Книжный каталог

Владимов, Георгий Николаевич Генерал И Его Армия

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Генерал и его армия голосованием всех председателей жюри премии Русский Букер назван лучшим русским романом последнего десятилетия ХХ века. Наряду с главным вымышленным героем, советским генералом Кобрисовым, в романе действуют многие исторические персонажи, среди которых Сталин, Жуков, Хрущев, Ватутин... Особое внимание писателя привлекают фигуры немецкого генерала Гудериана и русского генерала-изменника Власова. Столкновение воль и характеров, пересечение военных судеб трех генералов придают роману особую глубину и достоверность. Очень значительная книга. От первых же страниц удовлетворение: настоящая литература... За необъятную тему советско-германской войны Владимов взялся не только как художник, но и как самый ответственный историк (Александр Солженицын).

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Георгий Владимов Генерал и его армия Георгий Владимов Генерал и его армия 142 р. ozon.ru В магазин >>
Владимов Г. Генерал и его армия Владимов Г. Генерал и его армия 148 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Георгий Владимов Генерал и его армия. Лучшие произведения в одном томе Георгий Владимов Генерал и его армия. Лучшие произведения в одном томе 525 р. ozon.ru В магазин >>
Владимов Г. Генерал и его армия. Лучшие произведения в одном томе Владимов Г. Генерал и его армия. Лучшие произведения в одном томе 535 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Георгий Владимов Генерал и его армия Георгий Владимов Генерал и его армия 239 р. litres.ru В магазин >>
Bondibon Терракотовая армия Bondibon Терракотовая армия "Генерал и лучник" 472 р. mytoys.ru В магазин >>
Дмитрий Николаевич Бантыш-Каменский Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов Дмитрий Николаевич Бантыш-Каменский Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов 0 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Георгий Владимов: биография

Георгий Владимов: биография. Роман "Генерал и его армия"

Георгий Владимов – писатель, литературный критик. Самыми значимыми произведениями этого автора является роман «Генерал и его армия», повести «Верный Руслан» и «Большая руда». Каковы отзывы об этих книгах? В чем особенность прозы Владимова?

Владимов Георгий Николаевич родился в 1931 году. Отец и мать были филологами. Будущий писатель рано осиротел. После смерти родителей воспитывался в семье писателя Дмитрия Стонова.

Георгий Владимов окончил юридический факультет, однако после получения диплома решил посвятить себя литературе. В начале семидесятых его критические статьи приобрели известность. В эти же годы обязанности редактора журнала «Новый мир» выполняет Георгий Владимов.

Биография этого писателя тесно связана с социально-политическим положением, царившем в стране в брежневскую эпоху. Как известно, эти годы были неблагоприятны для творчества авторов, предпочитающих поднимать в своих сочинениях острые вопросы.

Раннее творчество

В 1960 году, после посещения Курской магнитной аномалии, Георгий Владимов написал повесть, вызвавшую резонанс в обществе. Произведение называется «Большая руда». В годы, когда была создана повесть, среди советских интеллигентов уже стала проявляться некоторая оппозиция. Она имела скрытый характер и выражалась, как правило, в чтении и обсуждении литературы, не соответствующей советской идеологии. В программу так называемых шестидесятников вошла и «Большая руда».

Следующее произведение Георгий Владимов опубликовал лишь через девять лет. «Три минуты молчания» – именно так называется вторая повесть автора, который в конце шестидесятых уже относился к категории «запрещенных», – полностью была издана спустя тридцать пять лет после написания. Произведение имеет исповедальный характер. В книге отражены будни рыболовного лайнера. Прежде чем написать повесть, писатель несколько месяцев проработал матросом на мурманском сейнере.

«Верный Руслан»

Манера письма Владимова была оценена критиками. Особенности его прозы – достоверность, лиричность, обличительные мотивы. В 1975 году вышла в свет повесть «Верный Руслан». Рассказ о преданном охраннике советского лагеря был опубликован впервые в ФРГ.

Книга повествует о том, как собака охраняет человека от себя подобных. О том, как она контролирует жизнь одних двуногих, находящихся под надзором других. Владимов рассказал о трагичности времени, в котором жил. Но сделал это под особым ракурсом.

Запрещенная деятельность

Стремление Владимова осветить темы, на которые в советском обществе говорить было опасно, привело к тому, что его исключили из Союза писателей. Литературная и общественная деятельность на этом, безусловно, не закончилась.

Писатель в конце семидесятых руководил организацией, запрещенной в стране. Называлось это объединение «Международная амнистия». Как и другие советские авторы, которых отказывались издавать на родине, герой этой статьи публиковал свои сочинения за рубежом. А в 1982 году, дабы избежать ареста, писатель Георгий Владимов эмигрировал.

Стоит больше внимания уделить книге, которая уже упоминалась в статье. В 1994 году завершил написание самого знаменитого произведения Георгий Владимов. «Генерал и его армия» – нашумевший роман. Споры о достоверности фактов, которые легли в основу этого произведения, критики ведут и сегодня.

«Генерал и его армия»

За этот роман автор был удостоен Букеровской премии. Перед присуждением награды вокруг книги велись литературные диспуты. Вызваны они были тем, что в произведении Владимова война освещена с необычной точки зрения. Один из критиков отметил, что мнение о книге ошибочное. Впечатление о том, что действия романа происходят в Советском Союзе в начале сороковых годов, обманчиво. Ведь отечественной истории неизвестен генерал по имени Кобрисов. Городов Мырятина и Предславля в СССР тоже никогда не было. Роман Владимова, по мнению критика О. Давыдова, вообще, нельзя назвать историческим.

В произведении «Генерал и его армия» изображены психологические проблемы, пристрастия и предрассудки, связанные с судьбой автора. Военные реалии, которые присутствуют в романе, играют роль некоего антуража, оттеняющего несвязанные с ВОВ события из жизни писателя.

По мнению Олега Давыдова, осуждать Владимова за использование недостоверных данных нельзя. Роман «Генерал и его армия» – произведение не историческое, а скорее автобиографическое. Какие вопросы поднял автор в нашумевшей книге?

Героя романа вызывает главнокомандующий. Кобрисов совершил некий проступок, за который должен понести наказание. Но в последний момент ситуация меняется. Его поступок увенчался успехом, и он с радостью возвращается. Таков сюжет книги. Идея ее заключается в том, что есть высший суд. И это, по мнению Давыдова, главная мысль книги. Военные события – лишь фон, с помощью которого писатель выразил свою идею. Впрочем, в книге присутствуют как вымышленные персонажи, так и реальные.

Содержание критической статьи Давыдова, посвященной произведению Владимова, сводится к тому, что историчности в романе нет и не может быть. Тем не менее положительные отзывы читателей основаны именно на своеобразном изображении военных событий.

В эмиграции писатель продолжил литературную и общественную деятельность. Два года проработал в журнале «Грани». В период перестройки его произведения постепенно начали появляться в отечественных журналах.

В 1990 году Владимов восстановил советское гражданство. В начале двухтысячных годов проживал в легендарном писательском поселке на юго-западе столицы. Скончался Владимов Георгий Николаевич в октябре 2003 года. Похоронен писатель в Москве, на кладбище в Переделкино.

Генерал-майор Красной армии Фёдор Иванович Трухин: биография, особенности деятельности и интересные факты

Федор Иванович Трухин – генерал-майор Красной армии, который в годы Великой Отечественной воевал на стороне фашистской Германии. Занимал высокий пост в РОА (Русской освободительной армии) А. А. Власова.ПроисхождениеФедор Иванович Трухин появился на свет 29 февраля 1896 года в семье костромских дворян, которая владела поместьем Паника.

Искусство и развлечения

Георг Тракль: биография и творчество

Георг Тракль – выдающий австрийский поэт, чье творчество было оценено только после смерти. Судьба его была трагична, а жизнь оборвалась в 27 лет. Тем не менее небольшое стихотворное наследие оказало колоссальное влияние на развитие австрийской литературы и посмертно прославило писателя.

Искусство и развлечения

Иэн Макьюэн: творчество, биография. Роман "Искупление"

Иэн Макьюэн – один из представителей современной британской прозы. За роман «Амстердам» этот автор был удостоен престижной Букеровской премии. Однако среди произведений, которые написал Иэн Макьюэн, «Искупление» занимает особое положение. Этот роман не только отличается от прочих стилем и содержанием, но и затрагивает глубоки.

Искусство и развлечения

Георгий Юматов: биография, личная жизнь, фильмы

В марте 2016-го исполнилось девяносто лет со дня рождения культовой звезды советского экрана по имени Георгий Юматов. Фильмы с его участием когда-то собирали у кинотеатров миллионы зрителей. В 1940-1970-х годах он был невероятно популярен. Благодаря своим ролям в кино, молодой человек стал символом благородного и непоколебимого советского офицера, на кото.

Искусство и развлечения

Штиль Георгий Антонович: биография, фильмография

Артист Георгий Штиль не играл громких ролей, не получал престижных наград на кинофестивалях. Однако он присутствовал в кадре многих любимых нами фильмов и демонстрировал своё мастерство, пусть даже и на втором плане. Как сложилась жизнь у мастера эпизодов и какие картины с его участием запомнились зрителям больше всех?Штиль Георгий Антонович: фото.

Искусство и развлечения

Георгий Зотов - биография и творчество

В данной статье мы расскажем, кто такой Зотов Георгий. Книги этого автора, его биография также станут предметом рассмотрения. ОбразованиеГеоргий Зотов является современным российским писателем, работающим в .

Искусство и развлечения

Композитор Гендель Георг Фридрих: биография, творчество

Композитор Г. Гендель - один из выдающихся людей эпохи Просвещения. Именно благодаря ему в музыке появились такие жанры, как опера и оратория. Можно сказать, что этот человек был музыкальным провидцем, потому что предвосхитил появление оперного драматизма и гражданского пафоса, идей, присущих Глюку и Бетховену. Композитор Гендель был чрезвычайно интересны.

Искусство и развлечения

Георгий Гурьянов: биография, личная жизнь, семья

27 февраля 1961 года в семье Константина Федоровича Гурьянова и Маргариты Викентьевны родился сын Георгий Гурьянов. Родители Георгия были по специальности геологами. Рождение ребенка произошло в родильном доме, расположенном в Петроградском районе Ленинграда. Отец будущего музыканта умер в 1993 году, а мать скончалась в 2013 году.ДетствоС .

Искусство и развлечения

Георгий Мартиросян: биография российского актера с армянским корнями

Георгий Мартиросян - один из самых востребованных актером отечественного кинематографа. В его творческой копилке немало ярких и интересных ролей. Хотите узнать, где учился актер? Когда состоялся его кинодебют? Вся информация содержится в статье.

Искусство и развлечения

Актер Георгий Тараторкин: биография, личная жизнь

Актер Георгий Тараторкин знаком зрителям по многим фильмам и спектаклям. Этот человек - настоящий трудоголик. Находясь уже в довольно преклонном возрасте, Георгий Георгиевич продолжает активно заниматься творческой деятельностью.

Источник:

monateka.com

Читать онлайн Генерал и его армия

Читать онлайн "Генерал и его армия. Верный Руслан" автора Владимов Георгий Николаевич Волосевич - RuLit - Страница 43

Спутники генерала готовно хохотнули, но он оборвал их, возвысив голос до командного, глядя сквозь толстые линзы пронзительно-сурово:

— Особых ваших сибирских преимуществ не наблюдаю. Заблудились вы, как малые дети. И благо еще, на противника не вышли походной колонной. Он бы вас отлично сориентировал — в гроб.

Подполковник, противясь распекающему начальству, как это принято в армии — одними пальцами рук в перчатках и пальцами ног в валенках, вытянулся еще попрямее, с потемневшим, построжавшим лицом.

— Прошу, товарищ генерал, указать наше расположение и поставить задачу. Если, конечно, вы — генерал Кобрисов. Если нет — прошу помочь исправить нашу ошибку. — Он поправился: — Мою ошибку.

— Твою, — подтвердил генерал. — А то ты все: «мы» да «мы».

И, отвернувшись, он стал прохаживаться по церковному двору, сцепив руки за спиною. Эта бригада, из двух полков полного состава, то есть верных три тысячи людей, была, как видно, обещана его соседу Кобрисову, чтоб чем-то заткнуть широчайшую брешь между правым флангом его армии и Рогачевским шоссе, и по всем военным законам, да просто по-соседски, следовало ее переправить по назначению, выделив ей — ввиду неопытности командира и полного незнания местности — проводника. Но чего они стоили сейчас, соображения соседства и даже, черт побери, дисциплины? Армия Кобрисова, по плану, не участвовала в наступлении и не принадлежала Западному фронту, это была одна из двух армий, которые Верховный наотрез отказался передать Жукову, а поставил на внутреннем полукольце обороны. Он оставлял себе этот резерв на тот случай, если танковые клещи Рейнгардта, Геппнера и Гудериана все же сомкнутся вокруг Москвы, — тогда, умирая, эти две армии позволят эвакуироваться ему самому и его сподвижникам из Политбюро и наркоматов, с их семьями и добром. Эту бригаду нельзя было выпросить у Кобрисова, нельзя было и у Жукова, можно лишь у самого Верховного — значит, ни у кого, разве что у Господа Бога. Но… не Им ли она и послана была ему сейчас — для тяжкого искушения: присвоить эти три тысячи молодых, крепких, неплохо как будто одетых и вооруженных, пусть и необстрелянных, но — сибиряков, охотников, стрелков! В случае успеха — когда те две армии и не понадобятся, — о, разумеется, это простят. Но не пройди он хоть два километра — у какого же трибунальца будут еще сомнения насчет его вины и единственной за нее кары?

Мученик Андрей Стратилат, с выщербленной вратной иконы, смотрел погасшими тусклыми глазами и ничего ему не советовал, лишь напоминал о собственной страшной участи.

Командир бригады, замерев, водил взглядом за его похаживаниями, все другие тоже следили напряженно, и долее медлить было бы уже проявлением слабости.

Генерал подошел медленно к подполковнику и сказал, опустив взгляд:

— С Кобрисовым мы всегда договоримся. Поступаете в мое распоряжение.

— Не понял, товарищ генерал, — сказал подполковник. — Вы всегда договаривались, а сейчас только намерены договориться?

От ямочек на его щеках только сильнее теперь выделялись внушительные желваки. В нем как бы разжималась упрятанная до поры тугая пружина.

— О моих намерениях, — властно пробасил генерал, — прошу вопросов не задавать. В армии, согласно уставу, выполняется последнее приказание. Так что будь спокоен, ты не отвечаешь.

— По уставу оно так, — согласился подполковник, но тут же и возразил: И все же попрошу о вашем приказании сообщить генералу Кобрисову. Или, разрешите, я сообщу.

Это маленькое сопротивление подействовало на генерала противоположно только утвердило его в самоуправном, опасном для него, но, быть может, чем черт не шутит, и правильном решении — втором в этот день, после того как он не стал препятствовать бегству на Рогачевском шоссе и понял, что единственного не ожидает наступающий противник — удара «кулаком в рыло».

Впрочем, не столько об этом ударе думал он, сколько о том, чтоб подавить сопротивление стоявшего перед ним, когда посмотрел на часы и отчеканил:

— Вот что, подполковник. Объяви своим людям: даю им полтора часа отдыха. И — в бой.

Командир бригады, закусив губу, вмиг утрачивая свой румянец, еще секунду постоял в раздумье.

— Есть, полтора часа отдыха — и в бой…

— Дать ему коня, — сказал генерал. — Справишься?

Подполковник молча кивнул. Делегат связи отдал ему повод и подтолкнул в седло.

Упираясь сумрачным взглядом в спину всадника, очень прямую, но с опущенными плечами, генерал представил себе, как дрогнут сердца этих трех тысяч, когда им объявят, что война для них начнется не через неделю, как они того ждали и готовились, а сегодня, сейчас, и как пронзит их всех сознание, что многие из них видят друг друга в последний раз. Он представил, как они прежде замирают от этой новости, встреченной в молчании, а затем понемногу в этой трехтысячной массе начинается движение — поначалу суетливое, потом все более осмысленное, спокойно-расторопное: приготовление к самому худшему, что должно было когда-нибудь случиться и вот случилось. А виной тому — слово, короткое, сорвавшееся как бы и невольно…

Источник:

www.rulit.me

Солдатское сердце: роман Георгия Владимова «Генерал и его армия»

Солдатское сердце: роман Георгия Владимова «Генерал и его армия»

Роман (бессмертное произведение) Георгия Николаевича Владимова (1931–2003) «Генерал и его армия», напечатанный почти пятнадцать лет назад, и сейчас остаётся едва ли не самым значимым произведением о Великой Отечественной войне. Он вызвал активные споры при появлении, но всё же удостоен нескольких премий, в том числе первого русского «Букера». Писателю удалось не столько по-новому показать войну, сколько осмыслить её в гуманистических традициях русской классики.

В романе Владимова война освещена эпически. После “лейтенантской прозы” 1960–1970-х годов с её интересом к локальным военным эпизодам масштабное изображение казалось уже отжившей традицией. Произведение же Владимова к ней возвращает: читатель видит не только Подмосковье 1941 года и форсирование Днепра в 1943-м — основные сражения, описанные в романе, — но и “слышит” о многих других событиях Великой Отечественной войны — от осады немцами Бреста до взятия русскими Берлина. Полнота представления о войне достигается разнообразием собственно фронтовых эпизодов, включающих отступления армий и захваты плацдармов, воздушные бои и танковые атаки, совещание командующих фронтами и допрос “языка”, работу связистов, медсестёр и смершевцев. Словом, в этом романе есть всё, что делает военную прозу неувядающе интересной и обеспечивает память о войне. Так писать можно только после «В окопах Сталинграда» В. Некрасова и других произведений “лейтенантской прозы”, созданных по личным воспоминаниям участников окопных сражений, соб­ственным опытом знавших заложенные после взрыва уши, тяжесть миномёта на плече, вкус концентрата и вид проникающего ранения.

Масштабность же изображения войны Владимовым сопоставима с «Жизнью и судьбой» В. Гроссмана и «Живыми и мёртвыми» К. Симонова, но для последней параллели очень ощутимой оказалась историческая дистанция, позволившая выйти за рамки идеологических стереотипов. Владимов не мог непосредственно участвовать в сражениях Великой Отечественной, поскольку родился только в 1931 году. Но ощущение войны жило в его поколении не только в детской памяти, но и благодаря близкому общению с фронтовиками. Позднее, высланный из страны, он работал в немецких архивах. Все сведения о войне писатель собирал очень тщательно; подобно великому предшественнику, летописцу первой Отечественной войны, он изучил множество документов, воспоминаний участ­ников, причём с обеих сторон.

Объяснение стратегии, необходимое в романе о войне, не всегда интересно обычному читателю; распространённая среди школьников практика — чтение в толстовском романе страниц “мира” и пропуск страниц “войны” — это подтверждает. Владимов блестяще справился с трудностью. Читатель его романа постоянно ощущает, что за всеми военными операциями, большими и малыми, удавшимися и неудавшимися, стоят люди, учившиеся всё это планировать и осуществлять, вкладывающие в разрабатываемые операции ум, талант и душу. А люди всегда интересны.

Немаловажная сфера проявления личности человека — его профессиональная деятельность. Автор видит в военных профессионалов и признаёт войну искусством. Серьёзность отношения к тактике и стратегии придаёт роману особую основательность и убедительность. Работа генералов понимается не как представительство, а как творчество, труд; это результат знаний и умственных усилий, иногда озарения, иногда ошибки, как в любой другой профессиональной деятельности.

Такой подход позволяет автору объективно не отождествлять войну с убийством. Он вводит в роман несколько эпизодов расстрела и казней. И каждый раз это вызывает у героев, в том числе и не “положительных”, стыд. Например, мучается адъютант Донской, не сумевший помешать самосуду над русскими пленными, спровоцированному майором Светлооковым; мучаются и члены штаба армии, “люди войны, наученные мастерству убивать, причастные к десяткам тысяч смертей”, наблюдавшие (и только) казнь на городской площади. “Должно быть, какой-то высший судия насылает на нас это ощущение, наказывая за соучастие, а зритель ведь тоже соучастник… Всё-таки это разные вещи: почему-то же для войны годится почти любой здоровый мужчина, но для этого ремесла подбираются люди особые, чего-то лишённые или, напротив, наделённые чем-то, чего все другие лишены”. Главный герой романа неоднократно грозит подчинённым расстрелом, но ни разу, тем не менее, не осуществляет угрозы. Совсем не из трусости или забывчивости генерал Кобрисов не прибегает к расстрелу. Он способен и играть со смертью, и бросать ей личный вызов; он по должности был обязан даже планировать гибель многих людей, но убивать он не способен — всё-таки объективно это разные вещи, даёт понять Владимов.

Как и в других сферах, люди, занимающиеся военным искусством, могут быть лучше или хуже обучены, более или менее талантливы, но воевать — это их дело и долг. Поэтому так уместна в романе оценка со стороны немцев — таких же профессионалов, как и русские командующие. Немцы, так же как и коллеги Кобрисова, высоко оценили главную в судьбе генерала операцию. Кроме того, любому военному известна одна из главных стратегических заповедей: достичь результата необходимо меньшими потерями. Эта заповедь, важнейшая для генерала Кобрисова, к горчайшему сожалению автора романа и его читателя, в немецкой армии более чтима, чем в среде наших военачальников.

Владимова упрекали за якобы “возвеличивание” Гудериана. Между тем в художественной системе романа его образ чрезвычайно уместен. Немецкий полководец талантлив и умён — этим обусловлены его победы. Понимает он и причины неудавшегося “блицкрига”. Но в сложной военной ситуации он приказывает отступать, поскольку Жалеет своих отличных, верных ему, но обмороженных и голодных солдат. В этот момент — подписывая приказ — он “просто человек, голый и беспомощный”. Умение встать над профессиональным позволяет Гудериану, в отличие от немецкого командования, оценить суть ведущейся войны как войны Отечественной: немцам “противостояла уже не Совдепия с её усилением и усилением классовой борьбы — противостояла Россия“.

Отечественная война тем и отличается от любой другой, что её ведение не сводится к искусству профессионалов. Простую и гениальную мысль Толстого о первостепенной важности духа армии Владимов раскрывает в своём романе последовательно. Особенность России в этом отношении подчёркивается разнообразно. Например, почувствовав странность поведения защитников Мырятина, Кобрисов понял, что “дело касалось, скорее всего, Духа армии” (выделено автором. — И. М.). Он же, размышляя о поведении Власова, недоумевает, как последний мог надеяться на поддержку своих однокурсников: “боевой генерал, разучившийся понимать, что такое война, русский, разучившийся понимать Россию!” “Сухаря и штафирку”, немецкого штабиста Гальдера автор наделяет “унылым житейским пониманием, что этой стране всё на пользу, а прежде всего её бедность, её плохие дороги, её бесхозяйственность и хроническое недоедание в деревнях, недостаток горючего, мастерских, инструмента, корма для лошадей”. Старый царский генерал, двадцать лет “трясшийся от страха, что его генеральство откроется” и прятавший свой мундир на дне сундука, тем не менее отказывается быть бургомистром Орла и объясняет Гудериану, что “теперь мы боремся за Россию, и тут мы почти все едины”. В унисон с ним говорит и “потёртый русский батюшка, по всему видать — выпивоха и чревоугодник, но душою жалостливый и любвеобильный”. Особенно важно, что тема Отечественной войны вводится в роман через литературную аллюзию на «Войну и мир». Этот роман читает Гудериан во время московской кампании, и Толстой помогает ему понять значение сталинского обращения к народу “братья и сёстры”. Приказ об отступлении немецкий генерал подписывает в Ясной Поляне, в кабинете Толстого, за его письменным столом.

Эта ипостась образа — душевная, а не профессиональная составляющая личности — роднит Гудериана с главным героем романа Владимова, русским генералом Кобрисовым. Параллели и схождения между немецкими и русскими генералами нужны автору и для того, чтобы акцентировать простую мысль: в исполнении долга, в том числе профессионального, проявляется нравственность или безнравственность человека. Это уже другой уровень осмысления войны.

На генералах лежит ответственность за солдат — эту заезженную мысль Владимов, не озвучивая за очевидностью, последовательно иллюстрирует: как именно они могли беречь подчинённых или почему не берегли. Объяснить последнее можно только человеческими качествами. Из-за головотяпства командования пять воздушно-десантных бригад оказались брошенными на верную смерть, которая грозила им в любом случае: даже чудом не сгорев в небе (десант был недостаточно подготовлен и обнаружен противником) и, избежав расстрела в тылу врага, они рассматривались смершевцами как дезертиры, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Из самолюбия генерал Терещенко губит десятки тысяч солдат у Сибежа. Азартный Галаган симпатизирует Кобрисову, увидев его не склонившимся под пулемётным огнём — храбрость в общем-то бессмысленная, даже преступная для командарма, но милая сердцу отважного небесного аса. Немецкий военачальник попадает в плен, потому что его солдаты покинули боевые позиции, когда увидели перед собой безоружных раненых, отправленных командованием в атаку прямо из госпиталя; у немцев “нервы сдали”, и генерал их не осуждает. Дела фронта, по Владимову, объяснимы свойствами характера людей.

Кобрисов принимает командование армией в Литве 1941 года не потому, что считает себя великим стратегом (он, как и все, не знает, “куда вести людей, чего от них требовать”), а из заботы о солдатах: “люди должны чувствовать: они не брошены, как падаль на дороге, кто-то о них думает”. Кобрисов не боится нарушить бессмысленный приказ “ни шагу назад” и не осуждает людей, проигравших первые бои на границе: “только идиот мог приказать им сражаться там и, значит, рассматривать условную и случайную линию как боевой рубеж”. Эта готовность взять на себя ответственность — черта генерала ли, отца ли, просто взрослого человека — обеспечивает ему блестящее выполнение поставленной себе Воинской Задачи сохранить армию. Неразрывность связи человеческого и профессионального в образе Кобрисова проявляется на этом примере особенно ярко.

Таким был генерал в начале войны: мудрым человеком и хорошим военным, с тоской в душе ведущим свою армию на восток, одинаково стыдящимся расстреливать пленных немцев и конфисковывать продукты у мирного населения. Два года боевых действий дали ему возможность проявить воеводческий и стратегический талант, а также заставили на всю оставшуюся жизнь не любить воспоминаний о войне. Перелом в личности генерала связан с разделением в нём человека и профессионала. Случайно став свидетелем издевательства представителей Ставки над своим коллегой (малосимпатичным, но невиновным) и невольно словно поучаствовав в его наказании, “он стал ощущать отчаянное сопротивление души, измученной неправедным и недобровольным участием”. Это состояние автор называет “опасным и гибельным, запретным человеку, назначенному распоряжаться чужими жизнями числом в десятки тысяч”. К концу романа всё большее место в тексте отдаётся чувству вины Кобрисова за потерянных солдат, хотя именно этот герой старается при всех разработках, чтобы полегло их поменьше, а кому суждено — так чтобы попозже. Никаким чув­ством долга и профессионализмом военного всё же не оправдать ему таких потерь, какие понесла страна. Показательна кульминационная сцена романа: в минуту торжества, услышав о вручении высшей награды и повышении в чине, узнав о признании собственных заслуг Ставкой, генерал первый тост поднимает за “орёликов”. Автор во внутреннем монологе героя показывает его сопереживание солдатам, их страху смерти, боли и увечья; трудности передвижения по кочковатому полю; ощущению окопного уюта. Способность поставить себя на место другого — отличительная в Кобрисове — заставляет его сформулировать, что именно солдаты “сделали его тем, кем он был сейчас, — командармом, принимающим сводку победы”.

Особенность героя Владимова в том, что он открыт жизни, её события учат, жизненный опыт оказывается во благо: делает его мудрее и человечнее. Помогая партии осуществлять коллективизацию, он позднее понимает свою роль как преступление перед собственным народом, а ещё позже, выводя армию из окружения, сочувствует бабке-“Сусанину”, отомстившей красноармейцам за конфискованного кабанчика. Генерал обладает гибким мышлением, ему хватает ума принимать сложность и многообразие жизни и отворачиваться от всяческих идей, не поддерживаемых совестью и сердцем.

К сожалению, господствовавшая в стране идеология оправдывала гибель любого количества людей, поэтому дело совсем не в её сути: ни коммунизм, ни большевизм, ни марксизм, ни социализм совсем не обсуждаются в романе. Просто показываются люди, служащие идее. В соответствии с изображаемым временем это идеи партийные и патриотические. Например, маршал Жуков стремится победить немцев — цель, безусловно, высокая и благая, но метод его называется Кобрисовым “четырёхрядным”: результата добивается четвёртый ряд, проходящий по костям трёх полегших. Другой важный образ — комиссара Кирноса — трогательный и трагический образ морально чистого человека, поглощённого партийной идеей, словно съеденного ею. Внутреннее противоречие этого героя сформулировано совершенно ясно: “ему не под силу осуществлять защиту идей с применением оружия, для этого нужны другие свойства души”.

В конце четвёртой главы Владимов объясняет нам свой импульс для написания романа. Рассказывая о несправедливости потомков к генералу, завоевавшему плацдарм, ставший ключом ко всей Правобережной Украине, он иронически вспоминает о гоголевском “щелкопёре” и “бумагомарателе”, вставляющем людей в литературу. Ирония здесь призвана скрыть пафос: создавая роман о почти забытом генерале Н. Е. Чибисове, автор думает о спасении тем самым его генеральской чести. Таким образом, в основе замысла романа лежал этический импульс. Оценки событий и людей в повествовании также исходят из этики — в этом Владимов наследует гуманистическую традицию русской классики.

Заданность такой системы координат ощущается в композиционном решении начала романа: люди из свиты генерала Кобрисова вызываются к майору Смерша Светлоокову. По одному, разумеется, но с одинаковой целью: ведомству по борьбе со шпионами необходимо установить наблюдение за генералом, причём со стороны всех его приближённых. Последовательно рассказанные истории предательств адъютанта и шофёра свидетельствуют о психологическом мастерстве Владимова: разные люди в соответствии со своим складом, то есть по собственным, непохожим на другие, причинам, соглашаются сотрудничать с контрразведкой, но всё же не могут не ощущать это нравственным падением. Душу не обманешь: “. если пересеклись твои пути с интересами тайной службы, то, как бы ни вёл ты себя, что бы ни говорил, какой бы малостью ни поступился, а никогда доволен собой не останешься”. Зерно этики Владимова формулируется в связи с мотивами поведения ординарца Шестерикова, сохранившего честь: он совершенно однозначно понимает верность генералу как верность во всём, что и определяет твёрдость позиции.

Различение добра и зла для каждого человека на земле строго обязательно, и критерии есть в душе каждого. Эти простейшие истины оказываются самыми сложными для понимания. Проводником их в романе становится христианство как пример вечного, освященного временем авторитета. Мотивы не акцентированы, это было бы неправдой по отношению к описываемым людям и событиям, но они выводят повествование на уровень символических обобщений. Образ Андрея Стратилата, сопровождающий образ генерала Власова, делает последнего трагическим героем; образ “чёрного ангела с крестом на плече” в Предславле символизирует чистоту и правоту личных стремлений главного героя, их богоугодность, но и фатальность этого города в судьбе генерала; простые слова священника заставляют прославленного и успешливого немецкого генерала размышлять об “извечной бессмысленной кровавой чехарде: сопротивление — кара за него — месть за кару — новая кара за месть — новая месть за новую кару?” Кульминационным эпизодом в развитии этой — обобщающей — темы в романе становятся слова литературоведа, сказанные при прощании в тюрьме Кобрисову: “…Я хочу надеяться, что вы стали христианином, который уже знает, что он христианин, и равно любит как друзей своих, так и врагов. И когда грянет тяжкий час для нашей бедной родины, вы, мой генерал, покажете себя рыцарем и защитите её — со всей человеческой требухой, которая в ней накопилась”. Этот наказ генерал исполнил не только в последней его части, о чём свидетельствуют слова Кирноса: “Ты избрал мудрую тактику — всех прощать”.

Эпически объективное изображение войны в романе требует исторического контекста. Главная тема Владимова — роль государства в жизни советских граждан, поэтому так много места уделено следователю НКВД Опрядкину и майору Смерша Светлоокову, служащих в организациях, осуществлявших карательные функции. Знаменательно, что упомянутые герои олицетворяют советское государство: их говорящие фамилии призваны выявить его лицемерие. В нашей литературе были произведения, где жёстко и ясно изображалась вина государства перед своими солдатами, например «Убиты под Москвой» К. Воробьёва. Владимов же освещает тему более масштабно и осмысляет ещё трагичней. Он называет эту ситуацию “война со своими”, которую признают, каждый по-своему, и командующий фронтом Ватутин, и политрук Кирнос, и ординарец Шестериков, и генерал Кобрисов. Такая война во время Отечественной и есть самое страшное зло. Это мотивирует выбор автором таких эпитетов для своей страны, как “бедная”, “многострадальная”, “несчастная”.

Образ России в романе основывается на худо-жественных традициях Лермонтова, Тютчева, Сал-тыкова, Толстого, разве что в оценках Владимов мягче, горестней, в чём слышится страшный опыт XX века. Много грустного и скорбного сказал писатель о России, признавая её беспамятность (“страна, постоянно переделывающая своё прошлое, не имеет будущего”), безнравственное презрение многих воен-ных к живой силе, непреодолимый карьеризм чиновников. Но и здесь Владимов верен этике: обращаясь к суровому июню 1941 года, он повторяет мысль Андрея Болконского перед Бородинским сражением: “судьбы отечества меньше всего зависели от мягкой или твёрдой поступи вождя, а больше от душевного настроя свидетелей”. Свидетелями же в этой сцене выступают боевые генералы, возвращённые в первую неделю войны из заключения: они потрясены видом вождя и пытаются осознать, “что же стряслось с несчастным их отечеством и какие его ожидают судьбы”. Не сразу, но они поймут, что война всё-таки будет победной. Представляется очень важным, что автор называет главными победителями поколение двадцатилетних: “Войну и вытягивали эти девятнадцатилетние, эта прекрасная молодость, так внезапно для него вставшая на ноги и так охотно подставившая хрупкие свои плечи, и никем, никем этих мальчишек было не заменить”. Читатель владимовского романа знает, что в поколении, о котором идёт речь, вернутся с войны трое из ста. Это и есть цена Победы, сохранившей Россию в Отечественную войну вопреки “войне со своими”.

Поэтому, когда на последних страницах романа боевой генерал не вспоминает войну и думает лишь о здоровье, он всё же вызывает не унижающую жалость, а понимание и сочувствие. Цена Победы слишком велика, особенно если учесть, что желаемая свобода не достигнута. В заключительных размышлениях умирающего героя отразилось нечто, подобное предсмертному блоковскому настроению. “Если мы умерли так, как мы умерли, значит, с нашей родиной ничего не поделаешь, ни хорошего, ни плохого”. “И значит, мы ничего своей смертью не изменили в ней?” — спрашивал другой голос. “Ничего мы не изменили, но изменились сами”. А другой голос возражал: “Мы не изменились, мы умерли. Это всё, что мы могли сделать для родины. И успокойся на этом”. Смысл этого скорбного размышления — в совмещении личной трагедии каждого и неизменности общей жизни. Человеку — смерть, родине — вечность. На последней странице романа автор назовёт генеральское сердце “солдатским”. В самом общем смысле все граждане — солдаты перед родиной, как перед Богом — все братья. Понимая грусть своего героя, автор всё же убеждает нас, что пока существуют люди нравственные и талантливые, мудрые и верные, самоотверженные и любящие — страна будет жить.

Как скачать бесплатное сочинение? Жми и сохраняй . И ссылка на это сочинение; Солдатское сердце: роман Георгия Владимова «Генерал и его армия» уже в твоих закладках.

Конспект урока по теме «Отечественная война 1812 г.» Автор: Цыганкова Наталья Сергеевна, учитель истории и обществознания МБОУ СОШ № 49 г. Мурманск. /Урок с использованием активных методов обучения/ Цель урока: Сформировать представление о войне с Наполеоном как одной из самых славных вех отечественной истории; Дать учащимся представление о причинах войны и событиях начала войны; Сформировать представление учащихся о силах и планах сторон, характере войны, Ее основных этапах, главных источниках победы народов России в войне Углубить знания учащихся

  • Творча робота учня 8-Б клаcу Магди Кирила

    Магда Василий Кириллович Я хочу вам рассказать про своего прадедушку Магду Василия Кирилловича, участника Великой Отечественной Войны. Родился 17 августа 1911г. в селе Глущевка, Черкасская область, в семье крестьян. Был членом КПСС с 1932 года. С августа 1941 г. в звании старшего лейтенанта был на фронте в составе второго украинского фронта и прошел до окончания войны, где был демобилизован в августе 1945 г. За время нахождения на фронте был неоднократно ранен. Самое серьёзное ранение

  • «Литература потерянного поколения»

    "Литература потерянного поколения" - течение в западной литературе, активно развивавшееся в 20 - 30-е гг. ХХ в. и характеризовавшееся разоблачением сущности и последствий Первой мировой войны. Наиболее яркие представители этого течения - Э. Хемингуэй, Э. М. Ремарк, Р. Олдингтон и др. - в качестве бывших фронтовиков выражали в своих произведениях духовный опыт молодого поколения, которое, пройдя через горнило этой войны, разочаровалось в высоких идеалах, утратило привычные жизненные ориентиры и не

  • О 1812 годе в романе Толстого

    Двенадцатый год перемещает силы и ценности. Настоящая сила, от которой зависит национальная жизнь, - народ - поднимается из безвестности и становится хозяином положения. "Распадение прежних условий жизни" оказывается творческим состоянием: в самом горниле войны созидается мир - в том особом значении, которое это слово получило в системе "сцеплений" романа Толстого. Созидаются новые отношения между людьми, на совершенно иной основе, чем прежде, невозможной до этой войны, да и после неё, но

  • Два Бородина

    Двадцатилетним подпоручиком 12-й лёгкой артиллерийской роты Николай Евстафьевич Митаревский уча­ствовал в боях Отечественной войны 1812 года, в том числе и в Бородинском сражении, где был тяжело контужен. Когда недавно я перечитывал его воспоминания о Бородинском сражении, мне показалось, что читаю давно знакомый текст. Найдя описание действий батареи центрального редута в Бородинском сражении на страницах «Войны и мира» Л. Н. Толстого, я убедился в близости текстов двух боевых артиллерийских офицеров. К

  • Административная контрольная работа по истории в 11 классе на тему «Великая Отечественная война»

    Административная контрольная работа по истории в 11 классе на тему «Великая Отечественная война» 1. Укажите причины поражения Красной Армии в начальный период войны. 2.Поставьте даты следующих событий: А) подписание советско – германского договора о ненападении Б) нападение Германии на СССР В) открытие союзниками второго фронта Г) Курская битва 3. Отметьте события, которые привели к коренному перелому в ходе Великой Отечественной войны: А) битва под Москвой Б) Сталинградская битва В) сражение на Курской дуге Г) Белорусская операция Д) Смоленское сражение 4. Дайте определение терминам: Каллаборационизм – Оккупация

  • Эссе на тему цена восстановления: подвиг народа только не вов

    Я, как и все мои ровесники, не знаю войны. Не знаю и не хочу войны. Но ведь ее не хотели и те, кто погибал, не думая о смерти, о том, что не увидят больше ни солнца, ни травы, ни листьев, ни детей. Те пять совсем юных девушек тоже не хотели войны! Книга Бориса Васильева “А зори здесь тихие” потрясла меня до глубины души. Рита, Женя, Лиза, Галя, Соня — это

  • Популярные эссе

    8 Клас Тема 1. 1. Які мегоди дослідження використовуються в учбових закладах? а) довідниковий; б) експедиційний; вдрадиційний; г) аеро та

    Професійна підготовка майбутніх учителів історії перебуває у стані концептуального переосмислення. Місце соціально-гуманітарних дисциплін (у тому числі - історії) у системі

    На сцену під музичний супровід виходять учасники агітбригади. Учень 1. Хоч іноді, хоч раз в житті На самоті з природою

    Мой любимый день недели, как это ни странно, - четверг. В этот день я хожу со своими подругами в бассейн.

    Новые сочинения Экзаменационные сочинения

    Каждый поэт, писатель создаёт в своём творчестве особый мир, в рамках которого пытается образно переосмыслить волнующие его проблемы, найти их

    Я люблю Україну Пізнавально-розважальний захід Ведуча: Здоровенькі були, любі друзі! Доброго вам здоров'я Правда, чудові ці фрази? Вони нас зближують

    КОНЦЕПЦІЯ ВПРОВАДЖЕННЯ МЕДІА-ОСВІТИ В УКРАЇНІ Схвалено постановою Президії Національної академії Педагогічних наук України 20 травня 2010 року, Протокол № 1-7/6-150

    1 Ахматова писала о Пастернаке так: Он награжден каким-то вечным детством, Той щедростью и зоркостью светил, И вся земля была

    Источник:

    www.sochuroki.com

    Владимов, Георгий Николаевич Генерал И Его Армия в городе Москва

    В нашем каталоге вы можете найти Владимов, Георгий Николаевич Генерал И Его Армия по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть иные предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка может производится в любой город РФ, например: Москва, Уфа, Чебоксары.