке. На щеках у Кэти играл легкий румянец цвета топленых сливок, а кожа у нее была удивительно чистая и гладкая, как шелк. В этой девушке все было красиво, но именно глаза делали ее красоту такой яркой и необычной. В ее огромных зеленых глазах, обрамленных длинными пушистыми ресницами, таилось что-то особенное – их взгляд, казалось, говорил о бесконечности звездного неба. Никогда в жизни миссис Дэвис не видела, ни у кого таких глаз. В дополнение ко всему, у Кэти были дивные волосы – темно-каштановые, волнистые пряди отливали золотом.

За последние месяцы Кэти заметно выросла и оформилась, превратившись из девочки-подростка во взрослую девушку. Она все еще была слишком худа, но теперь ее тело стало женственным и грациозным, к тому же у нее заметно увеличилась грудь. Миссис Дэвис дотронулась до воротничка девушки и спросила:

– Ты надежно спрятала деньги?

– Да, миссис Дэвис, – кивнула Кэти. – Я положила их в кошелек, а кошелек приколола за корсаж платья.

– Молодец, Кэти. А теперь подожди минутку, у меня здесь припасено кое-что для тебя.

Миссис Дэвис подошла к комоду и достала из верхнего ящика несколько небольших плоских свертков. Кэти приподняла подол своего платья, и экономка спрятала свертки в два боковых кармана, пришитых к изнаночной стороне ее нижней юбки.

– Вот это, – сказала она, держа перед Кэти два маленьких пакетика, – чай и сахар. Они из моего личного пайка.

– О, да, миссис Дэвис, я знаю, я знаю, – Кэти поспешила уверить свою благодетельницу, что она ни в коем случае не подумала, что та могла стащить эти продукты из хозяйских запасов.

– А это ветчина и язык, они остались с моего вчерашнего ужина, – продолжала миссис Дэвис, показывая Кэти свертки. – Это мой сегодняшний пудинг, а здесь несколько кусочков каплуна.

Кэти заметила, что сверток с каплуном был самым большим. Она вспомнила, как повариха жаловалась вчера вечером, что так мало еды вернулось на кухню с хозяйского ужина, после того как объедки с их стола побывали в комнате у экономки. Благодарность переполнила ее сердце, когда она подумала, что миссис Дэвис приберегла все это для нее.

– Ну а теперь можешь идти, – экономка ласково дотронулась до ее щеки. – Передай от меня привет маме и скажи ей, что я очень довольна тобой, потому что ты прекрасно справляешься со своими обязанностями, и вообще, ты замечательная девочка.

– О, миссис Дэвис! Благодарю вас, миссис Дэвис. Я передам это маме, обязательно передам. И… спасибо вам за все.

Последние слова Кэти произнесла шепотом. Миссис Дэвис склонила голову набок, с нежностью глядя на Кэти, потом легонько подтолкнула ее к двери.

– Возвращайся к шести, – напомнила она.

– Да, миссис Дэвис. Я обязательно вернусь к шести.

– Вот и умница. И не надейся на попутные повозки, рассчитывай только на себя. Выйди из дома вовремя.

– Я выйду вовремя, миссис Дэвис. До свидания, миссис Дэвис, и еще раз спасибо. Огромное вам спасибо.

– До свидания, дитя мое.

День был жарким, небо – голубым и высоким. Выйдя с территории усадьбы через задние ворота, Кэти пустилась бегом вдоль расщелины и бежала до тех пор, пока не взмокла от пота. Тогда она, переведя дыхание, продолжала свой путь шагом, время от времени тихонько хихикая от переполнявшего ее счастья. Однажды она даже рассмеялась во весь голос, но тут же зажала ладонью рот и с опаской огляделась по сторонам.

Тропа, проходящая по краю расщелины, вывела ее на широкую дорогу, идущую в гору. Дойдя до вершины холма, Кэти остановилась. По пути домой она всегда останавливалась на минутку на холме, потому что отсюда открывался прекрасный вид: справа и слева зеленели бескрайние поля и луга, а вдали, у самой линии горизонта, виднелось темное неясное пятно – Джарроу. Еще была видна река. Она могла различить на фоне неба хрупкие очертания корабельных мачт и толстые трубы пароходов.

Теперь она снова бежала, бежала до тех пор, пока не увидела первые ряды выбеленных коттеджей, а это означало, что не позже чем через три минуты она будет дома.

Деревня состояла из восьми рядов двухкомнатных домов, по двадцать коттеджей в каждом. Коттедж Малхолландов двенадцатый в первом ряду. К дому вела узенькая дорожка, которая в дождливую погоду превращалась в грязное месиво.

Коттеджи первого и последнего рядов были открыты всем ветрам, что в жаркие летние дни – большое преимущество: в них всегда сохранялась прохлада. Этого, однако, нельзя было сказать о зимних месяцах, когда на них обрушивались холодные ветры с полей. А на первый ряд, в котором находился коттедж Малхолландов, стекала также вся дождевая вода с холмов. Но сегодня день был сухим и жарким. Грязи не было – были только солнце, пыль и едкий запах навоза, пропитывающий воздух.

Кэтрин Малхолланд поджидала дочь на пороге коттеджа. Завидев вдалеке ее хрупкую фигурку, она едва удержалась от того, чтобы не броситься навстречу. Но ей не хотелось привлекать внимание соседей, а потому она осталась стоять в дверях, ожидая приближения дочери.

Соседи постоянно обсуждали Кэти, высказывая свое удивление по поводу того, что дочь Малхолландов всякий раз возвращается домой, когда у нее выдаются свободные полдня. Им казалось странным, что эту девочку, работающую в роскошном и комфортабельном доме Розье, все еще тянет в грязный тесный коттедж ее родителей. В особенности удивлялись те, чьи дочери работали на веревочном производстве или, еще хуже, соскабливали окалину с котлов на красильной фабрике. В представлении этих людей положение Кэти, которая служила в господском доме, было достойно зависти. И Кэтрин прекрасно понимала соседей, она сама никогда не переставала радоваться, что ее дочь получила работу у Розье, – ведь она помнила, как маленькая Кэти скоблила котлы до тех пор, пока у нее не начинали кровоточить пальцы.

Источник:

www.rulit.me

Читать Кэти Малхолланд

Katie Mulholland

– Мне не нравится быть замужем, мама.

– Ты сама не знаешь, что говоришь, дитя мое.

– Знаю, мама, и я не хочу возвращаться к нему… Я не вернусь к нему. Агнес Розье крепко сомкнула веки, прервав, таким образом, созерцание своего лица в зеркале, а заодно избавив себя, от другого лица – банального, неприметного лица своей семнадцатилетней дурнушки дочери.

Всего лишь три месяца назад она сидела на этом же самом стуле, смотрела на себя в зеркало и говорила: «Спасибо тебе, о Господи». Говорила с благоговейным почтением, как и подобает доброй христианке, благодаря Всевышнего за то, что Он устроил судьбу ее дочери – дочери, которая, казалось, будет ей обузой до конца дней. Но Всевышний услышал молитвы матери и послал ей мистера Арнольда Нобля.

Мистер Нобль был мужчиной в расцвете лет, вдовцом с двумя детьми. Агнес Розье предпочитала не размышлять о том, что же могло пленить этого джентльмена в ее дочери, за какие скрытые достоинства, он мог полюбить такую невзрачную девушку. Ни лицо Терезы, ни ее манеры не были ни в коей мере, привлекательны. Агнес знала, есть и некрасивые женщины, которые, однако, не лишены определенной доли обаяния, – но ее дочь. Как могла ее дочь уродиться такой, было выше ее понимания, потому что сама Агнес – красивая женщина и ее первый сын унаследовал ее красоту, второму сыну тоже передалась часть ее черт. Тереза же походила на отца, по крайней мере, внешне, в кого она удалась характером, было загадкой. Где это видано, чтобы дочь шахтовладельца посещала митинги чартистов? Все думали, что с чартистами покончено, когда в 1855 году умер этот безумец О'Коннор. А сейчас группа чартистов пыталась возобновить движение в Ньюкасле, и их дочь присутствовала на митинге, а потом имела наглость заявить о своих взглядах за обеденным столом. Чтобы семнадцатилетняя девушка дерзила собственному отцу – уже само по себе неслыханно! Но чтобы она высказывала вслух мнения, противоречащие его интересам, – это столь чудовищно, что Агнес испугалась, как бы с мужем не случился удар. И в дополнение ко всему прочему брат выследил Терезу в полях за три мили от дома, когда та разговаривала с группой выселенных из деревни шахтеров, с этими смутьянами, которые походили скорее на дикарей или скотов, чем на людей. Гнев, овладевший Бернардом при виде сестры, опустившейся до такой степени, мало в чем уступал гневу его отца. Как он сам потом рассказал, он схватил Терезу и затолкнул ее в экипаж. Мистер Розье запер дочь в ее комнате на две недели, в то время как ей, матери, пришлось выслушивать его злобные излияния. Что за ребенка, спрашивал он, она ему родила? Змею! Самую настоящую змею… Но тут Бог послал мистера Нобля, чтобы избавить их от этого наказания.

Агнес пребывала в сильнейшем нервном напряжении до той самой минуты, когда брачная церемония закончилась и молодые уехали в свадебное путешествие. Тогда, на радостях, она выпила три бокала шампанского, один за другим – никогда в жизни она не делала ничего подобного, – а потом от души наслаждалась общением с гостями. Она запомнила очень мало из того, что произошло после двух часов ночи, но помнила, что гости единодушно признали прием действительно удавшимся.

И вот теперь дочь приехала домой, чтобы присутствовать на бале, устроенном в честь помолвки своего старшего брата, и смеет заявлять, что больше не вернется к мистеру Ноблю.

Агнес открыла глаза и увидела лицо, смотрящее на нее из зеркала. Лицо дочери было худым, со впалыми щеками, с тонкими губами, узкими бровями. Жидкие светло-каштановые волосы были так крепко завязаны сзади, что кожа на лбу натянулась, и это зрелище вызывало жалость. И как безобразен ее большой острый нос! Нос выдавался вперед – он был характерной чертой всех представителей семейства Розье, чертой, которую Агнес всегда считала постыдной.

Ее муж был награжден в точности таким же носом, который передался ему от отца. Отец мужа сменил фамилию Розенберг на Розье, однако не смог избавить своих потомков от этого обличающего признака, указывающего на их происхождение.

Агнес не нравилось лицо дочери; ничто в Терезе не нравилось ей. Мысль, что этот несносный взрослый ребенок опять будет жить с ними, заставила ее резко обернуться к дочери.

– Послушай меня, Тереза. Ты теперь замужняя женщина, и у тебя есть обязательства, от которых ты не можешь отступиться.

– Я уже говорила тебе, мама. Мне не нравится…

Агнес Розье назидательно подняла руку и процедила сквозь зубы:

– Тебе и не должно это нравиться. Тебя удивит, если я тебе скажу, что мало какая женщина получает от этого удовольствие?

Их взгляды встретились, и в течение некоторого времени мать, и дочь вызывающе смотрели друг на друга. Агнес Розье, овладев, наконец, собой, облизнула губы и спросила:

– Нет. Я люблю детей.

– Он… Может, он экономит на тебе? Мне он показался щедрым человеком.

– Он, в самом деле, щедрый.

Агнес посмотрела на свои руки, лежащие одна поверх другой на коленях, прикрытых нижней юбкой из тафты. Ей не хотелось задавать дочери вопрос, на который она заранее знала ответ. Но, даже если она не спросит ее, дочь все равно скажет ей об этом, а Агнес, так же, как и ее муж, не одобряла привычки дочери свободно высказываться на любую тему. Следовало дать понять Терезе, что ситуация держится под контролем.

– Что именно тебе не нравится в браке? – спросила она и опустила глаза в ожидании ответа.

Ответ был краток и лаконичен; он заставил Агнес вздрогнуть, хотя она и предчувствовала, что речь пойдет именно об этом.

– Тереза! – Агнес смотрела на дочь широко раскрытыми возмущенными глазами. – Мы ведь уже обсуждали это месяц назад. И я дала тебе мой совет. Я… я посоветовала тебе… – Она осеклась, не в силах говорить об этом, глядя на дочь. Повернувшись к туалетному столику, принялась рыться в драгоценностях на серебряном подносе, словно в поисках чего-то, а тем временем продолжала:

– Я посоветовала тебе позволить мистеру Ноблю делать так, как он хочет, покориться ему, что бы он с тобой ни делал. Я… я же говорила тебе. – Она посмотрела в зеркало на бледное лицо девушки, стоящей за ее спиной. – Ты потом привыкнешь к этому. Пока… пока это происходит, ты просто отключись, думай о чем-то другом.

– Я никогда не привыкну к этому. Мне это противно, я это ненавижу. Я больше не собираюсь это терпеть.

– Тереза! – Агнес вскочила на ноги. – Прекрати нести вздор! Где ты собираешься жить, если уйдешь от мистера Нобля?

– Я… я думала, что могу вернуться сюда – разве не так?

– Ты хочешь сказать, ты не позволишь мне жить с вами?

– Не я, а твой отец. Он ни за что не позволит тебе уйти от мистера Нобля.

– А что, если я уйду без его позволения? Что, если возьму и уйду? Мне назначено сто фунтов в год на содержание. Я смогу прожить одна.

– Не говори глупостей, дитя мое. Как ты собираешься жить на сто фунтов в год после той жизни, к которой ты привыкла? И в любом случае ты несовершеннолетняя.

– Ты, кажется, забыла, мама, что я замужняя женщина. Я вправе распоряжаться собой.

Агнес выпрямилась во весь свой высокий рост. Возвышаясь над дочерью, сжала руки в кулаки и прижала их к бокам.

– Ты хочешь навлечь позор на нашу семью, Тереза? Ты опозоришь нас на всю округу, если уйдешь от мужа. И именно сейчас, в этот самый важный, все определяющий момент… – Она глубоко вздохнула и, слегка наклонившись к дочери, взмолилась, решив сменить гнев на милость:

– Пожалуйста… Пожалуйста, Тереза, не предпринимай ничего до бракосочетания твоего брата. Пообещай мне это. Твой отец не переживет, если что-то помешает браку Бернарда, он так рассчитывает на этот союз! И в самом деле, будущее нашей семьи зависит от нашего слияния с Тэлфордами. Я… я ведь объясняла тебе еще много недель назад, каково наше финансовое положение. У твоего отца и так сейчас уйма неприятностей, поэтому прошу тебя, если ты действительно собираешься что-то предпринять, подожди. Ради меня подожди.

Источник:

litlife.club

Читать книгу Кэти Малхолланд

Кэти Малхолланд. Том 1

СОДЕРЖАНИЕ. СОДЕРЖАНИЕ

– Мне не нравится быть замужем, мама.

– Ты сама не знаешь, что говоришь, дитя мое.

– Знаю, мама, и я не хочу возвращаться к нему… Я не вернусь к нему. Агнес Розье крепко сомкнула веки, прервав, таким образом, созерцание своего лица в зеркале, а заодно избавив себя, от другого лица – банального, неприметного лица своей семнадцатилетней дурнушки дочери.

Всего лишь три месяца назад она сидела на этом же самом стуле, смотрела на себя в зеркало и говорила: «Спасибо тебе, о Господи». Говорила с благоговейным почтением, как и подобает доброй христианке, благодаря Всевышнего за то, что Он устроил судьбу ее дочери – дочери, которая, казалось, будет ей обузой до конца дней. Но Всевышний услышал молитвы матери и послал ей мистера Арнольда Нобля.

Мистер Нобль был мужчиной в расцвете лет, вдовцом с двумя детьми. Агнес Розье предпочитала не размышлять о том, что же могло пленить этого джентльмена в ее дочери, за какие скрытые достоинства, он мог полюбить такую невзрачную девушку. Ни лицо Терезы, ни ее манеры не были ни в коей мере, привлекательны. Агнес знала, есть и некрасивые женщины, которые, однако, не лишены определенной доли обаяния, – но ее дочь. Как могла ее дочь уродиться такой, было выше ее понимания, потому что сама Агнес – красивая женщина и ее первый сын унаследовал ее красоту, второму сыну тоже передалась часть ее черт. Тереза же походила на отца, по крайней мере, внешне, в кого она удалась характером, было загадкой. Где это видано, чтобы дочь шахтовладельца посещала митинги чартистов? Все думали, что с чартистами покончено, когда в 1855 году умер этот безумец О'Коннор. А сейчас группа чартистов пыталась возобновить движение в Ньюкасле, и их дочь присутствовала на митинге, а потом имела наглость заявить о своих взглядах за обеденным столом. Чтобы семнадцатилетняя девушка дерзила собственному отцу – уже само по себе неслыханно! Но чтобы она высказывала вслух мнения, противоречащие его интересам, – это столь чудовищно, что Агнес испугалась, как бы с мужем не случился удар. И в дополнение ко всему прочему брат выследил Терезу в полях за три мили от дома, когда та разговаривала с группой выселенных из деревни шахтеров, с этими смутьянами, которые походили скорее на дикарей или скотов, чем на людей. Гнев, овладевший Бернардом при виде сестры, опустившейся до такой степени, мало в чем уступал гневу его отца. Как он сам потом рассказал, он схватил Терезу и затолкнул ее в экипаж. Мистер Розье запер дочь в ее комнате на две недели, в то время как ей, матери, пришлось выслушивать его злобные излияния. Что за ребенка, спрашивал он, она ему родила? Змею! Самую настоящую змею… Но тут Бог послал мистера Нобля, чтобы избавить их от этого наказания.

Агнес пребывала в сильнейшем нервном напряжении до той самой минуты, когда брачная церемония закончилась и молодые уехали в свадебное путешествие. Тогда, на радостях, она выпила три бокала шампанского, один за другим – никогда в жизни она не делала ничего подобного, – а потом от души наслаждалась общением с гостями. Она запомнила очень мало из того, что произошло после двух часов ночи, но помнила, что гости единодушно признали прием действительно удавшимся.

И вот теперь дочь приехала домой, чтобы присутствовать на бале, устроенном в честь помолвки своего старшего брата, и смеет заявлять, что больше не вернется к мистеру Ноблю.

Агнес открыла глаза и увидела лицо, смотрящее на нее из зеркала. Лицо дочери было худым, со впалыми щеками, с тонкими губами, узкими бровями. Жидкие светло-каштановые волосы были так крепко завязаны сзади, что кожа на лбу натянулась, и это зрелище вызывало жалость. И как безобразен ее большой острый нос! Нос выдавался вперед – он был характерной чертой всех представителей семейства Розье, чертой, которую Агнес всегда считала постыдной.

Ее муж был награжден в точности таким же носом, который передался ему от отца. Отец мужа сменил фамилию Розенберг на Розье, однако не смог избавить своих потомков от этого обличающего признака, указывающего на их происхождение.

Агнес не нравилось лицо дочери; ничто в Терезе не нравилось ей. Мысль, что этот несносный взрослый ребенок опять будет жить с ними, заставила ее резко обернуться к дочери.

– Послушай меня, Тереза. Ты теперь замужняя женщина, и у тебя есть обязательства, от которых ты не можешь отступиться.

– Я уже говорила тебе, мама. Мне не нравится…

Агнес Розье назидательно подняла руку и процедила сквозь зубы:

– Тебе и не должно это нравиться. Тебя удивит, если я тебе скажу, что мало какая женщина получает от этого удовольствие?

Их взгляды встретились, и в течение некоторого времени мать, и дочь вызывающе смотрели друг на друга. Агнес Розье, овладев, наконец, собой, облизнула губы и спросила:

– Нет. Я люблю детей.

– Он… Может, он экономит на тебе? Мне он показался щедрым человеком.

– Он, в самом деле, щедрый.

Агнес посмотрела на свои руки, лежащие одна поверх другой на коленях, прикрытых нижней юбкой из тафты. Ей не хотелось задавать дочери вопрос, на который она заранее знала ответ. Но, даже если она не спросит ее, дочь все равно скажет ей об этом, а Агнес, так же, как и ее муж, не одобряла привычки дочери свободно высказываться на любую тему. Следовало дать понять Терезе, что ситуация держится под контролем.

– Что именно тебе не нравится в браке? – спросила она и опустила глаза в ожидании ответа.

Ответ был краток и лаконичен; он заставил Агнес вздрогнуть, хотя она и предчувствовала, что речь пойдет именно об этом.

– Тереза! – Агнес смотрела на дочь широко раскрытыми возмущенными глазами. – Мы ведь уже обсуждали это месяц назад. И я дала тебе мой совет. Я… я посоветовала тебе… – Она осеклась, не в силах говорить об этом, глядя на дочь. Повернувшись к туалетному столику, принялась рыться в драгоценностях на серебряном подносе, словно в поисках чего-то, а тем временем продолжала:

– Я посоветовала тебе позволить мистеру Ноблю делать так, как он хочет, покориться ему, что бы он с тобой ни делал. Я… я же говорила тебе. – Она посмотрела в зеркало на бледное лицо девушки, стоящей за ее спиной. – Ты потом привыкнешь к этому. Пока… пока это происходит, ты просто отключись, думай о чем- то другом.

– Я никогда не привыкну к этому. Мне это противно, я это ненавижу. Я больше не собираюсь это терпеть.

– Тереза! – Агнес вскочила на ноги. – Прекрати нести вздор! Где ты собираешься жить, если уйдешь от мистера Нобля?

– Я… я думала, что могу вернуться сюда – разве не так?

– Ты хочешь сказать, ты не позволишь мне жить с вами?

– Не я, а твой отец. Он ни за что не позволит тебе уйти от мистера Нобля.

– А что, если я уйду без его позволения? Что, если возьму и уйду? Мне назначено сто фунтов в год на содержание. Я смогу прожить одна.

– Не говори глупостей, дитя мое. Как ты собираешься жить на сто фунтов в год после той жизни, к которой ты привыкла? И в любом случае ты несовершеннолетняя.

– Ты, кажется, забыла, мама, что я замужняя женщина. Я вправе распоряжаться собой.

Агнес выпрямилась во весь свой высокий рост. Возвышаясь над дочерью, сжала руки в кулаки и прижала их к бокам.

– Ты хочешь навлечь позор на нашу семью, Тереза? Ты опозоришь нас на всю округу, если уйдешь от мужа. И именно сейчас, в этот самый важный, все определяющий момент… – Она глубоко вздохнула и,

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Источник:

booksonline.com.ua

Katie Mulholland в городе Уфа

В этом каталоге вы сможете найти Katie Mulholland по разумной стоимости, сравнить цены, а также найти иные предложения в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и рецензиями товара. Транспортировка осуществляется в любой город России, например: Уфа, Астрахань, Тюмень.