Книжный каталог

Е. И. Темнов Платон Законы

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Предлагаемый читателю диалог «Политик» в рамках «Классическое наследие» завершает публикацию важнейших политико-правовых сочинений Платона. Данный выпуск дополняет изданные ранее диалоги «государство» и «Законы». Написанная в период наивысшего расцвета платоновского творчества работа в известном смысле тематически связывает «Государство» и «Законы». В отличие от других работ платоновского корпуса, акцент в этих диалогах сделан не на антисофистической полемике, проблеме познания и критике собственной теории идей, а на философии политики. Платон высказывает собственный взгляд на политику как на активную человеческую деятельность, направленную на достижение общего блага, на удовлетворение социальных потребностей людей, направляемую теми, кто владеет высшим «царским искусством» управления в рамках законности. Главная цель политики – предотвращение социальных конфликтов, важнейшая ее функция – содействие гармоничному развитию человека в сфере публичной жизни, а первостепенная задача – разумное противодействие всему, что угрожает государственной целостности и правопорядку. Книга рассчитана не только на студенческую аудиторию, она будет полезна всем, интересующимся политикой.

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Е. И. Темнов Платон Законы Е. И. Темнов Платон Законы 500 р. litres.ru В магазин >>
Платон Законы, послезаконие, письма Платон Законы, послезаконие, письма 1049 р. ozon.ru В магазин >>
Платон Законы Послезаконие Письма Платон Законы Послезаконие Письма 1328 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
И. Е. Иродов Механика. Основные законы И. Е. Иродов Механика. Основные законы 399 р. ozon.ru В магазин >>
Нерсесянц В. Платон 2-е издание стереотипное Нерсесянц В. Платон 2-е издание стереотипное 136 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Орлов Е. Платон Его жизнь и философская деятельность Биографический очерк миниатюрное издание Орлов Е. Платон Его жизнь и философская деятельность Биографический очерк миниатюрное издание 264 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Е. Н. Орлов Платон. Его жизнь и философская деятельность. Жизнь замечательных людей Е. Н. Орлов Платон. Его жизнь и философская деятельность. Жизнь замечательных людей 0 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Платон Законы скачать fb2, rtf, epub, pdf, txt книгу Е

Платон Законы О книге "Платон Законы"

Предлагаемый читателю диалог «Политик» в рамках «Классическое наследие» завершает публикацию важнейших политико-правовых сочинений Платона. Данный выпуск дополняет изданные ранее диалоги «государство» и «Законы». Написанная в период наивысшего расцвета платоновского творчества работа в известном смысле тематически связывает «Государство» и «Законы». В отличие от других работ платоновского корпуса, акцент в этих диалогах сделан не на антисофистической полемике, проблеме познания и критике собственной теории идей, а на философии политики. Платон высказывает собственный взгляд на политику как на активную человеческую деятельность, направленную на достижение общего блага, на удовлетворение социальных потребностей людей, направляемую теми, кто владеет высшим «царским искусством» управления в рамках законности. Главная цель политики – предотвращение социальных конфликтов, важнейшая ее функция – содействие гармоничному развитию человека в сфере публичной жизни, а первостепенная задача – разумное противодействие всему, что угрожает государственной целостности и правопорядку. Книга рассчитана не только на студенческую аудиторию, она будет полезна всем, интересующимся политикой.

Произведение было опубликовано в 2017 году издательством Кнорус. На нашем сайте можно скачать книгу "Платон Законы" в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt или читать онлайн. Здесь так же можно перед прочтением обратиться к отзывам читателей, уже знакомых с книгой, и узнать их мнение. В интернет-магазине нашего партнера вы можете купить и прочитать книгу в бумажном варианте.

Источник:

avidreaders.ru

Книга Платон Законы - скачать бесплатно в, Е

"Платон Законы"

Предлагаемый читателю диалог «Политик» в рамках «Классическое наследие» завершает публикацию важнейших политико-правовых сочинений Платона. Данный выпуск дополняет изданные ранее диалоги «государство» и «Законы». Написанная в период наивысшего расцвета платоновского творчества работа в известном смысле тематически связывает «Государство» и «Законы». В отличие от других работ платоновского корпуса, акцент в этих диалогах сделан не на антисофистической полемике, проблеме познания и критике собственной теории идей, а на философии политики. Платон высказывает собственный взгляд на политику как на активную человеческую деятельность, направленную на достижение общего блага, на удовлетворение социальных потребностей людей, направляемую теми, кто владеет высшим «царским искусством» управления в рамках законности. Главная цель политики – предотвращение социальных конфликтов, важнейшая ее функция – содействие гармоничному развитию человека в сфере публичной жизни, а первостепенная задача – разумное противодействие всему, что угрожает государственной целостности и правопорядку. Книга рассчитана не только на студенческую аудиторию, она будет полезна всем, интересующимся политикой.

ОСТАВЛЯТЬ СВОИ МНЕНИЯ, КОММЕНТАРИИ, ПРИНИМАТЬ УЧАСТИЕ В ОБСУЖДЕНИИ, ВЫ СМОЖЕТЕ ТОЛЬКО ПОСЛЕ ТОГО КАК СТАНЕТЕ ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ ЧИТАТЕЛЕМ

ЕСЛИ ВЫ ЯВЛЯЕТЕСЬ ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ ЧИТАТЕЛЕМ, ТО ВАМ НЕОБХОДИМО ВОЙТИ В СИСТЕМУ СО СВОИМИ УЧЕТНЫМИ ДАННЫМИ

Источник:

litportal.ru

Учение Платона о государстве и законах 2

Учение Платона о государстве и законах 2

Список используемой литературы …………………………………………11

Творчество Платона волнует умы уже три тысячелетия: его учение оказывалось современным и содержательно значимым для любой эпохи.

Платон был первооткрывателем в сфере философского освещения обширного комплекса политико-правовых вопросов, и разработка многих из них отмечена печатью его творческого гения. Многие положения о государстве и праве, высказанные Платоном в его учении, остаются актуальными и современными до наших дней.

В истории философской мысли после Платона еще не было ни одного столетия, когда бы не спорили о Платоне, то непомерно его восхваляя, то принижая в каком-либо отношении.

Цель настоящей работы — раскрыть основные положения учения Платона о государстве и праве и показать актуальность идей Платона в современный период.

Учение Платона о государстве.

Основная цель, которую ставил перед собой Платон, состояла в создании государства, которое было бы наиболее прочным и стабильным. Платон стремился к тому, чтобы обосновать идею идеального государства и воплотить его в жизнь.

По глубокому убеждению Платона, в основе общества должна лежать идея справедливости. Платон полагал, что идеальное государство должно включать в себя три сословия: ремесленников, воинов и мудрецов. Платон в соответствии со своей концепцией устройства человеческой души выделял три добродетели: сдержанность, мужество и мудрость. Ремесленники – это те люди, у которых преобладают вожделения; именно они должны производить общественные блага и торговать ими. Основной добродетелью ремесленников Платон считал сдержанность. Воины – это люди, которые в своем развитии достигли высоких волевых качеств и мужественности, а потому на них должна быть возложена обязанность защищать государство; их основная добродетель – мужество. И лишь те люди, которые достигли наибольшей высоты в человеческом развитии, то есть мудрецы, должны обладать правом руководить государством.

Происхождение государства вполне правдоподобно: разделение труда приводит к обмену между людьми, а обмен удобен, если жить вместе. Мысль о разделении труда и лежит в основе платоновской утопии.

Правители, то есть философы, должны обладать такой добродетелью, как мудрость – способность к пониманию блага. Платон существенно расширяет понятие блага, определяя его как цель и причину всякого бытия. С точки зрения Платона, человек познает бытие лишь благодаря существованию блага: «Так вот, то, что придает познаваемым вещам истинность, а человека наделяет способностью познавать, это ты и считай идеей блага… Считай, что и познаваемые вещи не только могут познаваться лишь благодаря благу, но оно дает им и бытие, и существование, хотя само благо не есть существование, оно – за пределами существования, превышая его достоинством и силой».

Благо придает миру единство, меру и порядок; оно является причиной не только того, что мир познаваем, но и того, что вещи обладают бытием. Платон сравнивает благо с солнцем, которое, освещая предметы, делает их видимыми, а также дает жизнь растениям, животным и людям.

Из этого и вытекает необходимость того, что править идеальным государством должны философы.

По мнению Платона, рождение и воспитание детей – это дело государственной важности, а потому семья не может брать на себя эти обязанности. Соответственно, эту роль берет на себя государство, отбирая детей и их матерей и воспитывая их в соответствии с их способностями. Это необходимо для того, чтобы отобрать лучших, которые смогут управлять государством и защищать его. Следовательно, «собственность» на детей также является коллективной, как и собственность на предметы быта.

Платон полагает, что государство должно готовить (воспитывать) также философов – будущих правителей. Это необходимо потому, что государство не в состоянии ограничить правителя; следовательно. управлять государством должны только специально подготовленные люди, в обратном случае они не будут стремиться к благу граждан и государства в целом. Подготовка правителей, по Платону, должна включать начальное образование – изучение музыки, поэзии и гимнастики до достижения двадцатилетнего возраста, изучение астрономии, математики и гармонии в течение 10 лет, затем изучение философии в течение 5 лет с последующей практической государственной деятельностью.

В платоновском идеальном государстве практически нет места искусству. Платон полагал, что искусство в большинстве его проявлений способствует развитию изнеженности; следовательно, оно в целом вредно для государства и должно быть запрещено.

Платон негативно относился к частной собственности. С его точки зрения, наличие частной собственности представляет собой соблазн для тех, кто обладает властью; по этой причине необходимо исключить возможность корыстных мыслей, просто запретив частную собственность.

Идеальному типу государства Платон противопоставил отрицательный тип, который может существовать в четырех формах: тимократии, олигархии, демократии, тирании. Тимократия – форма правления, при которой власть принадлежит честолюбцам и процветает страсть к обогащению, при этом образ жизни становится роскошным. Далее следует олигархия, при которой власть принадлежит немногим, господствующим над большинством. Она находится в руках богатых, которые постепенно растрачивают свое имущество, превращаются в бедняков и совершенно бесполезных членов общества. Демократия возникает как результат восстания бедняков против богатых, при этом богатые уничтожаются, а власть распределяется между оставшимися членами общества. За демократией следует тирания, являющаяся результатом вырождения демократии. Согласно Платону, избыток чего-либо приводит к своей противоположности. Поэтому избыток свободы, как считает Платон, приводит к рабству, тирания рождается из демократии как высочайшей свободы.

Идеальная государственная система, согласно Платону, обладает чертами нравственной и политической организации и направлена на решение важных государственных задач. К ним он относит следующие задачи: защита государства от врагов, осуществление систематического снабжения граждан, развитие духовной культуры общества. В выполнении этих задач состоит осуществление идеи блага как идеи, правящей миром.

Платоновское государство – это теоретическая схема утопического государства, в котором жизнь общества подчинена строгому государственному контролю.

Учение Платона о законах.

Большое внимание Платон уделял вопросу о законе, являющемуся одним из главнейших во всей его системе политических взглядов. Платон связывает понятие закона со справедливостью. Закон есть то, что устраивает всех людей, делает их жизнь в сообществе друг с другом вполне приемлемой: «Людям необходимо установить законы, иначе они ничем не будут отличаться от самых диких зверей». Платон считал, что закон и порядок понятия тождественные. Закон - основная опора, на которой держится государство. Защищая интересы граждан, он все-таки высшей целью имеет благо государства.

Закон должен быть выше правителей, являющихся лишь слугами закона: «Не ради нового словца назвал я сейчас правителей служителями законов: я действительно убежден, что спасение государства зависит от этого больше, чем от чего-то иного. В противном случае государство гибнет. Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью. Там же, где закон - владыка над правителями, а они - его рабы, я усматриваю спасение государства и все блага, которые только могут даровать государствам боги».

Платон различает правильные и неправильные законы. «Правильны лишь те законы, которые установлены ради общего блага всего государства в целом, а не какой-то узкой властвующей группы. В последнем случае, согласно Платону, и вовсе государственная организация жизни». «Мы признаем, что там, где законы установлены в интересах нескольких человек, речь идет не о государственном устройстве, а только о внутренних распрях».

В «Законах» Платон основную ставку делает на детальные и суровые законы, которые скрупулезно и жестоко регламентируют публичную и частную жизнь людей, определяя распорядок дня и ночи. Существенное значение придается идеологической обработке проектируемого государства путем внушения представлений о божественности и незыблемости учрежденных порядков и законов, суровых, загробных карах за их нарушение и т.п.».

В «Законах» Платон формулирует актуальный и по сей день принцип неотвратимости наказания за совершенное преступление.

«Вообще никто никогда не должен оставаться безнаказанным, за какой бы то ни было поступок, даже если совершивший его бежал за пределы государства». К видам наказания он относит: смерть, тюремное заключение, палочные удары, унизительные места для сидения и стояния или стояние возле святилищ на окраине страны; либо наказанием должна быть денежная пеня.

Цель уголовного наказания, по учению Платона о законах, заключается в предупреждении повторения преступлений. Наказание налагается не ради совершившегося преступления, а ради предупреждения их повторения в будущем. Наказание приводит к достижению этой цели трояким способом:

1) исправлением самого преступника, для которого оно является как бы лекарством, исцеляющим его нравственный недуг;

2) устранением влияния дурного примера на сограждан;

3) избавлением государства от опасного, вредного члена.

Наказание вообще не налагается с тем, чтобы причинить зло наказываемому; напротив, оно или исправляет его, или препятствует ему сделаться еще хуже. Если же наказываемый неисправим, его подвергают смерти. Наказание не должно распространяться на семью. Однако, если сразу и отец, и дед, и прадед были осуждены на смерть, правнуки подвергаются изгнанию.

В «Законах» Платона большинство преступлений карается смертной казнью. «А за оскорбление богов, родителей и государства Платон помимо смерти предлагает еще и вечные муки».

Существуют преступники «неизвинимые»: осквернитель храмов, изменник или заговорщик, желающий стать тираном и намеренно проливающий невинную кровь; все они должны подвергаться крайнему наказанию. «Платон различает неодинаковые роды человекоубийства; в некоторых случаях достаточною карою он признает пеню; в других изгнание; отцеубийце же он назначает более страшную казнь: тот должен быть умерщвлен по суду; тело его должно быть выставлено на соединение трех дорог, а затем брошено на окраину дороги; «преступник, уничтоживший жизнь, которая должна бы была быть ему дороже чем чья-либо, именно собственную», должен быть похоронен один в пустоши, без указания места его погребения могилою или памятником».

Хотя «Законы» и являются проектом, наиболее приближенным к действительности, Платон и здесь остается чистым идеалистом. «Хотя он имел в виду представить устройство, приспособленное к человеческой природе, однако и здесь свобода вполне приносится в жертву общественной цели».

Идеальное государство и разумные, справедливые законы трактуются Платоном как реализация идей и максимально возможное воплощение мира идей в земной, политической и правовой жизни.

Плод размышлений Платона о справедливом государстве – его знаменитое сочинение «Государство». Платон рассуждает: если это государство, то оно обязано так построить свою деятельность, чтобы весь строй его граждан был подчинен нормам и принципам, вытекающим из идей блага и справедливости. Совершенным является только то государство, которое стремится к благу и справедливости.

Суть справедливого правопорядка у Платона связана со структурой человеческой души, имеющей три составные части – разумную, волевую и чувственную, каждой из которых соответствует своя добродетель. Взаимное сосуществование сословий обеспечивает стабильный правопорядок в государстве и позволяет достичь высшей цели государства – справедливости.

По мнению Платона, право имеет две ипостаси – метафизическую и эмпирическую. Метафизическая ипостась – это идеальное «метаправо» как возможность существования совершенного законодательства и оптимального правопорядка, эмпирическая – это живое право, которое существует в социальной реальности. Между ними устанавливается причинная связь, которая не должна прерываться, дабы не нанести вред государствам и народам. Идеального права в реальной жизни нет.

В свою очередь позитивное право представляет собой лишь бледную тень идеального права. Но это не значит, что идеального права нет вообще. Оно существует как совокупность исходных императивов, которые соответствуют высшему предназначению человеческого существования и тех институтов, в формы которых облачено их бытие.

Список используемой литературы:

1. Блинников Л.В. Великие философы. М.: «Логос», 2002г.

2. Данильян О.Г., Байрачная Л.Д., Максимов С.И. Философия права. Учебник. М.: Эксмо, 2007г.

3. Платон: Государство. Законы. Политик / Предисл. Е.И. Темнова.-М.: Мысль, 1998г.

4. Скирбекк Г., Гилье Н. История философии: Учеб. пособие. – М.: Владос, 2001г.

5. Философия: Под ред. В.Д. Губина, Т.Ю. Сидориной. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Гардарики, 2003г.

6. Философия / Под ред. В.Н. Лавриненко, В.П. Ратникова. – М.: ЮНИТИ, 2000г.

7. Чанышев А.Н. Философия древнего мира. Учеб. для вузов. – М.: Высшая школа, 2003г.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

перед публикацией все комментарии рассматриваются модератором сайта - спам опубликован не будет

Хотите опубликовать свою статью или создать цикл из статей и лекций?

Это очень просто – нужна только регистрация на сайте.

Источник:

mirznanii.com

Читать бесплатно книгу Законы, Платон (2-я страница книги)

Законы

Более того, Платон идет на то, чтобы наделить государство правом конфисковывать излишки, превышающие установленную законом меру. Он не против богатства, но против односторонней ориентации на него, против признания за богатством права везде и во всем творить свою волю. Нужно, чтоб в законах «разум, связующий все это, явил рассудительность и справедливость вопреки богатству (разрядка моя. – Т.Е.) и честолюбию». Платон не против богатства, но среди прочих ценностей отводит ему место четвертое – последнее среди «меньших благ», и то при условии, если богатство будет «не слепое, а зоркое, спутник разумности».

Достаточно подробно Платон разрабатывает и тематику, традиционную для административного права: нормы поведения, полномочия различного рода начальников и должностных лиц. Игнорировать ее мыслитель никак не может, поскольку главная задача государства у него заключается в воспитании граждан. Государство должно обеспечить выполнение этой задачи с помощью определенных, закрепленных законом механизмов. Нельзя отказать Платону в универсальности охвата, когда он утверждает, что «никто никогда не должен оставаться без начальника – ни мужчины, ни женщины. Ни в серьезных занятиях, ни в играх никто не должен приучать себя действовать по собственному усмотрению».

Чинопочитание, иерархичность, единоначалие также вытекают из общих философских оснований «совершенного» государства наряду с другими принципами того же смыслового ряда: только тот может стать начальником, кто способен повиноваться; нет различия между начальствующими и подчиненными – у каждого свой начальник и все делают общее дело.

Платон советует при назначении начальника исходить из нравственных, умственных и деловых качеств кандидата. Впрочем, многие из них являются общими для всех, «как для людей, так и для богов», например правдивость. Все граждане должны быть законопослушными, рассудительными и разумными, умерять яростный дух кротостью, зависть – щедростью. Но к лицу государственному, должностному философ подходит еще строже: «Кто намерен стать выдающимся человеком, тот должен любить не себя и свои качества, а справедливость, осуществляемую им самим либо кем-то другим». Еще одно непременное требование состоит в том, что никогда не «следует избирать в стражи законов и включать в число граждан, испытанных своею добродетелью, человека не божественного и не потрудившегося на этом поприще». Религиозная составляющая во взглядах Платона на государство, политику, право весьма значима, но это – отдельный вопрос.

Предмет особой заботы Платона – тщательный контроль претендента на стойкость к спиртному. Пагубные последствия пьянства для государства, общества, человека слишком очевидны. «Не правда ли, – убеждает он, – надо ставить начальником над нетрезвыми человека трезвого, мудрого, а не наоборот. Ведь если над нетрезвыми и будет поставлен пьяный, юный, неразумный начальник, он лишь благодаря очень счастливой случайности не наделает страшных бед». Мыслитель укоряет себя за то, что слишком часто возвращается к такому «незначительному предмету».

Заботой о здоровом потомстве как красной нитью принизаны наработки античного философа в семейном праве. Банальная и плоская оценка позиции Платона по вопросу семьи, брака, роли женщины в идеальном государстве, встречающаяся в литературе и сводящая огромную глубину и богатство мыслей греческого теоретика к выхваченному из контекста тезису об общности жен, нуждается в существенной корректировке. Сделать это основательно в кратком введении трудно, но высказать необходимые замечания следует.

Во-первых, Платон, отрицая семью в «Государстве», вводит ее в «Законах». Во-вторых, в идеальном государстве семья отсутствует только у высшей (весьма немногочисленной) элиты. Не допуская в этом деле ни малейшего «самотека», Платон «учреждает» для стражей браки «священные, как наиболее полезные». В-третьих, афинский философ поднимает весь круг рассматриваемых вопросов на уровень государственной политики. Надлежащее выполнение важнейшей государственной функции контролируют «особо для этого поставленные должностные лица». Они следят, «чтобы государство у нас по возможности не увеличивалось и не уменьшалось». Античный грек как бы увидел за тысячи лет вперед то, с чем столкнется человечество в конце XX в., – вымирание людей или демографические взрывы, перенаселенность, необходимость государственного регулирования рождаемости, планирования семьи и т. п. Брачные связи рассматриваются Платоном с позиций укрепления государственности, улучшения человеческого материала, для чего законодательно устанавливается лучший на основе опыта и данных тогдашней науки возраст для заключения брака, для деторождения, предусматривается возможность развода по ряду оснований, устанавливается торжественная процедура освящения брака, приуроченная к праздникам.

Наиболее полно правовые вопросы брака и семьи разрабатываются Платоном в «Законах». В ряде книг «Законов» он останавливается на самых различных деталях брачно-семейных отношений. Он допускает известную свободу выбора при заключении брака, если она не противоречит ни закону, ни воле родителей. А главное, брак становится действительно священным, его чистота охраняется законом, а нарушитель лишается «всех почетных гражданских отличий» как человек, действительно чуждый государству. Эта высокая оценка семьи, к которой в зрелые годы пришел «мудрейший из греков» в конце концов, была воспринята его учениками, и наиболее способный из них, Аристотель, представит семью основой государственности, моделью государства.

Наконец, Платон выдвигает непременным требованием в семейных отношениях почитание родителей. Он предусматривает самые серьезные наказания тем, кто пренебрегает своим сыновним долгом, и эти санкции рассматривает в качестве институтов другой важной отрасли – уголовного права.

Мыслитель выдвигает совершенно четкие принципы, например, своего рода требование неотвратимости наказания – «никто никогда не должен оставаться безнаказанным за какой бы то ни было проступок».

Возмездие должно, по Платону, соответствовать тяжести содеянного. Это может быть «денежная пеня», «унизительные места для стояния или сидения», «палочные удары», тюремное заключение и даже смертная казнь. Санкции в любом случае не должны быть несправедливыми, ради одного лишь страдания, – «по закону ни одно наказание не имеет в виду причинить зло». Вполне определенно Платоном формулируются цели карательной политики. Во-первых, исправление преступника («исправить или образумить его») и предотвращение повторения преступлений; во-вторых, устранение влияния дурного примера на граждан; в-третьих, избавление государства от опасного, вредного члена.

В своем учении о преступлениях и наказаниях Платон предусматривает освобождение от уголовной ответственности (невинная ошибка, проступок по неведению, незнанию, обусловленному затемнением разума), смягчающие и отягчающие обстоятельства (состояние аффекта, чувственного вожделения и т. п.). Достаточно прогрессивно звучит принцип нераспространимости уголовной репрессии на семью и родственников правонарушителя, так же как и требование демократических основ судопроизводства. В самом деле, «всякое государство перестает быть государством, если суды в нем не устроены надлежащим образом», если правосудие осуществляет безгласный судья, «не высказывающий во время разбирательства более того, что говорят тяжущиеся стороны». Составляя «неотъемлемую часть государственного устройства», суды занимаются деятельностью «властной и назидательной, разъясняющей и карательной». Философ довольно подробно высказывается о структуре и характере функционирования судебной системы. Так, в гражданских делах он считает самым важным тот суд, который назначили для себя тяжущиеся стороны, выбрав его сообща в качестве суда первой инстанции. Платон считает целесообразным существование двух видов судов – для разбора дел между частными лицами, куда может обратиться каждый человек, посчитавший себя оскорбленным другим лицом. Если же, по мнению любого гражданина, нарушены интересы общества и он высказывает желание «прийти им на помощь», то назначается для этих случаев особый суд.

В уголовном судопроизводстве, по Платону, достаточно одной инстанции. Суд составляется из назначенных по жребию судей из числа выборных должностных лиц, сроком на один год. Вынесению приговора предшествует открытое голосование судей. Однако если «наносится обида государству», то «начало подобного дела (обвинение в государственном преступлении. – Т. Е.) и окончательное решение по нему предоставляются народу».

По мысли Платона, суд стоит прежде всего на страже интересов государства и строгой нравственности, носящей религиозный характер, поэтому святотатство – одно из тягчайших уголовных преступлений. После злодеяний против богов идут преступления против существующего государственного строя. К числу государственных преступников философ относит тех, «кто проводит своего ставленника на государственную должность, не считаясь с законами», и «заставляет государство подчиняться партиям». Того же, кто «при этом прибегает к насилию, возбуждая противозаконное восстание, надо считать самым отъявленным врагом всего государства в целом».

Разрабатывая вопросы карательной политики государства, Платон вместе с тем придает суду воспитательное значение. Не только уголовный закон, но и вся социальная структура, само назначение государства должны противостоять разрушительной стихии массового насилия, не допускать крайних противоречий между бедностью и богатством, расслоения общества на враждующие классы, партии-антагонисты. И здесь уже высшая «божественная мудрость» законов должна быть дополнена мудрой социальной политикой государства, поднятой на вершину «царского искусства».

АФИНЯНИН, КЛИНИЙ, МЕГИЛЛ

Книга первая

Афинянин. Бог или кто из людей, чужеземцы, был виновником вашего законодательства?

Клиний. Бог, чужеземец, бог, говоря по правде. У нас это Зевс, у лакедемонян же, откуда родом Мегилл, я полагаю, назовут Аполлона. Не так ли?

Афинянин. Неужели ты утверждаешь, согласно Гомеру, что Минос каждые девять лет отправлялся для бесед к своему отцу и, сообразно его откровениям, устанавливал законы для ваших государств? [1]

Клиний. У нас в самом деле рассказывают это, а также и то, что брат Миноса Радамант – конечно, вам знакомо это имя – был в высшей степени справедлив. О нем мы, критяне, сказали бы, что он по праву заслужил эту похвалу своим тогдашним правосудием.

Афинянин. Прекрасная слава, вполне подобающая сыну Зевса. Так как вы оба, ты и Мегилл, воспитаны в покоящихся на законах нравах, я надеюсь, что мы не без удовольствия совершим наш путь, беседуя о нынешнем государственном устройстве и о законах. Во всяком случае дорога из Кноса к гроту и святилищу Зевса, как мы слышали, для этого подходит: по пути, верно, встречаются тенистые места под высокими деревьями, где можно будет отдохнуть от этого зноя. В наши лета нам следует часто делать передышки в подобных местах и так полегоньку совершить весь путь, ободряя друг друга речами.

Клиний. К тому же, чужеземец, когда мы немного пройдем вперед, нам встретятся в рощах удивительно высокие в красивые кипарисы, а также и луга, где мы сможем передохнуть и побеседовать.

Афинянин. Ты прав.

Клиний. Да, но, когда мы их увидим, мы еще не так о них отзовемся. Однако отправимся, в добрый час!

Предварительные проблемы. Основной принцип законодательства

Афинянин. Да будет так! Скажи мне, с какой целью закон установил у вас совместные трапезы, гимнасии и ваш способ вооружения?

Клиний. Я думаю, чужеземец, всякий легко поймет наши установления. Ведь вы видите природу местности всего Крита: это не равнина, как Фессалия. Поэтому-то фессалийцы больше пользуются конями, мы же передвигаемся пешком. Неровность местности, более подходящая для упражнения в беге; из-за нее и оружие по необходимости должно быть легким, чтобы не обременять при беге, для этого по своей легкости кажутся подходящими лук и стрелы. Все это у нас приспособлено к войне, и законодатель, по-моему, установил все, принимая в соображение именно войну; так он ввел сисситии, имея в виду, мне кажется, что на время походов сами обстоятельства вынуждают всех иметь общий стол – ради собственной своей безопасности. Он заметил, я думаю, неразумие большинства людей, не понимающих, что у всех в течение жизни идет непрерывная война со всеми государствами. Если же на войне, во имя безопасности, следует иметь общий стол и надо, чтобы стражами были какие-то начальники и их подчиненные, люди организованные, то именно так надо поступать и в мирное время. Ибо то, что большинство людей называет миром, есть только имя, на деле же от природы существует вечная непримиримая война между всеми государствами. Став на эту точку зрения, ты, пожалуй, найдешь, что критский законодатель установил все наши общественные и частные учреждения ради войны; он заповедал охранять законы именно согласно с этим, так как никакое достояние, никакое занятие, вообще ничто не принесет никому пользы, если не будет победы на войне: ибо все блага побежденных достаются победителю.

Афинянин. Мне кажется, чужеземец, ты прекрасно подготовлен, чтобы постичь критские законы. Но разъясни мне еще вот что: из данного тобой определения благоустроенного государства вытекает, насколько я могу судить, что его надо устроять так, чтобы оно побеждало на войне остальные государства. Не так ли?

Клиний. Конечно. Я думаю, и Мегилл того же мнения.

Мегилл. Как же иначе, мой друг, мог бы ответить любой, блакедемонянин?

Афинянин. Но это положение, верное для взаимоотношений государств, не может ли оказаться иным, когда речь пойдет об отношениях поселков?

Клиний. Никоим образом.

Афинянин. Значит, оно одинаково верно в обоих случаях?

Афинянин. Что же? Оно одинаково в приложении к отношениям и между двумя домами одного поселка, и между двумя людьми?

Афинянин. Должен ли думать каждый человек, что он сам себе враг, или не должен? Что сказать на это?

Клиний. Афинский чужеземец, – я не хотел бы назвать тебя «аттическим», так как, мне кажется, ты скорее достоин быть назван по имени богини, – ты сделал яснее нашу беседу, правильно вернув ее к началу. Так тебе легче будет обнаружить правильность нашего нынешнего утверждения, что все находятся в войне со всеми как в общественной, так и в частной жизни и каждый – с самим собой.

Афинянин. Что ты разумеешь, удивительный ты человек?

Клиний. И здесь тоже, чужеземец, победа над самим собой есть первая и наилучшая из побед. Быть же побежденным самим собой всего постыднее и хуже. Это и показывает, что в каждом из нас происходит война с самим собой.

Афинянин. Давайте снова изменим течение нашей беседы. Так как каждый из нас либо сильнее самого себя, либо слабее, то станем ли мы утверждать то же самое по отношению к домам, поселкам, государствам или нет?

Клиний. Ты говоришь, что одни из них сильнее самих себя, другие – слабее?

Клиний. Ты правильно поставил вопрос, ибо это целиком и полностью приложимо и к государствам. О том государстве, где лучшие побеждают большинство худших, правильно было бы сказать, что оно одерживает победу над самим собой и в высшей степени справедливо заслуживает хвалы за эту победу; в противном же случае происходит противоположное.

Афинянин. Однако оставим в стороне вопрос, может ли худшее оказаться сильнее лучшего (ведь это требует более длинного рассуждения). Теперь я понимаю твои слова: если связанные родством несправедливые граждане одного государства сойдутся в большом количестве с целью насильно поработить не столь многочисленных справедливых граждан и если они одержат над теми верх, то правильно можно было бы сказать, что подобное государство ниже самого себя и что вместе с тем оно и порочно. Наоборот, где несправедливые терпят поражение, там государство сильнее и лучше.

Клиний. Сказанное тобой, чужеземец, весьма необычно. Тем не менее совершенно необходимо это принять.

Афинянин. Конечно. Обсудим и следующее: может родиться много братьев, сыновей от одних и тех же отца и матери; однако не будет ничего удивительного, если большинство из них окажется несправедливыми и лишь меньшинство – справедливыми.

Клиний. Конечно, нет.

Афинянин. Ни мне, ни вам не подобало бы гоняться за словами, утверждая, что всякий дом и всякая семья, где дурные люди одерживают верх, должна считаться побежденной самой собой, в противном же случае

– победившей. Ведь не ради благообразия или безобразия слов ведем мы это рассуждение сообразно с пониманием большинства людей, но рассуждаем о том, что в законах правильно по природе и что ошибочно.

Клиний. Ты сказал, чужеземец, сущую правду.

Мегилл. Прекрасно. Я также присоединяюсь к только что сказанному.

Афинянин. Рассмотрим же еще вот что: не может ли оказаться кто-либо судьей над упомянутыми нами братьями?

Клиний. Конечно, может.

Афинянин. Какой же судья будет лучше: тот ли, который погубит дурных из лих и постановит, чтобы хорошие властвовали над собой сами, или тот, кто достойных заставит властвовать, худших же, оставив им жизнь, добровольно повиноваться? Представим себе еще третьего, состязающегося в умении, судью, который был бы таким, что, взяв подобную терзаемую раздорами семью, никого бы не погубил, но примирил бы их, установив на будущее время такие законы их взаимоотношений, чтобы они были друзьями.

Клиний. Подобный судья и законодатель был бы несравненно лучше.

Афинянин. Между тем он, давая им законы, имел бы в виду не войну, а как раз противоположное.

Клиний. Это правда.

Афинянин. А устроитель государства? Станет ли он устраивать жизнь, обращая больше внимания на внешнюю войну, чем на внутреннюю, называемую междоусобием? Последнее случается время от времени в государствах, хотя всякий очень хотел бы, чтобы междоусобий вовсе не было в его государстве, или, раз уж они возникли, то чтобы они как можно скорее прекратились.

Клиний. Очевидно, устроитель государства будет иметь в виду именно междоусобия.

Афинянин. Что предпочитает всякий: то ли чтобы в случае междоусобия мир был достигнут путем гибели одних и победы других, или же чтобы дружба и мир возникли вследствие примирения, и чтобы все внимание было, таким образом, неизбежно обращено на внешних врагов?

Клиний. Всякому хотелось бы, чтобы с его государством случилось последнее.

Афинянин. Не так ли и законодателю?

Клиний. Как же иначе?

Афинянин. Не правда ли, всякий стал бы устанавливать законы ради наилучшей цели?

Клиний. Без сомнения.

Афинянин. А ведь самое лучшее – это не война, не междоусобия: не дай бог, если в них возникнет нужда; мир же – это всеобщее дружелюбие. И победа государства над самим собой относится, конечно, не к области наилучшего, но к области необходимого. Это все равно, как если бы кто стал считать наилучшим такое состояние тела, когда оно страждет и ему достается в удел врачебное очищение, и не обратил бы внимания на состояние тела, когда оно в этом совсем не нуждается. Точно так же не может стать настоящим государственным человеком тот, кто, имея в виду благополучие всего государства и частных лиц, будет прежде всего и только обращать внимание на внешние войны. Не окажется он и хорошим законодателем, разве только станет устанавливать законы, касающиеся войны, ради мира, а не законы, касающиеся мира, ради военных действий.

Клиний. Кажется, чужеземец, это рассуждение правильно. Однако я удивляюсь, что наши, а также лакедемонские законоположения, столь тщательные, установлены вовсе не ради этого.

Афинянин. Возможно. Но теперь не время нам их сурово оспаривать. Нам должно спокойно задавать им вопросы, так как и мы, и они относимся к этому с величайшей серьезностью. Следите, прошу вас, за моим рассуждением. Возьмем сперва Тиртея, афинянина родом, но приобретшего лакедемонское гражданство. Ведь среди всех он с особенным рвением относится к войне, говоря:

Ни во что не считал бы и не помянул бы я мужа, даже если бы он был самым богатым из людей и обладал многими благами (здесь поэт перечисляет чуть ли не все блага), если только он не будет всегда отличаться в военном деле. Эти стихи, конечно, слышал и ты, Клиний, Мегилл же, я думаю, прямо-таки ими пресыщен.

Клиний. Да и к нам они перекочевали из Лакедемона.

Афинянин. Давайте же теперь все сообща спросим этого поэта примерно так: «О Тиртей, божественнейший из поэтов! Ты кажешься нам мудрым и благим за то, что ты отлично прославил отличившихся на войне. Мы – я, Мегилл и этот вот житель Кноса Клиний – вполне, по-видимому, с тобой в этом согласны.

Но нам хочется точно узнать, говорим ли мы о тех же самых лицах, что и ты, или нет. Итак, скажи нам: не правда ли, ты так же, как мы, ясно различаешь два вида войны? Или ты смотришь иначе?» На это, я думаю, даже тот, кто гораздо ниже Тиртея, ответит правду, т. е. что есть два вида войны: первый вид, который мы все называем междоусобием, как мы только что сказали, самый тягостный; второй же, как все мы, думаю я, считаем, это война в случае раздора с внешними иноплеменными врагами; этот вид гораздо безобиднее первого.

При использовании книги "Законы" автора Платон активная ссылка вида: читать книгу Законы обязательна.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Источник:

bookz.ru

Е. И. Темнов Платон Законы в городе Санкт-Петербург

В нашем интернет каталоге вы всегда сможете найти Е. И. Темнов Платон Законы по разумной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть похожие предложения в категории Наука и образование. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Доставка товара производится в любой населённый пункт РФ, например: Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Екатеринбург.