Книжный каталог

Правила Здоровой И Долгой Жизни

Перейти в магазин

Сравнить цены

Категория: Книги

Описание

Можем ли мы продлить свою жизнь, избежав множества заболеваний? Можем ли мы улучшить ее качество, не тратя деньги на многочисленные лекарственные препараты? Можем ли мы снизить риск возникновения онкологических и кардиоболезней до минимума? Прочитав эту книгу Дэвида Агуса, вы узнаете: - Почему применение витаминов и биодобавок увеличивает риск заболевания раком; - С помощью каких средств диагностики предотвратить многие болезни; - Почему аспирин и препараты, снижающие холестерин, могут спасти жизнь человека после 40 лет; - Чем опасен сидячий образ жизни; - Что нужно сделать, чтобы прожить долго и счастливо.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Чудаева И., Дубин В. Программа здоровой и долгой жизни Чудаева И., Дубин В. Программа здоровой и долгой жизни 142 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Блэкберн Э., Эпель Э. Эффект теломер. Революционный подход к более молодой, здоровой и долгой жизни Блэкберн Э., Эпель Э. Эффект теломер. Революционный подход к более молодой, здоровой и долгой жизни 525 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Блаво Р. 33 секрета здоровой и счастливой жизни Блаво Р. 33 секрета здоровой и счастливой жизни 43 р. book24.ru В магазин >>
Шевченко В. Диета долгожителя. Питаемся правильно. Специальные меню на каждый день. Советы и секреты для долгой и здоровой жизни Шевченко В. Диета долгожителя. Питаемся правильно. Специальные меню на каждый день. Советы и секреты для долгой и здоровой жизни 277 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Кибардин Г. 5 наших чувст для здоровой и долгой жизни. Слух. Обоняние. Зрение. Осязание. Вкус. Практическое руководство Кибардин Г. 5 наших чувст для здоровой и долгой жизни. Слух. Обоняние. Зрение. Осязание. Вкус. Практическое руководство 349 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Марклунд Б. Скандинавский секрет. Простые правила здоровой и счастливой жизни Марклунд Б. Скандинавский секрет. Простые правила здоровой и счастливой жизни 180 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Норбеков М. Главные правила здоровой и счастливой жизни после 40 Норбеков М. Главные правила здоровой и счастливой жизни после 40 291 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Дэвид Агус

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА ModernLib.Ru Дэвид Агус - Правила здоровой и долгой жизни Популярные авторы Популярные книги Правила здоровой и долгой жизни

  • Читать ознакомительный отрывок полностью (139 Кб)
  • Страницы:

Правила здоровой и долгой жизни

Dr. David AgusThe End of Illness

Copyright © 2011 by Dr. David B. Agus

Originally published by Free Press, a Division of Simon & Shuster Inc.

Автор: Дэвид Агус, признанный мировой лидер в области новых медицинских технологий, профессор, доктор медицинских наук, директор Калифорнийского центра прикладной молекулярной медицины, директор Калифорнийского Вестсайдского онкологического центра, обладатель множества премий и наград.

Переводчик: Ирина Шестова, лауреат Беляевской премии в номинации по переводу научно-популярной литературы.

© Шестова И.А., перевод на русский язык, 2013

© Phil Channing, фото, 2013

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ()

С момента первого издания этой книги прошло меньше года – и вот я пишу предисловие в ответ на поток полученных писем. Не думал, что комментариев окажется так много. В почтовом ящике скопилось порядка 40 тысяч электронных сообщений. Некоторые из них – приятные, другие – ну, не очень. Похоже, что я прошелся по большинству «любимых мозолей», имеющихся и у медицинского сообщества, и у обычных людей. Статины. Аспирин. Общее сканирование. Витамины и биодобавки. Скрининг ДНК… Одни респонденты радовали полной поддержкой, другие обвиняли в том, что я «подсадная утка» акул фарминдустрии, и доходили до того, что я «с Луны свалился». Что в результате удалось узнать? Были ли мои аргументы недостоверными, односторонними или оплаченными одним из мировых фармацевтических гигантов? Следую ли я собственным рекомендациям?

До того как приступить к ответам, позвольте рассказать историю, которая стала великолепным символом точки зрения, положенной в основу этой книги, а также символом черно-белого мышления, доминирующим среди людей, заботящихся о здоровье. Возможно, вы что-то слышали об этой истории, так как с нее началась рекламная кампания книги в СМИ, вскрывшая ящик Пандоры. Речь пойдет о случае Билла Вейра и «договоренности, которая спасла ему жизнь».

За несколько дней до того, как The End of Illness («Абсолютная свобода от болезней») впервые попала в магазины, я вместе с командой шоу «Nightline» на канале ABC работал над рекламным сюжетом о последних новостях в биотехнологиях. Ведущий Билл Вейр вызвался быть подопытным кроликом. Нет лучшего способа описать технологию, чем испытать ее на сорокачетырехлетнем некурящем мужчине, который ежедневно занимался спортом, никогда не болел, казался воплощением здоровья и прекрасно себя чувствовал. Но все равно Вейр рисковал: ведь он согласился на полную «прозрачность». Он планировал получить (и одновременно показать по телевидению) результаты всех своих анализов, в том числе компьютерную томограмму всего тела. Я заранее обсудил с Биллом и ведущим продюсером плюсы и особенно минусы такого подхода, но они не отказались от замысла. Я предложил отдельно обсудить данные до телеэфира, чтобы ведущий мог отказаться от полной откровенности и удалить любую часть, которой он не хочет делиться с публикой. Так, на всякий случай. Но он стоял на своем.

Билл захотел впервые увидеть и изучить свои результаты в прямом эфире и стать ролевой моделью для других пациентов. За неделю до того, как он приехал в Лос-Анджелес, чтобы встретиться со мной и пройти томографию в госпитале при Калифорнийском университете, его уже обследовали в Нью-Йорке. Провели всестороннее исследование крови: уровень холестерола, количество форменных элементов, печеночные и почечные ферменты, уровень лейкоцитов – все, о чем говорится в главе 2, – и генетический анализ для определения вероятности множества заболеваний, таких как болезни сердечно-сосудистой системы, болезнь Альцгеймера, рак толстой кишки и еще 32 заболеваний и состояний. На основе полученных данных (Билл не видел их до нашей встречи в Лос-Анджелесе) я назначил томографию, в том числе томографию грудной клетки, чтобы подробнее изучить сердце и определить наличие бляшек в артериях, доставляющих кровь к этому жизненно важному органу. Когда мы с Вейром впервые встретились в отделении радиологии, я вкратце рассказал об исследовании, чтобы он был готов к возможным результатам. Вновь выпал шанс скрыть или пересмотреть результаты обследований до того, как пускать их в эфир, но, как и прежде, телеведущий повел себя как супергерой и велел продолжать. Я восхитился его мужеством и энтузиазмом, но все-таки надеялся, что результат будет идеальным и мы получим модель оптимального здоровья.

Билл улегся на столе томографа, мы провели сканирование и отпустили телевизионщиков на другой конец города, в Беверли-Хиллз. Им нужно было установить камеры в клинике для записи следующей части передачи, в которой мы изучим результаты томографии. Мы с прекрасным госпитальным рентгенологом остались, чтобы интерпретировать данные. В сердце Билла имелись отложения – белые мазки на крупных артериях, которые могли стать причиной инфаркта, возможно, через несколько лет. Я знал, что у Билла был скрытый атеросклероз, это подтверждал анализ ДНК, указывавший на повышенный риск этого заболевания. В реальности мы с рентгенологом обнаружили две отдельные бляшки в коронарных артериях, что сузило просвет и серьезно повысило вероятность инфаркта. К счастью, в остальном сканирование показало идеальные результаты: больше никаких проблем. Состояние легких, печени, почек и костей (так же как и всех остальных органов) Билла было нормальным.

Сорокаминутная поездка обратно в клинику оказалась долгой и мучительной. Мысль о том, чтобы в прямом эфире рассказать этому полному жизни мужчине, счастливому мужу и отцу, что у него – проблемы с сердцем, без сомнения, пугала. Я много чего делал на публику, но этот случай стал самым сложным и неприятным. Почти без раздумий я обратился к продюсеру, рассказал, что обнаружил кое-что «клинически значимое», и вновь предложил предупредить об этом Билла до начала трансляции. Хотел еще раз дать Биллу путь к отступлению, и он вновь им не воспользовался. Продюсер предложила, что мы запишем разговор и потом отредактируем его, если полученная информация покажется Биллу слишком неприятной. Поясню: шоу транслировалось вживую, но именно часть с моим участием до эфира редактировали. Несмотря на подготовленный на случай форс-мажора план, я волновался. Пожалуй, всякий нормальный врач не привык делиться деликатной медицинской информацией, тем более в такой публичной, безликой обстановке.

Мы с Биллом сели в офисе и стали разбираться. Хотя новости об общей томограмме тела и результатах анализов были хорошие, я был вынужден начать с плохих. Когда я дошел до того, что Билл позже назвал «моментом истины», он приоткрыл рот, а в глазах появился страх. Ситуация в деталях предстала на томограмме, развернутой на экране компьютера: «Итак, когда мы читаем в газетах о сорокапятилетнем человеке, который умер от инфаркта во время утренней пробежки, это значит, нужно побеспокоиться именно об этих мазках». Но в случае Билла нам повезло – мы определили потенциальную проблему, когда еще можем вмешаться и что-то сделать для предотвращения будущей катастрофы. Ведущий поступает как герой, вынося всю информацию на публику, заметил я. Его история поможет бесчисленному количеству жизней, так как обратит внимание людей на то, что даже у такого стройного и бодрого мужчины, как он, может быть скрыто протекающая болезнь сердца. И направил Билла к прекрасному кардиологу в Нью-Йорке, чтобы на основе полученных данных разработать стратегию профилактики.

Но история на этом не заканчивается. Призыв Билла к действию стал сигналом тревоги для другой группы медицинского сообщества.

После того как в январе 2012 года сюжет вышел в эфир, доктор Гордон Томаселли, президент Американской ассоциации кардиологов, заявил Биллу: «Мы скорее всего не стали бы рекомендовать томографию в таком возрасте, особенно если у вас нет признаков сердечных заболеваний». Билл не соответствовал «скрининговым критериям». Я подумал про себя: «Серьезно? Сканирование же выявило проблему!» И вскоре получил множество писем от ведущих кардиологов, которые одобряли мой поступок и радовались, что проблема стала предметом широкого обсуждения.

Без сомнения, сканирование тоже, бывает, ошибается. Оно может дать как ложноположительные, так и ложноотрицательные результаты, которые приведут к ненужному стрессу и дальнейшим обследованиям. Приятно думать, что новейшие технологии минимизируют влияние человеческого фактора, но сегодня все еще важно, кто проводит сканирование, кто интерпретирует данные, а кто дает итоговые рекомендации. «Любой человек может взять фотоаппарат и сделать снимок, но только немногие могут сравниться с Картье-Брессоном, одним из великих фотографов. Здесь – то же самое», – объяснял я Биллу. И, несмотря на распространенное мнение, имеются способы улучшения технологии сканирования, которые могут дать лучшие, более достоверные результаты. Например, мы можем принять более эффективные стандарты определения группы риска и, соответственно, тех, кому нужно пройти такие неинвазивные обследования. Да мы и не хотим запихивать всех подряд в томограф. Но нам нужно изменить критерии, с помощью которых мы выявляем идеальных кандидатов на томографию, так, чтобы не пропустить людей типа Билла, пока не поздно. Для этого уже существуют технологии: ультразвуковое исследование сонных артерий и/или оценка бляшек в коронарных сосудах (как это было с Биллом). В дальнейшем с развитием технологий могут быть использованы новейшие биомаркеры, измерение характеристик отложений и новые технологии визуализации. И напоследок еще один вопрос: почему Американская ассоциация кардиологов не воспользовалась этой историей как поводом и не попросила увеличить финансирование развития новых технологий и улучшения методов исследований?

Заболевания сердечно-сосудистой системы – причина примерно трети смертей по всему миру. Требуется прорыв в лечении и профилактике этих болезней. 13 июня 2008 года Тим Рассерт, 58-летний ведущий «NBC Meet the Press», потерял сознание в офисе «NBC News» и умер от ишемической болезни сердца. Не хочу, чтобы его участь разделил Билл, которого сначала считали принадлежащим к «группе низкого риска». На поверхностный взгляд, он действительно относился к такой группе, но когда копнули глубже, стало ясно, что Билл к ней не относится. Обнаруженные видимые кальцинаты повышали вероятность сердечного заболевания в шесть раз. Если бы телеведущий не прошел сканирование, то не получил бы возможность обсудить с кардиологом стратегию профилактики и внести изменения в свой образ жизни. Сегодня Билл радуется уверенности в будущем благодаря «внезапному рывку к просветлению», который потряс его до глубины души. Он думает о жизни и здоровье так, как никогда не думал, и следует многим рекомендациям, данным в этой книге: больше двигаться в течение дня, есть правильные жиры и придерживаться стабильного расписания.

Реакция СМИ на историю Билла была, как говорится, только верхушкой айсберга. И к разгоревшимся вокруг другой идеи из книги дебатам я был уже готов. Увеличение финансирования для того, чтобы технологии смогли развиться и завоевать доверие, необходимо не потому, что сканирование иногда попадает пальцем в небо. Это относится не только к томографии, но и к профилактической медицине в целом. Вместо того чтобы тратить миллиарды на лечение больных, нужно начать с предотвращения заболеваний. Возмещение расходов на профилактику в США сейчас слишком затруднено. Что, к сожалению, логично: большинство людей меняет объем страхования в зависимости от профессии. Итак, если у вас уже есть такая страховка, зачем тратить деньги на то, что не повлияет на человека в ближайшее десятилетие? Вот поэтому и необходимо изменить подход и особенности оплаты профилактической медицины. Лечение инфаркта стоит десятки тысяч долларов. Отчего бы не сделать анализ, который стоит несколько сот долларов, и выписать препарат для профилактики? Очевидно, что затраты и вложения эффективны и окупаются.

Вернемся к ранее заданным вопросам. Я все еще верю в свои рекомендации? Ну да. Хотя мое мнение подвергают критике и сомневаются в его ценности, я знаю, что не одинок. Меня поддерживает наука, и все, что мне нужно, это довериться имеющимся данным. Я постоянно спрашивал, не появилось ли новое качественное исследование, которое доказало бы ошибочность написанного, но оказалось, что произошло противоположное. За последние несколько месяцев витамины и биодобавки попали «под раздачу» крупнейших научных центров; я читал новейшие исследования о значимости аспирина и статинов в уменьшении вероятности «смертности по любой причине» (то есть ранней смертности); и по-прежнему наблюдаю быстрое наступление высоких медицинских технологий. Сейчас технологии еще в разработке, но когда-нибудь станут общедоступны. К 2014 году Управление США по надзору за качеством пищевых продуктов и лекарственных средств планирует одобрить устройство, способное расшифровывать тайны человеческого тела почти в реальном времени. Медицинский мониторинг придет в практику примерно к 2015 году: врачи получат прибор размером с кухонный комбайн, с помощью которого будут проводить всестороннее обследование. К 2019 году появятся изящные устройства, определяющие любые белки, которые свидетельствуют о здоровье или начале заболевания. К 2022 году ежегодное обследование станет похоже на то, что сейчас существует только в научно-фантастических фильмах.

Несмотря на все эти радужные перспективы, принимая участие во множестве дискуссий, я столько всего наслушался, что убедился, что некоторые пропустили одну из самых важных идей книги. Утверждения в ней могут быть грубыми, агрессивными и декларативными, но они не абсолютны и не универсальны. Каждый должен узнать, как получать доступную сегодня информацию и как применять ее к себе наилучшим образом. Уроки книги стоит рассматривать как огромный полупустой холст, на который нанесено несколько широких мазков, – холст, куда с помощью недалеких новых технологий будут нанесены индивидуальные детали. Моя цель – представить материал для размышлений, обсуждения, развития. Именно это помогает создать контекст, крайне необходимый, чтобы для каждого из нас медицина стала лучше. Это же, несомненно, поможет отделить зерна истины от плевел случайных ошибок, недоверия и невежества, преграждающих путь к светлой цели – абсолютной свободе от болезней.

Недавно на дискуссии о полезности витаминов ведущий профессор диетологии завелся и стал защищать мнение о необходимости приема витаминов в выражениях вроде «я так чувствую». К сожалению, в моей области медицины этого недостаточно. Критиковали мою позицию по поводу статинов и мнение о витаминах. Если окажется, что меня неправильно поняли и на самом деле – за витамины и против статинов, то опять попаду под удар и меня тоже будут по-всякому обзывать. К сведению: от фармацевтической индустрии и индустрии биодобавок я получил ноль целых ноль десятых процентов дохода. Когда-то я читал платные лекции фармацевтам, но никогда не занимался маркетингом лекарственных препаратов. Пока существуют отдельные неповторяющиеся исследования, по итогам которых мои идеи можно считать нелепостью, это не наука. Если ученый авторитетен в своей области, то он не может ссылаться на единичные исследования, которые поддерживают его точку зрения. Напротив, нужно собрать все работы по теме и изучить все результаты. Так и делается мета-анализ. Однако мои рекомендации основаны на исследованиях, соответствующих золотому стандарту. Так будет всегда. И если однажды наука выкорчует общепризнанную «истину» или перевернет с ног на голову общеизвестный факт, то я мужественно и деятельно встречу новую точку зрения.

В конце книги добавлена новая глава, где даются ответы на вопросы, которые задавали самые разные люди. Их доводы (особенно тех, кто неправильно понял мои идеи) имеют много общего. Итак, если вы удивляетесь, почему я продолжаю защищать аспирин и статины и при этом обращаю свой гнев на витамины, то рекомендую забыть предубеждения, заглянуть в эту главу и прочитать. Тем, кто всего лишь хочет добавить живости в дискуссию, тоже это рекомендую. Нам нужны такие беседы. Они снабжают горючим двигатели, которые приведут наши жизни к конечному пункту назначения: туда, где мы все умрем так, как мы этого хотим – с достоинством, в мире, здравом уме и максимально хорошем физическом состоянии.

Правда о здоровье

Хочешь мира – готовься к войне

Б.Г. Лиддел Гарт. Стратегия непрямых действий

Часто говорят, что у меня странный взгляд на человеческое тело. Он дал возможность столкнуться с самыми глубоко запрятанными и рационализированными человеческими убеждениями в области здоровья. Возможно, он возник из-за того, чем я занимаюсь последние примерно лет двадцать – воюю на переднем крае как онколог и ученый. В поисках лучшего способа лечения этого грозного заболевания, которое уносит больше жизней, чем могло бы, я словно держусь одной рукой за край утеса. Онкология – это область высокого риска: честно говоря, во многих случаях шанс выжить очень мал, а выбор терапии ведется обходными путями. Меня бесит статистика, разочаровывают достигнутые скромные результаты и выводят из себя взгляды, которых придерживаются представители современной науки, которые мешают поиску «волшебной пули».

В этой книге я сделаю шаг назад и поделюсь тем, что связано с понятием «здоровье» вне медицинского сообщества. Это похоже на старую мудрость о необходимости готовиться к войне, если хочешь мира. Многие из вас не борются с раком и, думаю, хотели бы избежать этой борьбы. Думаю также, вам хотелось бы добиться в жизни такой, казалось бы, неосязаемой цели, как «здоровье». Так же, как работа позволяет мне нарушать отдельные «правила», чтобы проверять новые теории возникновения и лечения рака, книга нарушает «правила» ради той же цели – возможного спасения жизней. Похоже, высказанные в ней идеи провоцируют слушателей на смесь любопытства, недоверия, удивления и иногда злобы. Все это – ради благой цели: продлить вашу жизнь и помочь сделать каждый следующий год лучше предыдущего. Проще говоря, это мало похоже на обычную книжку о здоровом образе жизни или чем-то подобном. Частично книга – манифест, но она – и план части жизни.

Представьте себе, каково жить полноценной жизнью до ста лет или больше. А потом тело закончит свое существование так, будто его выключили. Вы мирно умрете во сне после последнего танцевального вечера.

Вы не умрете от какого-нибудь недуга, не будете медленно тянуть лямку под игом ужасной выматывающей болезни, которая началась годы или даже десятилетия назад. Большинство из нас не может себе представить, как избежать заболеваний, которые преждевременно (а иногда неожиданно) завершают нашу жизнь. Хочу, чтобы вы поверили, что сможете прожить полноценную, долгую жизнь без болезней – потому что это возможно. Конец болезней ближе, чем вы думаете, и я хочу его показать. Но чтобы совершить такой сверхчеловеческий подвиг, вы должны рассмотреть понятие «здоровье» совсем с другого ракурса и принять на веру несколько гипотез, которые, возможно, будут противоречить всему узнанному ранее.

Наверняка вы человек разумный и уравновешенный. Вы следите за новостями медицины и «держите руку на пульсе» последних исследований в области охраны здоровья. Вы не забываете принимать витамины и находите время для зарядки. Возможно, вас волнует загрязнение окружающей среды, проблемы пестицидов и качества водопроводной воды. И понимаете, что хорошо бы высыпаться, употреблять в пищу больше свежих фруктов и овощей и уменьшить долю насыщенных жиров в рационе. Но что будет, если я скажу, что не все эти убеждения верны? Что, если все, что вы знаете о здоровье, – ошибка?

Что такое «здоровье»? Казалось бы, на такой простой вопрос существует простой ответ. Это число, такое как вес или уровень холестерина? Или это образ жизни – нужно быть активным человеком и придерживаться «здорового питания»? Эх, если бы все было так просто! Когда взрывной рост медицинской информации серьезно превышает наши способности ее обработки, требуется по-другому совершать выбор в области здоровья. Попросите у меня помощи в лечении запущенного рака – скорее всего, я отвечу, что вы скоро сыграете в ящик. Это не нездоровая нежность или бесчувственность, это правда. Я – реалист, рак и многие другие смертельные заболевания не могут не волновать. Мы можем мгновенно связаться с людьми в любой части света, используя устройство, которое носим в кармане, а технологии и методики медицинских исследований и способов лечения такие устаревшие, архаичные, не побоюсь этого слова, даже варварские! Это просто позор!

Задачи этой книги:

• во-первых, предложить новую модель здоровья, которая резко изменит общепринятый взгляд на человеческое тело;

• во-вторых, очертить стратегии и дать рекомендации, как практически применить эту модель;

• в-третьих, рассказать о новейших медицинских технологиях (некоторые находятся в стадии разработки), которые помогут достигнуть желаемой продолжительности и желаемого качества жизни.

Почерпнув новую информацию, вы начнете двигаться по другому пути, и это изменит вашу жизнь к лучшему.

Внимание: от отдельных тем и некоторых советов вам поначалу может стать неуютно. Я предлагаю сведения, которые противоречат всему, во что вас учили верить как в «правильное» или «здоровое». Мои мысли о том, что для человека хорошо и, наоборот, плохо, могут не соответствовать общепризнанному мнению. Рассматривайте книгу как своего рода ясный взгляд на мир – серьезный манифест о нетрадиционном взгляде на тело и на механизмы, которые неустанно толкают его к здоровью или к болезням.

Главная же мысль этой работы такова: десятилетиями все (вне зависимости от отношения к медицине) думали о здоровье и о наших телах неверно. Мы хотели свести понимание тела и его неполадок до единственной причины – неважно, мутации, микробов, недостатка чего-нибудь, показателей вроде уровня сахара в крови или артериального давления. Вместо того чтобы учитывать сложность той системы, которой является человеческое тело, мы все еще ищем единственный ген, который «пошел вразнос», или уникальный «секрет», который улучшит наше здоровье. Такая близорукость уводит нас в сторону. В этой книге рассматривается подлинный взгляд на вещи, который изменит не только наш способ заботы о себе, но и то, как мы стимулируем появление следующего поколения медикаментов и способов лечения. Та же близорукость способствовала тому, что мы, врачи, нарушили клятву «не навреди», которую мы приносили, когда получали медицинский диплом. По правде сказать, врачи сейчас приносят много вреда. Внутреннее убеждение «не навреди» перестало действовать; мы оказались в такой области медицины, где редкие истинные данные перекрываются тьмой ложных или недоказанных утверждений. И это пугает.

Новый взгляд на старые болезни

В 2004 году я как-то шел от госпиталя «Седарс-Синай» в клинику, и на витрине магазина подарков мне бросилась в глаза обложка журнала «Форчун». Громкий заголовок гласил: «Почему мы проигрываем войну с раком». Статью написал Клифтон Лиф, выживший раковый больной, подростком спасенный в ходе клинических исследований в 1970 году. Журнал произвел сильное впечатление; любой онколог, который увидит такой кричащий заголовок и хорошо продуманную статью, почувствует себя растерянным и профессионально несостоятельным. После того как у Клифтона диагностировали лимфогранулематоз, или болезнь Ходжкина, родители отвезли его в Нью-Йорк, чтобы провести курс лечения, тогда считавшегося экспериментальным: жесткий протокол химиотерапии, включавшей МОПП, первую комбинацию химиотерапевтических средств, которая успешно лечила это заболевание. Больного подвергли необоснованной химиотерапии в сочетании с лучевой терапией, что привело к уничтожению щитовидной железы после облучения. Но лечение оказалось эффективным, и Клифтон стал участником общества онкобольных. В качестве основного докладчика на крупных научных конференциях по всему миру он добавляет в дискуссии освежающую страстную ноту – не только как журналист, завоевавший награды мирового уровня, но и как страстный защитник пациентов, ставящий своей целью выстроить правильный ряд приоритетов.

В статье Клифтон выдвинул несколько запоминающихся идей, наиболее важные из которых продемонстрировали, как мы – общество в целом и медицинское сообщество в частности – смотрим на биологию. Последние пятьдесят лет мы концентрировались на попытках понять особенности различных видов рака, чтобы подобрать методы терапии, вместо того чтобы вкладывать силы в профилактику онкологических заболеваний. Мы забыли, что лечение рака начинается с его предотвращения и что диагностика на ранних стадиях жизненно важна, если человек хочет сохранить возможность выздоровления до того, как болезнь перейдет в смертельную стадию. Когда мы низводим науку до поиска мелких улучшений в терапии вместо того, чтобы позволить ей совершать подлинные прорывы, то перестаем видеть картину в целом и чувствуем себя потерянными.

Возможно, поэтому мы так мало продвинулись в войне с раком за последние пятьдесят лет? Объясняет ли это все увеличивающийся разрыв между усовершенствованной терапией рака и лечением всех остальных болезней? Меня стали беспокоить острые вопросы, подобные этим. Онкологи не могут вылечить серьезный рак. За последний век медицина серьезно развилась, но в этой области прогресс остановился десятки лет назад.

Взгляды на жизнь могут меняться очень медленно, но они могут измениться мгновенно, если в зону внимания попадут новые факты или открытия. Мой взгляд на здоровье начал меняться после статьи Клифтона и выкристаллизовался за один вечер в компании с лауреатом Нобелевской премии по физике, подтолкнувшим меня к новому мышлению. В июле 2009 года на торжественном ужине в Аспене (штат Колорадо) мне довелось встретиться с Мюрреем Гелл-Манном, ученым, который примерно пятьдесят лет назад постулировал существование кварков. Кварки – это элементарные частицы, меньшие, чем электроны, основные элементы любой материи во Вселенной. Наше понимание того, как мир устроен на субатомном уровне, во многом обязано работе Мюррея. Гелл-Манн удостоился Нобелевской премии по физике в 1969 году, хотя доказательства его идей не были получены до 1977 года. В свои семьдесят девять лет Мюррей заразительно улыбался, восхищал и очаровывал всех вокруг, его интерес к жизни во всей ее полноте поражал. Я с огромным интересом слушал его рассказ о теоретических исследованиях в области физики. Кварк, как и мысль, нельзя увидеть даже с помощью самых современных технологий, и когда Мюррей только начинал разрабатывать свои гипотезы, приходилось полагаться только на отдельные факты и делать из них выводы о существовании кварков. Гелл-Манн рассказывал, насколько сложные системы изучает современная физика и сколько подходов он перепробовал в процессе построения моделей этих систем, – и тут меня озарило! Почему такой подход не применяют в медицине? Почему мы не пытаемся сходным образом обработать имеющиеся данные и построить модель болезни и, соответственно, здоровья? Физик описал модель кварка, а я пытался сделать то же самое в своей области, но не преуспел. Слово «онколог» буквально означает «тот, кто изучает тела или опухоли». Мюррей определил конкретные физические тела (хотя и субатомных масштабов) в физических терминах, тогда как я пытался понять биологические тела, связанные с хаосом и отклонением от нормы. Стало интересно, как применить стиль мышления Мюррея к иной профессиональной области?

С того вечера появилось право обмениваться с Мюрреем мыслями по разным поводам (и я рад, что он присоединился к рабочей группе как почетный профессор физики и медицины Университета Южной Калифорнии, так что у нас появилась возможность для плотной совместной работы). Несмотря на разницу в возрасте, мы быстро поладили. Чем больше каждый из нас восхищался чужой областью деятельности, тем интереснее было сравнивать то, как профессии повлияли на стиль мышления каждого. Когда Мюррей прямо сказал «Посмотрите на рак как на систему», я начал переосмысливать все – рак и традиционный подход к его лечению, болезнь и обычный медицинский взгляд на нее, и в итоге понятие здоровья. Нельзя было не спросить: а если наш взгляд на рак и мешает его лечить? А может быть, ошибочная концепция мешает любому успешному лечению?

Как будет показано ниже, я полностью уверен в возможности ранней диагностики рака. Ранняя диагностика сегодня – единственный ключ к успешному лечению.

Если следовать определенному набору рекомендаций, то в итоге можно предотвратить большинство случаев онкологических заболеваний. Но это относится не только к раку. В действительности с помощью профилактических мер реально предотвращать множество заболеваний и недомоганий, и книга – именно об этом. Это не «книга о раке».

Вместо того чтобы думать о раке лишь как о тяжелой болезни или опасном враге, стоит считать его частью корзины всех Болезней с большой буквы «Б». Рак – наиболее сложное заболевание из этой корзины, но не исключение. Как пишет Сидхарта Мукерджи, это «король всех недугов» – абсолютный враг, который вершит судьбы одной из трех женщин и одного из двух мужчин. Если окажется, что все знания и средства почти не дают эффекта в так называемой борьбе с раком, мы попадем в неловкое положение. Пришло время изменить не наши представления о раке, но и более общие понятия – здоровье и благополучие. Необходим кардинально другой образ мыслей, который может привести к прорывам во всех областях медицины. Этот новый образ мыслей неизбежно повлечет новые пути к поддержанию функционирования тела и к определению понятия здоровья в других терминах, так как здоровье – это не только отсутствие болезней.

Вопрос жизни каждого – здоровье

Сколько себя помню, всегда интересовался биологией человека. Я с детства проявлял интерес к науке и достаточно рано зачастил в лабораторию. Многие наставники оставили в моей памяти глубокий след, в их числе отец – врач, который всегда ставил высокую планку требований и поддерживал тягу к знаниям. Когда после интернатуры в Национальном институте здоровья и затем в госпитале имени Джона Хопкинса пришло время выбора медицинской специализации, оказалось, что онкология – это «убийство карьеры». Мне рекомендовали идти в кардиологи или пульмонологи, так как там можно «подняться по карьерной лестнице». Никто после Хопкинса не шел работать в Мемориальный раковый центр Слоан-Кеттеринг, чтобы изучать онкологию, которая в то время была «загибающейся ветвью» медицины, лишенной надежд и перспектив. Ясно, как вчера, помню руководителей госпиталя Хопкинса, которые спрашивали, зачем я хочу отправиться туда, где пациентам дают яд, почти (или вообще) не надеясь на успех. Я не разделял их мнения, поэтому последовал зову сердца и стал лечить лимфомы. Потом уже были изучение рака простаты, клинические исследования, разработка лекарственных средств и протоколов лечения… Мне не казалось, что онкология зашла в тупик. Напротив, это была одна из немногих областей медицины, где врачи и пациенты нарушали традиции и брали на себя риски, так как возможностей лечения имелось мало. Я хотел применить лабораторные наработки к реальным клиническим случаям и принять участие в развитии онкологии.

В конце девяностых я основал портал Oncology.com, в то время крупнейший профильный интернет-ресурс. Но приключения только начинались. Энди Грув, бывший руководитель «Интел» и один из моих любимых наставников, посоветовал переехать на Восток: он знал, что я ищу возможности сменить сферу деятельности. До сих пор помню день, когда вышел журнал «Форчун» с Энди на обложке. Грув в интервью рассказал о поставленном ему диагнозе – раке простаты, болезни, которую замалчивали слишком долго, – и о лечении. Я переехал с семьей в Калифорнию (что называется, в правильное место в правильное время), начал завязывать связи, способные помочь в моих начинаниях, как хороший лаборант в лаборатории. Оказался в числе учредителей Applied Proteomics и Navigenics, двух организаций, занимающихся здравоохранением и охраной здоровья, о которых вы узнаете из книги; занимал ведущие должности в престижных институтах, включая медицинский центр «Седарс-Синай», Университете Калифорнии и других организациях. Я чувствовал, что будущее медицины находится на стыке технологии и биологии, и что нужно участвовать во множестве разнотематических проектов, что поможет исполнению моей личной миссии: улучшить выживаемость пациентов и свести к минимуму воздействие болезней на нашу жизнь. Именно эта задача помогла понять, что мы сбились с курса поддержания здоровья, и привела к идеям, как снова на него вернуться.

План здоровой жизни

Сначала книга называлась «Что такое здоровье»? Это был отсыл к научно-популярной книге известного физика Эрвина Шредингера «Что такое жизнь?», опубликованной в 1944 году, в которой говорится об основах жизни. Но я быстро отказался от слова «здоровье» в заголовке, после того как один мой друг – топ-менеджер из Кремниевой долины, прислал резкое электронное письмо: «На мой взгляд, здоровье – это то, чем меня пичкают, хотя это и невкусно». Написанное продемонстрировало проблему, на которую я обратил внимание. Наше нынешнее понимание «здоровья» так далеко ушло в область домыслов, что мы вообще забыли о его исходном смысле. Возможно, книга добавит ясности.

Одна из наиболее важных мыслей в книге такова: для сохранения здоровья нет единственного «правильного» ответа, есть совокупность правильных ответов. Необходимо принять верные решения, касающиеся лично вас – основываясь на ваших ценностях и состоянии вашего организма. Моя же задача – сделать так, чтобы вы смогли принять лучшее для себя решение.

Для этого задам вопросы, которыми вы и не охватывались.

• Если вы хотите сохранить здоровье, счастье и долголетие, что из очень простых, важных и бесплатных вещей можно сделать прямо сейчас?

• Как простой взгляд на белки может дать больше информации о состоянии здоровья, чем расшифровка генетического кода?

• Что общего у статинов типа липитора со свиным гриппом и болезнью Альцгеймера?

• С какими двумя веществами должностные лица из Центра по контролю и профилактике заболеваний носятся как курица с яйцом, притом что их можно купить в любом супермаркете меньше чем за 10 фунтов?

• Действительно ли некоторые витамины, пищевые добавки и напитки из овощных и фруктовых соков нарушают естественное состояние тела?

• Как может препарат, не контактирующий с раковыми клетками, уничтожить их?

Другими словами: чего мы не учли в процессе разгадки тайны болезни? И следующий вопрос: как найти путь к полноценному длительному здоровью?

Я собираюсь ответить на эти вопросы. Для этого нужно развитое мышление и воображение: требуется представить тело как сложный объект и переопределить понятие «здоровье» в собственных терминах. Для регулярного контроля уровня здоровья будет использовано то, что я называю «метрики».

Я предложу разные способы «метрик» и индивидуального подхода к заботе о здоровье. Например, стакан красного вина в день может улучшить состояние здоровья вашего друга, а для вас – только повысить риск некоторых заболеваний. Многие «рецепты», данные в книге, на удивление приземлены: например, носить удобную обувь и ежедневно есть обед в одно и то же время.

Заодно я предложу вам покуситься на «священных коров» – например, на идею, что низкий уровень витамина D нужно компенсировать приемом витаминов или что двухчасовой утренней тренировкой можно компенсировать сидение на работе весь оставшийся день. Развенчаю мифы и прямую дезинформацию в надежде, что смогу вдохновить вас на активные действия, которые помогут создать более здоровую жизнь.

Мои рекомендации не слишком подробные, они не похожи на книгу о диетах, где расписывают день за днем, блюдо за блюдом и калорию за калорией. Мне неинтересно рассказывать читателям, как жить и что есть на ужин. Не собираюсь и заниматься диагностикой. Зато я намерен вдохновить вас взять управление телом и будущее состояние здоровья на себя. Приведенные советы больше похожи на алгоритмы жизни – помощники в совершении различных выборов. Эти выборы должны быть обусловлены индивидуальными ценностями, этикой, привычками. Поскольку единственно правильного ответа на вопрос «Что такое здоровье?» не существует, рекомендации помогут каждому читателю создать собственный способ быть здоровым.

В общем, я стремлюсь помочь вам стать максимально здоровым, неважно, боретесь вы сейчас с болезнью или нет. Я хочу вдохновить на пристальный взгляд на ваше понимание здоровья и открыть сознание изменениям. Это может серьезно улучшить жизнь.

Совершенно необходимы простые напоминания о том, что значит быть здоровым, так как куча советов в СМИ только запутывает. Могу только надеяться, что, когда вы прочитаете эту книгу, приобретете не только знания о преимуществах современной науки и медицины, но и мудрость отличить полезное от сомнительного, чтобы принять для себя верное решение. Я надеюсь также, что ваше будущее определит сила свободного выбора, что поведет вас по пути исцеления. Только вы можете побороть болезни.

Сохранение и восстановление здоровья. Индивидуальный план

Если бы кто-то хотел пересказать эту книгу в одном предложении, то оно получилось бы таким: познай самого себя. Я не имею в виду всеобъемлюще, это больше похоже на лепет психа-фанатика. Я искренне верю в так называемую «персонализированную медицину», подстраивающую медицинское обслуживание под индивидуальные потребности на основе физиологии, генетики, системы ценностей и специфики условий жизни. Наконец-то наступает восхитительное время, когда медицина предлагает лечение и профилактику «под заказ», как портной может сшить на заказ костюм или платье, учитывающий особенности тела. Но все начинается с конкретного человека. Вам нужно узнать себя так, как скорее всего раньше и не приходилось.

Большинство из нас живет, опираясь на обобщенные неиндивидуализированные рекомендации. Например, если вы хотите сбросить вес, то выберете общепризнанную диету, при которой скорее всего рекомендуют есть больше волокнистых овощей и уменьшить потребление сахара. Если хотите снизить риск рака, то вам скорее всего порекомендуют избегать табачного дыма, регулярно заниматься спортом и серьезно относиться к ранней диагностике. Но представьте, что вы получите более точное предсказание будущего здоровья и более точный набор рекомендаций «на сейчас». Представьте: вы будете знать, как конкретно изменить рацион, чтобы без усилий сбросить десять килограммов, или иметь точный список вещей, которых нужно избегать и которые нужно применять чаще, чтобы прекрасно себя чувствовать и быть в отличной форме, или, например, в точности знать дозу лекарства X, чтобы без побочных эффектов вылечиться от болезни Y. Вот что обещает персонализированная медицина.

Но, повторю, вы не сможете воспользоваться преимуществами персонализированной медицины, пока не узнаете себя лучше. В медицине не бывает общих рекомендаций, так что пока вы не создадите собственного индивидуального здорового образа жизни, не сможете жить долго и счастливо.

Откровенно говоря, обычно опросные листы зарывают где-то глубоко – после теории и примеров, – но я все-таки выдернул опрос и поместил в начале. Хочу указать первый шаг в заданном направлении до того, как потрачу несколько сот страниц на разжевывание рекомендаций. Первоначально этот опросный лист был создан для подготовки к диспансеризации. Он задает направление разговоров с врачами. В процессе работы над книгой, однако, я понял, что опросник полезно заполнить даже до чтения: он поможет вам лучше узнать себя, пока вы не ввязались в эту авантюру. Знаю и то, что вы как можно раньше хотите узнать, что делать, даже с учетом приведенных «правил здоровья». Чаще всего эти правила приводятся в конце главы, а вопросы спровоцируют новые размышления, пока вы будете читать книгу и воплощать в жизнь мои советы. Опросник можно скачать и на сайте www.TK.com, там же есть интерактивная форма для заполнения.

Этот тест не похож на другие, к нему нет ключа. Ответы имеют смысл сами по себе. Когда вы внедрите в жизнь хотя бы некоторые мои рекомендации, вернитесь к опроснику, чтобы проверить, есть ли подвижки. Отслеживайте, что меняется со временем. Продолжайте себя спрашивать: «Здоров ли я настолько, насколько мне хочется?»

Часть 1 позволяет полностью определить понятие здоровья. Начну с рассказа о том, как мы потеряли правильное направление в понимании человеческого тела, и предложу новый взгляд, который даст более точный «компас», а затем научу использовать этот «компас», чтобы улучшить здоровье с использованием современных технологий. В конце части 1 я расскажу о нескольких мощных медицинских технологиях, получающих сейчас развитие, которые вскоре помогут персонализировать медицинское обслуживание. Информация о них дает надежду на будущее и помогает лучше понять остальную книгу.

Шаг 1. Опросник текущего состояния здоровья.

Глава 1. Что такое здоровье?

Все мы примерно понимаем, что такое здоровый образ жизни. Сбалансированное питание – хорошо. Курение – плохо. Пьянство – плохо. Хороший сон – награда. Ощущение счастья – особая награда. Некоторые не признают эти базовые установки, но чаще всего мы различаем привычки, которые помогают нам оставаться молодыми и сильными, и привычки, которые только ухудшают состояние.

Мы стараемся не сворачивать с правильного пути, но что происходит, если мы легко заболеваем или хронически, или, боже упаси, узнаем о серьезном медицинском диагнозе? После первой реакции («Почему это со мной?») многие начинают задаваться другими, более серьезными вопросами. Что сделано не так? Виновата плохая вода? Трепетная любовь к гамбургерам и картошке фри? Начальник, чьи требования привели к тяжелому стрессу? Слишком много спиртного? Слишком мало физической нагрузки? Пассивное курение? Воздействие промышленных химикатов? Тяга к экстриму? – неважно, что под этим понимать. Неудача?

А некоторые, возможно, думают, что в болезни виноваты плохие гены.

Если бы я получал цент каждый раз, когда кто-нибудь говорит, что его заболевание или физический недостаток имеет генетическую природу, то стал бы самым богатым на Земле. Это так по-человечески – перекладывать свои пороки и изъяны на других, тем самым снимая с себя ответственность!

ДНК кажется абстрактным явлением, типа «черных дыр» или кварков, которые мы не можем потрогать, увидеть или ощутить, и на них очень удобно вешать всех собак. К тому же ДНК досталась от родителей, а значит, нет выбора.

Большинство людей не думает, что ДНК определяет не судьбу, а скорее риски. Она управляет возможностями, но не роком. Как говорит мой коллега и друг Дэнни Хиллис (с ним мы встретимся и ниже, в рассказе о перспективных технологиях), ДНК – это список частей или ингредиентов, а не полное руководство, описывающее, как эти части взаимодействуют. Считать ДНК ответственной за состояние здоровья – это не видеть за деревьями леса. ДНК – это не основное блюдо. Сказал бы так: полное содержание ДНК дает определенные ключи к вашему здоровью. В противном случае я бы не оказался среди учредителей компании, проводящей генетический анализ, на основе результатов которого вы можете принимать профилактические меры. Но прежде всего хочу предложить более широкий взгляд на мир, охватывающий не только генную последовательность. Хочу, чтобы вы увидели тело как целостную систему – от внешних слоев кожи до внутренних структур каждой клетки. К ее тайнам мы только подбираемся – и эта уникальная сложноорганизованная и высокофункциональная система все еще оставляет простор воображению.

А в ходе изучения тайн человеческого тела оказывается, что эта система и ее загадки связаны не только с ДНК.

Почему мы болеем

Чтобы понять, почему ДНК стали уделять так много внимания и почему крайне важно рассматривать тело как сложную систему, на которую влияет не только генетика, рассмотрим развитие научной мысли в области борьбы с проблемами, возникающими в борьбе за здоровье и долголетие человека.

Большинство прорывов в медицине произошло совсем недавно – примерно в последние лет шестьдесят. Открытие пенициллина в 1928 году привело к перевороту в лечении инфекций, основанному на знании, что инфекции вызываются бактериями. Продолжительность жизни увеличилась на годы, а во многих случаях – на десятилетия. Это стало возможно благодаря ряду взаимосвязанных факторов: сокращению курения, улучшению рациона питания, развитию диагностики и медицинского обслуживания и, конечно, точному лечению, а также препаратам типа статинов, понижающим уровень холестерина, и др.

С 1921 года заболевания сердечно-сосудистой системы были ведущей причиной смертности в США, а инсульт попал в тройку основных причин в 1938 году. В сумме эти коронарные заболевания являются причиной примерно 40 процентов смертей. Однако с 1950 года стандартизированный по возрасту уровень смертности от сердечно-сосудистых заболеваний снизился на 60–70 процентов. Это одно из наиболее важных достижений в области здравоохранения в XX веке.

Но в тени этого благополучия, словно белый слон, притаились факты, возвращающие с небес на землю: уровень смертности от онкозаболеваний с 1950 по 2007 год (наиболее свежие данные) не особенно изменился (рис. 1). Мы серьезно продвинулись в борьбе с другими хроническими заболеваниями, но не с ними. Конечно, есть и здесь локальные победы. Возьмем, к примеру, хронический миелолейкоз, редкий тип лейкоза, который был смертным приговором для всех пациентов, кроме тех, кому помогла трансплантация костного мозга. В мае 2001 года Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов одобрило к применению гливек (коммерческое название – иматиниба мезилата). В том же месяце статья об этом препарате под заголовком «Волшебная пуля для рака» появилась в журнале «Таймс» – и теперь имеется эффективный способ терапии большинства пациентов, приводящий к заметному улучшению состояния. Лекарство воздействует на конкретную хромосомную мутацию, имеющуюся при данном заболевании (часть 9-й хромосомы сцеплена с частью 22-й). В клинических исследованиях частота ответа на гливек составила более 90 процентов. Люди поднимались со смертного одра и возвращались к нормальной жизни после приема небольшой капсулы, почти не вызывающей побочных эффектов. Но если говорить о более привычных видах смертельного рака, в том числе легких, толстой кишки, молочной железы, простаты, мозга и т. п., следует признать, что уровень смертности изменился постыдно мало.

Изменения в причинах смертности в США в период с 1950 по 2007 г. (данные на 100 тысяч человек)

Данные приведены к стандартной выборке США 2000 г. Источник: 1950 Mortality Data – CDC/NCHS, NVSS, Mortality Revised. 2007 Mortality Data – National Center for Health Statistics, Centers for Disease Control and Prevention, 2010; http://www.cdc.gov

Рис. 1. Изменения в причинах смертности в США с 1950 по 2007 г.

Уровень смертности в США в зависимости от причин: все возрасты

Данные, приведенные к возрасту. Источник: CDC/NCHS, Health, United States, 2009, Рис. 18. Данные от National Vital Statistics System.

Рис. 2. Уровень смертности в США в зависимости от причины

Когда я показываю аудитории рисунок (Рис. 2), то слышу неверящие возгласы: «Как такое может быть? Что в исследованиях мы делаем не так? В этих данных есть фактические ошибки или опечатки?»

График ярко демонстрирует эффект применения статинов при сердечно-сосудистых заболеваниях и инсульте. Антибиотики и противовирусные средства, включая вакцины, серьезно уменьшили количество смертей от пневмонии и инфекций. Даже статистика смертей от рака по всему миру показывает цифры, противоречащие стереотипам. В отдельных странах Черной Африки, где, как правило, озабочены борьбой с заболеваниями типа ВИЧ и другими инфекциями, обычными для стран третьего мира, смертность от рака превышает суммарную смертность от ВИЧ, туберкулеза и малярии. В 2010 году по всему миру смертность от хронических заболеваний превысила смертность от инфекционных болезней. Так что проблема касается не только Америки, но и мира в целом.

То, что смертность от онкологических заболеваний не падает, – тревожный сигнал. Стоит отметить и более удивительное наблюдение: антибиотики и противовирусные средства не воздействуют на человеческий организм, они воздействуют на другие, вторгшиеся, организмы. В то же время статины воздействуют на человеческий организм способами, которые мы только начинаем изучать. Вопреки распространенному убеждению, статины не только снижают уровень холестерина, воздействуя каким-то одним способом или через одну область; в действительности они серьезно влияют на все тело, снижая уровень воспаления, тем самым изменяя внутренний баланс, который медики называют гомеостазом. Вакцины также влияют на всю систему, но делают это более сложным образом – активизируют иммунную систему, искусственно создавая ситуацию, будто в тело попал инородный микроорганизм.

Во введении сказано, что эта книга не о раке, но я использую опыт онколога, чтобы разъяснить несколько основных идей. Действительно, можно проследить отношение человека к здоровью на примере изучения рака. Когда рассматривается традиционное понимание болезни и то, как мы пришли к нынешнему уровню понимания такой таинственной болезни, как рак, понятно, как и почему мы сбились с пути. Мы можем обозначить рассуждения и ошибочные идеи, которые мы слепо приняли и которые мешают нашим попыткам улучшить медицину и, соответственно, добиться здоровья. Оптимистически говоря, возможно, мы увидим, как изменить направление развития и открыть новую область в персонализированном здравоохранении для каждого из нас – для вас и для меня. В конечном счете мы сможем добиться серьезного преимущества в «войне» с болезнями.

Что такое онкология с высоты 20 километров

Рак, как я уже говорил раньше, – прекрасная метафора для всего, связанного с болезнью. Это злейший враг любого человека, носитель всего «плохого», что может повлиять на здоровье, счастье и, конечно же, долголетие. Я не знаю никого, кто не испугался, узнав, что тело обратилось против него, что обнаружен рак, что будущее туманно. Эта неопределенность наиболее неприятна. Мы вдруг теряем возможность отвечать на вопросы «где?», «как?», «почему?», «когда?», «когда я вылечусь от рака? или «когда я умру?».

Что такое рак? Если у вас нашли опухоль или настораживающие результаты анализа крови, то скорее всего пошлют к специалисту. Тот воткнет в вас пункционную иглу и возьмет образец, который отдаст на изучение патоморфологу. Патоморфолог, которого, вы, возможно, никогда не увидите, займется поиском конкретных структур, так как в настоящее время диагноз ставят, опознавая структуры. Это вписывается в норму? Это патология?

Предположим, патоморфолог смотрит на нормальную пластиковую бутылку и говорит, что это – нормальная клетка. А потом смотрит на помятую, поломанную бутылку и говорит, что это – раковая клетка. Таков современный уровень диагностика рака. Ни молекулярных исследований, ни секвенирования генов, ни тонкого исследования хромосом. Так сейчас работают.

Главная подлость рака – сама природа этого зверя: он саморазрушающий, в том смысле, что сбивает с толку наши собственные клетки. Нет внешнего воздействия. Нет внешнего организма или инфекции, самостоятельной по сути, но похожей на наши клетки. Рак – это ужас, спящий в каждом из нас. Иногда он ненадолго просыпается, выбрасывая группу странных клеток, называемых опухолью, но в большинстве случаев покоряется и вновь впадает в спячку под воздействием целого арсенала искусных способов воздействия. Но иногда, когда мы этого меньше всего ожидаем, зверь прорывается через все защитные механизмы. Что-то ломается в защитных механизмах, сдержки и способы контроля, которые до того осуществляли надежную защиту, перестают работать, что приводит к нарушению функционирования клеток и последующему росту злокачественных опухолей. Рак демонстрирует особенность, отсутствующую у многих заболеваний, особенно вызываемых внешними причинами. Но все еще остается вопрос: почему мы не можем продвинуться вперед в понимании рака и борьбе с ним, почему добились такого незначительного успеха?

В 2009 году на представительной встрече Американской ассоциации исследования рака в Денвере я поднялся и прямо сказал коллегам: «Мы совершили ошибку». Мы все, и я в том числе, зря так сузили область внимания, до крайности ограничив изучение болезни. Я предложил сделать большой шаг назад и посмотреть на болезнь «с высоты 20 километров». Потом сделал еще одно заявление, которое всколыхнуло участников собрания: «Необязательно понимать рак, чтобы управлять им». Собравшиеся стали перешептываться, что привело меня в уныние. Настроение у всех резко испортилось. Однако важно было указать, где мы, члены медицинского сообщества, сбились с пути, потому что это может помочь на него вернуться. Я виноват в этом в равной степени. Но не оставлять же публику в подвешенном состоянии? Необходимо было предоставить данные в подтверждение сказанному и дать хотя бы некоторым слушателям надежду на будущее. Тогда рассказал, как был достигнут существующий стиль мышления в науке, восходящий к открытиям, сделанным задолго до нас.

Мы с трудом вернулись к микробной теории заболеваний, доминировавшей в медицине в XX веке, которая определила дальнейшее развитие. В соответствии с этой теорией, если можно определить, какими бактериями вы инфицированы, то проблема решена, так как понятно, чем это лечить. Это стало основной парадигмой в медицине. Врач должен провести лабораторный анализ для определения возбудителя, а затем использовать лечение, специфическое для данного возбудителя или класса возбудителей. Лечение определялось только типом воздействующего на человека организма, бактерии, вызывающей туберкулез, или паразита, вызывающего малярию; терапию не пытались подстроить под носителя (человека) или место заражения. Поэтому одно и то же лекарство используют для всех пациентов с конкретным инфекционным заболеванием.

Вот то, что пытаются делать врачи: определить болезнь – поставить точный диагноз – лечить диагноз лучшим из известных на данный момент методов. Такая стратегия позволяет также использовать научные методы, так как они дают возможность объективно определить эффективность конкретного лечения при конкретном диагнозе. Хинин помогает при симптомах малярии? Пенициллин является лучшим способом лечения сибирской язвы? Как только наука определяет лучший способ, врачи начинают им пользоваться. Диагностируй. Лечи. Диагностируй. Лечи. Мы, пациенты, надеющиеся, что наука совершит прорыв в области укрепления здоровья, должны подвергнуть сомнению такие методы и спросить себя: есть ли другой, более эффективный путь, особенно для системных заболеваний, таких как сердечно-сосудистые болезни или рак, по сравнению с заболеваниями, вызванными внешними причинами, например инфекциями.

Научный подход в медицине относительно нов. Исторически врачи придерживались теорий, сходных с традиционной индийской системой аюрведической медицины, которая основана на балансе различных сил в организме. Средневековый европейский доктор мог пытаться сделать вас «менее холеричным» или «более флегматичным». Как и в восточной философии, основной идеей было восстановление баланса различных сил, управляющих телом. Но такой подход к медицине и уважение к телу как к целостной системе был отвергнут в начале XX века – сначала на Западе, так как нас отвлекла победа над возбудителями заболеваний. Интересно также отметить, что в то время микробная теория была прорывом. Затем открыли антибиотики, и известный генетик Б. С. Халдан сказал 4 февраля 1923 года в Кембридже: «Можно описать историю медицины так. Примерно до 1870 года медицина во многом опиралась на физиологию. На болезни смотрели с точки зрения пациента, так, как сейчас смотрят на травмы. Открытие Пастера, выяснившего природу инфекционных заболеваний, изменило весь образ мышления и дало возможность справиться с целой группой болезней. Но это также увело научную медицину с предыдущего пути, и, возможно, пока не открыли бактерии, от тифа и сепсиса умирало больше людей, но справиться с заболеваниями почек и раком было легче. Причина таких заболеваний, как рак, не конкретные микроорганизмы, тогда как другие, такие как фтизис (устаревшее название туберкулеза. – Автор.), вызываются микроорганизмами, почти безопасными для среднего человека, но становящимися опасными неизвестно из-за чего. Мы не можем эффективно лечить заболевания из первой группы, основываясь на рекомендациях Пастера. Необходимо перевести взгляд с микроорганизмов на пациента. Если врач не может справиться с вышеупомянутым заболеванием, то часто он способен помочь пациенту прожить достаточно долго, чтобы тот поборол недуг самостоятельно. В этом доктор будет опираться в основном на знание физиологии. Я не говорю, что физиолог сможет открыть средство предотвращения рака. Пастер сначала работал в кристаллографии. Но это мало похоже на широкое использование физиологических данных. Исчезновение заболеваний сделает смерть физиологическим состоянием, типа сна. Поколение, которое жило вместе и умрет вместе».

Халдан обобщил свои мысли, и то, что сказанное по поводу микробной теории, вдруг оказалось предсказанием. «Это катастрофа в медицине: мы станем искать эти возбудители и забудем о системе». Примерно через 90 лет оказалось, что Халдан совершенно прав! Действительно, и общество, и люди, отчаянно ищущие врага, чтобы обвинить его во всех своих бедах, стали строить догадки. Появились предположения, что болезни происходят из-за окружающей среды (что оказалось совершенно ложной гипотезой, применительно к недугам, не связанным с микробами, но зависящим от внутреннего состояния).

Нужна ли вам корзина болезней

Микробная теория означала катастрофу в лечении болезней типа рака, так как и ученые, и простые люди начали считать такие болезни инфекционными. Это стало обыденным знанием, повлиявшим на способ лечения, и подобное представление бытует по сей день. Так, когда пациент приходит к врачу, ему ставят диагноз и определяют в конкретную категорию (то есть диабет, а не целиакия), а потом назначают лечение, показавшее эффективность при аналогичном диагнозе (то есть инсулин, а не исключение глютена). В случае злокачественной опухоли врач начинает лечение так, как будто это внедрившееся что-то, пытается это вырезать или вытравить. Точный протокол лечения зависит от того, какая часть тела поражена – молочная железа или простата.

Но рак не настолько прямолинеен, как инфекционные заболевания. Диагностика, отнесение к конкретной группе и специфическое лечение имеют смысл для инфекционных заболеваний, так как инфекции бывают разного вида – они относятся к различным видам, типам и классам, что влияет на способ воздействия на конкретный возбудитель. В случае инфекции неважно, вызвана она вирусом или бактерией, – если мы поразим ахиллесову пяту захватчика, то победим. Не нужно ничего знать про носителя, нам нужно знать лишь, кто в него попал и как его уничтожить. Проблема становится одномерной: при инфекционном заболевании нужно определить только одно – вирус это или бактерия. Для других заболеваний число параметров возрастает: пораженные клетки, орган, в котором они находятся, другие близкорасположенные органы, тело целиком и т. д. Это уже не битва один на один, где требуется только правильное оружие. Это становится загадочной путаницей отдельных битв, часть которых напоминает небольшие стычки, а другие оказываются эхом большой «мировой» войны.

Потеря нормального контроля над ростом

Рис. 3. Потеря нормального контроля над ростом клеток

Теперь, чтобы понять сложность процесса развития болезни и то, почему онкологические заболевания не похожи на инфекционные, давайте посмотрим, как Национальный институт рака описывает развитие рака[1]:

Иллюстрация наглядно показывает деление клеток и то, что в основе проблем лежит ускоренный рост раковых клеток или невозможность их самоуничтожения. Но такое описание открывает только часть общей картины, оставляя без внимания крайне важный элемент.

Строго говоря, мы не знаем, что вызывает рак и почему развиваются опухоли, но существует смутная догадка, что рак связан с системной проблемой – комплексным расстройством функций нашего тела, которое необязательно лечить хирургически или терапевтически.

Хотя некоторые любят повторять, что рак – это современная болезнь и в росте онкозаболеваемости повинны грехи нашего индустриального мира (обычно обвиняют загрязнение окружающей среды, фаст-фуд и рафинированные продукты, ядовитые промышленные отходы), но я не придерживаюсь такого мнения. Рак часто считают символом современной культуры изобилия излишеств и перепроизводства, но он на самом деле так же стар, как и человечество. Следы его находят с Античности. Семь египетских папирусов, написанных между 3000 и 1500 годами до н. э., описывают синдромы, соответствующие современному раку. В одном из документов, папирусе Эдвина Смита, названном в честь человека, который получил или украл пятнадцатифутовый свиток у торговца древностями в Луксоре в 1862 году, описаны восемь примеров опухолей или язв груди. В документе, написанном в XVII веке до н. э., утверждается, что для этого состояния нет способа лечения, и рекомендуется каутеризация (прижигание раскаленным инструментом). Современная хирургия и лучевая терапия похожи на описанную каутеризацию; разве что ножи стали острее, а анестезия лучше. Древние египтяне разработали различные протоколы лечения злокачественных и доброкачественных новообразований. Для «наружных опухолей» рекомендовалось хирургическое удаление. Для злокачественных опухолей рекомендовались снадобья для лечения более серьезных симптомов. В состав снадобий входили ячмень, касторовое масло и части животных, например свиные уши. Наиболее древние материальные свидетельства имеются на черепе женщины бронзового века (между 1900 и 1600 годами до н. э.). Опухоль соответствует тому, что сейчас называется рак головы и шеи. Найдены также мумифицированные останки перуанского инка 2400-летней давности, на которых видны несомненные следы меланомы.

Пролистнем следующие несколько тысячелетий, в течение которых рак продолжал поражать тела молодых и стариков. Одним из проницательных и наблюдательных врачей во времена Античности был римский физиолог, хирург и писатель Гален. Он предложил теорию заболеваний в то время, когда такие дисциплины, как анатомия, патофизиология и фармакология, находились в зачаточном состоянии. Медик II века н. э. Гален внес серьезный вклад в понимание патологии по Гиппократу. Гиппократ, как вы помните из школьного курса биологии, считается отцом медицины и разработчиком многих теорий в области здоровья (Афины, примерно 400 г. до н. э.). Физиологические и философские наблюдения Гиппократа легли в основу современной медицины. Современные медики считают его первым человеком, который поверил в то, что заболевания вызываются естественными причинами, а не воздействием колдовства или высших сил. Более того, он впервые зафиксировал различия между доброкачественными и злокачественными опухолями. Для описания опухолей разных частей тела, перерастающих в язвы, Гиппократ ввел понятие karkinos (греч. «краб»). Не очень понятно, почему раковая опухоль похожа на краба, но образ подошел.

Гиппократ видел и описывал опухоли, вокруг которых были пучки воспаленных кровеносных сосудов, что и навело на мысль о крабе, закопавшемся в песок и выставившем конечности наружу. То, что Гиппократ описывал раковую опухоль как «похожую на краба», явно свидетельствует о том, что он не знал о видах рака, которые нельзя увидеть невооруженным взглядом. Чаще всего он видел большие опухоли на поверхности тела или близко к поверхности, такие как опухоли молочных желез, кожи, шеи и языка.

Идеи Гиппократа в области здоровья и болезней позволили его последователям, таким как Гален, развивать их и ставить эксперименты. Некоторые эти эксперименты помогли дать точное определение рака. Гален описал его как неуправляемую и безжалостную часть тела. По его мнению, к раку приводил излишек обычной «черной желчи», которую невозможно убрать. Черная желчь поражала все тело, а опухоли отражали силу и упорство этого распространяющегося злокачественного состояния. Попытки вырезать такие опухоли не приведут к успеху, считал античный врач, так как черная желчь не только заполнит рану, но и приведет к развитию еще одной опухоли. У Галена не было изощренных терминов и инструментов вроде современных микроскопов и установок секвенирования генома, но он точно описал системную природу рака и его способности расти, давать метастазы и восстанавливаться.

Многие идеи Галена сохранили свою актуальность до Возрождения, а студенты-медики продолжали изучать его труды до XIX века. Потом, когда патофизиологи XIX века направили микроскопы на внедрившиеся клеточные массы, они поняли жестокую шутку, которая и определяет природу рака: это избыток собственных клеток, а не черной желчи. Но эти клетки похожи на черную желчь, так как ведут себя как мятежники, которые рушат границы и грабят остальные клетки. Раковые клетки похожи не только аномальной формой, но и безудержной пролиферацией – бесконтрольным клеточным ростом. Сидхарта Мукерджи красиво описал этот процесс в книге «Король всех недугов», которая описывает место рака в истории человечества.

На молекулярном уровне рак появляется после мутации генов конкретной клетки. Мощные генетические сигналы нормальных клеток указывают, когда и как клетке делиться. Некоторые гены активизируют размножение клеток, работая как педаль газа. Другие работают как молекулярные тормоза, останавливая рост. Это объясняет, в частности, почему, например, когда заживает царапина на коже, клетки, задействованные в заживлении, «знают», когда нужно останавливать развитие новых клеток, так чтобы не оставить вас с опухолью из новой кожи. Но в раковой клетке нет этого отточенного баланса между активным ростом и неактивностью. Светофор, который управляет ростом клеток, не работает или слишком часто дает зеленый свет. Клетки, соответственно, остаются без регулирования и не знают, когда прекращать рост.

Но такой взгляд на рак на молекулярном уровне не является единственным полезным инструментом в подборе лечения. Для меня рак (рис. 4) выглядит примерно так:

А. Печень человека с метастазами рака толстой кишки

Б. Аксиальная компьютерная томография, показывающая наличие метастазов рака в печени

В. Рак в лимфоузле под микроскопом

Вот мы видим А – печень с раком толстой кишки, что правильнее назвать «метастазы рака толстой кишки в печень». Рак переместился, метастазировал, из толстой кишки в печень, что подтверждается белыми образованиями на снимке. Б – томограмма другой печени, пораженной раком толстой кишки («метастазы рака толстой кишки в печень»). Обратите внимание на пять круглых темных образований в левой части изображения. И В – изображение рака толстой кишки в лимфоузле под микроскопом («метастазы рака толстой кишки в лимфоузел»). Пояснение: «рак толстой кишки», который метастазировал в легкие, не будет называться «рак легких». Это все еще рак толстой кишки и выглядит он как рак толстой кишки.

Рак – это взаимодействие клетки, лишенной контроля роста, с окружающей средой. Для понимания рака важнее обратить внимание на то, что это не только неконтролируемое деление клеток и их распространение. Важнее другая характеристика – способность изменяться со временем. Хотя люди часто представляют себе рак как сошедшую с ума машину для копирования клеток, не вносящую изменений, в действительности он гибче и динамичнее. Каждый раз, когда появляется новое поколение злокачественных клеток, в них появляются новые мутации – которые еще сильнее меняют гены, отвечающие за рост клетки. Хуже того: в опухоли после химиотерапии могут остаться клетки, резистентные к лекарственным средствам. Другими словами, так же, как после применения антибиотиков появляются резистентные бактерии, противораковые средства могут стимулировать появление резистентных раковых клеток.

Но вновь отстранимся от молекулярной точки зрения на рак. Как видно, эволюция влияет на проявления рака, но не на генетику. Да, за злокачественные опухоли отвечают разные гены, но внешний вид получается одинаковым. Да, могут существовать 50 различных молекулярных путей развития того или иного новообразования, например, рака молочной железы, толстой кишки, легких, мозга или простаты, но в итоге результат и способ действия оказываются одинаковыми. Если показать гистологу десять образцов рака молочной железы от разных пациентов, то молекулярная основа во всех случаях будет разной, но под микроскопом все будет выглядеть как рак молочной железы. Аналогично наблюдается удивительное сходство между видом клеток рака молочной железы и клеток рака любого другого органа, потому что у злокачественных клеток много общего во внешнем виде и поведении. Это – важнейший момент в понимании рака. Ученые долго изучали молекулярные дефекты, ведущие к раку, но не сам его вид. Описание от Национального института рака (стр. 49) составляет только часть общей картины. Рак – это не генетическое заболевание. Скорее это болезнь, при которой клетки начинают выглядеть и вести себя определенным способом, используя для этого генные мутации. И если при разработке новых методов лечения будет найден способ блокирования одного молекулярного пути, то это не означает, что рак не найдет другого (что, к сожалению, он обычно успешно проделывает).

Представим себе человека со злокачественной опухолью. Когда-то это был человек без опухоли, и с того момента его ДНК не изменилась. Разница между наличием и отсутствием рака не только в геноме. Большинство клеток человеческого тела не перерождается в рак. Рак – это процесс, и происходит он далеко за границами статичной ДНК-последовательности. Описание конкретной мутации генома поможет объяснить, почему запустился процесс. Действенность генетических тестов была продемонстрирована на примере рака молочной железы. Для него были найдены гены BRCA1/2, ассоциированные с высоким риском этого вида рака (мутации этого гена часто встречаются среди евреев-ашкенази). Однако важно понимать, что мутации в BRCA1/2 не являются причиной рака молочной железы. Они позволяют произойти следующим мутациям, которые и вызывают заболевание. Женщины с наследственной мутацией BRCA1/2 родились с мутацией – они получили ее от кого-то из родителей. Но они не родились с раком молочной железы.

Во многих подобных случаях генетическая предрасположенность к раку есть, но сам рак не наследуется. Человек наследует предрасположенность – те, у кого есть такой ген, с большей вероятностью заболеют раком. Скорее всего гены BRCA1/2 прерывают процесс восстановления ДНК. Но не у каждой женщины с такой мутацией диагностируют рак молочной железы. Это происходит потому, что в теле есть не только множество путей, ведущих к раку, но и несколько путей восстановления ДНК. Напомню также, что большинство женщин с раком молочной железы не имеет мутаций этого гена, так что тут скорее игра вероятностей, чем геномика.

Вернемся к идее системы. Неважно, как сложная многообразная система пришла какому-то конкретному состоянию. Важно сохранение целостности системы, способной противостоять отклонениям. Точнее, рак является симптомом нарушения взаимодействия клеток. Клетки начинают делиться, хотя и не должны, и не дают друг другу команду на самоуничтожение, или дают команду создавать кровеносные сосуды там, где не нужно, или подают друг другу ложные сигналы. То есть нарушена вся система регуляции, которая и делает возможным взаимодействие. Когда группа клеток в конкретной области начинает неконтролируемо делиться, мы называем это раком, а в зависимости от того, в какой части тела это происходит, – раком легких или мозга. Но это не проблема, это признак того, что проблема существует.

Традиция описывать рак по месту локализации появилась на основе результатов вскрытий во Франции в начале 1700-х и микроскопии, разработанной в Германии в середине 1850-х. С того времени ситуация не изменилась. Это очень устаревшая традиция, так называть рак – рак простаты, рак молочной железы, рак мышц… Если вдуматься, то это не имеет смысла. Вначале выделяли десятки типов рака, сейчас их уже сотни. В действительности их миллионы. В среднестатистической злокачественной опухоли на момент диагностики оказывается более сотни мутаций кодирующих генов, и я не думаю, что есть способ все их понять или смоделировать. Количество мутаций возрастает экспоненциально, как только пациента подвергают химиотерапии, провоцирующей новые мутации. Одним из признаков рака является нестабильная ДНК, и когда препараты для химиотерапии воздействуют на ДНК, они могут вызвать рак, так же как радиация вызывает рак за счет мутации генома. Это объясняет, почему излечившиеся от рака молочной железы позже зачастую страдают от лейкемии, развившейся из-за химиотерапии рака молочной железы. Они поменяли одну болезнь на другую, но выиграли годы нормальной жизни в промежутке.

Опухоли тоже следует считать органами, они – такая же часть тела, как печень, сердце или легкие. Проще говоря, рак – это крах системы. С помощью фразы Толстого «Все счастливые семьи счастливы одинаково, но каждая несчастная семья несчастна по-своему» заметим, что счастливые тела похожи, но когда они ломаются, то делают это совершенно индивидуально.

Мы неправильно понимаем рак, сделав из него существительное. Я люблю повторять, что рак не похож на то, что вы «получаете», или «то, что у вас есть», так как он – то, что делает тело. Вместо того чтобы сказать: «В доме протечка», мы скажем: «Протекают трубы». Вместо того чтобы сказать: «У него – рак», стоит сказать: «Он ракует». Мы все время «ракуем», но тело разнообразными способами следит, чтобы процесс не вышел из-под контроля. Рак оказывается под контролем из-за взаимодействия клеток, а языком взаимодействия являются белки.

Белки – источник информации о нашем здоровье

Обычно мы думаем о белках в контексте диетологии. Они – одна из трех основных составляющих пищи (включая жиры и углеводы), известных как макронутриенты, важные для здоровья. Но белки определяют не только с этой стороны. Они – основная составляющая тела и участвуют почти в каждом процессе, где задействованы клетки, включая взаимодействие клеток и управление биологическими событиями, определяющими периоды здоровья и болезней. Сейчас изучением белков занимается развивающаяся наука протеомика. Это восхитительное научное направление изучает, как белки формируют язык наших тел и язык здоровья. Протеомика позволит понять взаимодействие клеток, что приведет к более эффективным способам лечения рака и других заболеваний и синдромов.

ДНК статична, но белки динамичны. Они ежеминутно меняются внутри тела в зависимости от того, что происходит. Глядя на ДНК, я не смогу сказать, выпили ли вы только что вина, насколько хорошо вы выспались, когда вы последний раз ели и нет ли у вас серьезного стресса. Но белки все это расскажут. Они содержат такую информацию, которой нет нигде больше в теле. С помощью протеомики я смогу определить состояние вашего тела, потому что вижу, что вы ели, какие лекарства принимали, как на вас повлияла долгая тренировка и т. д. Это и есть тот самый взгляд с высоты 20 километров, который позволяет увидеть целостную картину в конкретный момент.

В главе 5 я расскажу о протеомике и опишу, на каком этапе развития этой области медицины мы находимся. Не сомневаюсь, что она изменит будущее медицины и будущее здоровья. Когда происходит слом системы, проявляющийся в виде рака, аутоиммунных заболеваний, таких как ревматоидный артрит и фибромиалгия, или необъяснимой хронической боли и неврологических заболеваний, понимание того, как белки взаимодействуют и изменяют систему, означает разницу между бесконечной малорезультативной битвой с хроническим заболеванием и действенным лечением, снимающим проблему. Примечательна сама идея таблетки, которая чудесным образом снимет проявления болезни – системного заболевания, краха системы. Как сказано выше, это обычно помогает, когда в тело попали сторонние микроорганизмы, а принятая таблетка уничтожает эти микроорганизмы. Изредка случается и так, что не хватает конкретного вещества для выздоровления, и вы принимаете таблетку с этим веществом.

Естественно, что человечество мечтает найти панацею, но когда это еще случится… К настоящему времени не найдены новые препараты, которые действительно лечат болезни. Вот поэтому фармацевтическая индустрия сейчас неполноценна; яблоки на нижних ветках, волшебные пули, которые действительно лечат, уже закончились. Не думаю, что что-то еще найдется; похоже, что такие поиски – это пустая потеря времени, денег и ресурсов. Нужен другой подход – новая модель.

Хорошая новость: если моделировать тело как сложную систему, что означает возможность управления системой без обязательного понимания каждой части, то действительно можно добиться результатов. Возможно, мы не поймем, что такое болезни вроде рака на самом деле, пока не разделим уважительный взгляд на тело, ценящий его сложную взаимосвязанную природу, которой следует управлять еще до того, как ее удается понять. Далее в книге показано, как протеомика поможет создать эту новую модель и приступить к изучению человеческого тела ранее невиданными способами. Но до того как протеомика превратится в полноценную область клинической медицины (что принесет пользу всем), нужно изменить наши представления о здоровье и, как минимум психологически, принять, что тело – это система.

Подобное изменение образа мышления сильно повлияло на понимание звездного неба. В начале XVII века Галилей каждую ночь выходил и определял положение звезд. Через некоторое время сформировалась схема: астроном мог посмотреть на ночное небо и увидеть ожидаемое расположение звезд. Но разве Галилей знал, что такое звезда? Конечно, нет. Этого не знал никто из тех, кто с Античности любовался светящимися узорами созвездий. Чтобы это выяснить, потребовались сотни лет научных исследований. Гениальность Галилея заключена не в способности понимать мир, а в способности выяснить то, что требовалось, чтобы добиться прогресса в других областях космологии.

Если бы пришлось резюмировать все одним предложением, то я бы сказал, что история тела, как ничто другое, есть история системы. Мы можем считать, что управляем некоторыми аспектами системы, по которым способны предположить, здоров человек или нет, такими как высокий или низкий уровень холестерина, идеальный вес тела, но такой подход зачастую ведет к категоричным и однозначным интерпретациям. Или, переформулируя, можно начать принимать витамины группы B, чтобы придать человеку энергичности и ускорить метаболизм, но результатом может быть некое другое нарушение в системе. То, что «хорошо» для одного, может оказать противоположное воздействие на другого. И «хорошие гены», такие как отсутствие случаев рака в семье, иногда могут подвести.

Рак внушает страх не только потому, что это длительный, болезненный и мучительный недуг, который редко поддается излечению, но и потому, что он коварен, непонятен и, по сути, запутан. Естественно, нам не нравятся явления, которые нельзя понять или которыми невозможно управлять. Вероятно, поэтому нелегко принять и то, что тело – это сложно и часто таинственно. Трудно признать, что эта сложность находится за гранью современного понимания, и, возможно, никогда не удастся понять тело так, как понимаем родной язык или езду на велосипеде. Непонимание и игнорирование порождают страх. Но вот ведь какая штука: если мы наберемся храбрости, признаем, что мы сложные и часто непонятные, и будем лечиться с учетом этого, то быстрее и эффективнее придем к той управляемости, которую так отчаянно ищем. Можно будет уменьшить страх, который ухудшает качество жизни.

Возможно, мы никогда не поймем природу болезней вроде рака. Возможно, рак вообще неизлечим, поэтому ключом является профилактика. Важно подходить к здоровью в целом с точки зрения отсутствия понимания. Уважайте тело и его взаимодействие с болезнью как сложную систему, построенную на логике, которую вы, возможно, никогда не поймете. Рак, сердечно-сосудистые заболевания, диабет, аутоиммунные и нейродегенеративные заболевания представляют собой нарушения в этой системе.

Глава 2. Ваше тело – это сложная система

Простые пути измерить свое здоровье сегодня и принять издержки при создании здоровья завтра

Легко подпасть под влияние общих советов по здоровому образу жизни. Принимайте поливитамины. Ешьте больше овощей, для экономии времени можно пить свежевыжатые соки. Принимайте статины, если у вас высокий уровень холестерина. Снизьте вероятность сердечно-сосудистых заболеваний и рака за счет ежедневного приема малых доз аспирина. С помощью пищевых добавок введите в рацион больше витамина D. Выбирайте продукты, богатые антиоксидантами. Все это кажется достаточно разумным. Но подходят ли эти советы вам?

В следующих главах я помогу найти ответ. Большинство из них – всего лишь рекомендации. Я опровергну некоторые из них и покажу другие способы улучшения здоровья. Сейчас, однако, давайте вновь обратимся к идее изучения состояния всего тела, так как до того, как мы займемся персонализацией, важно понять еще несколько вещей. В этой главе будет более глубоко рассмотрено тело как система, я помогу понять, что означает «определить ваши персональные метрики», а затем – исходную ситуацию, актуальное состояние тела, от которого и зависят все профилактические меры.

Статины – лекарство для всей семьи

Надеюсь, все уже поняли, что в каждый момент времени в человеческом теле происходит множество явлений. Но до сих пор мы применяем лечение только к части человека, решая при каждом подходе одну проблему. Если у вас нашли пневмонию, то вам назначат лечение, специфичное при пневмонии, и будут ждать других болезней. Но что произойдет, если выявят системное заболевание, необъяснимое единичным воздействием клеща, вируса, паразита, бактерии и т. д.? Это означает серьезные проблемы, так как современная медицина не знает, что делать в таких случаях. Прописанное лечение, возможно, известным или неизвестным способом отрицательно повлияет на другие области системы. Врач скажет, что лечение «безопасно и эффективно», но это будет относиться только к одному состоянию в один момент времени. Врач не примет во внимание все остальные еще неизвестные аспекты, которые и составляют вас, особенно в долгосрочной перспективе.

Для иллюстрации сказанного возьмем, например, статины, группу препаратов, в которую входят крестор и липитор. Статины относятся к наиболее часто прописываемым средствам для нормализации уровня холестерина в крови. К тому же они прекрасно иллюстрируют, как конкретное внешнее воздействие, в данном случае медикамент, может оказывать измеримое изменение состояния всей биологической системы. Статины – биохимически это препараты, которые ингибируют фермент печени, играющий главную роль в синтезе холестерина. Они могут быть синтезированы или выделены из пищевых продуктов, таких как красный рис и вешенка. Поскольку распространено мнение, что высокий уровень холестерина, особенно ЛПНП (холестерина низкой плотности), является фактором риска для сердечных заболеваний, врачи часто назначают статины пациентам, которые не могут контролировать уровень холестерина только с помощью диеты. Но статины влияют не только на холестерин.

В одном из наиболее важных клинических исследований в долгой истории изучения статинов, проведенном в Гарварде в 2008 году, показано, что прием статинов серьезно снижает вероятность первого инфаркта и инсульта, а также других сосудистых патологий у практически здоровых мужчин старше 40 и женщин старше 60 с нормальным уровнем холестерина в крови. Сейчас мы знаем, что причиной многих сердечно-сосудистых заболеваний может быть не холестерин. Для многих людей холестерин является ложным индикатором (то, что мы называем биомаркером), а воспаление – нормальный, но иногда слишком активный биологический процесс.

В общем, воспаление – красноречивое свидетельство того, что с телом не все в порядке, что оно подвергается воздействию вредоносного стимула, который может быть любым – от патогенных микроорганизмов и поврежденных клеток до токсинов. Чтобы защитить себя и удалить вредоносный стимул, тело запускает воспалительный процесс – эволюционный ответ, включающий в себя сосудистую систему, иммунную систему и различные клетки в пораженной ткани, цель которого – запуск излечения. Однако если воспаление становится хроническим из-за заболеваний или длительного стресса, то оно может стать разрушительным.

Одним из способов, которым можно измерить интенсивность воспалительного процесса, является оценка уровня С-реактивного белка (СРБ), так как в этом случае его уровень возрастает. СРБ помог исследователям выяснить одну из основных причин того, почему статины снижают вероятность сердечно-сосудистых заболеваний. Исследование JUPITER (обоснование использования статинов для профилактической терапии, исследование с использованием розувастатина) первым оценило терапию статинами для уменьшения числа инфарктов и инсультов у людей с нормальным уровнем холестерина ЛПНП и повышенным уровнем С-реактивного белка. Подтверждено, что повышенный уровень СРБ может свидетельствовать о риске инфаркта в пределах следующих восьми лет, даже если уровень холестерина низок.

Следовательно, статины могут действовать за счет снижения уровня воспаления, а не только холестерина. Так что неудивительно, что другие исследования показали: если лекарственное средство эффективно снижает уровень холестерина, но не воспаления, то частота инфарктов не меняется. Подробно о воспалении будет рассказано в следующих главах, так как это значимая часть современной медицины. В настоящее время изучают связи между конкретными вариантами воспаления и наиболее вредоносными дегенеративными заболеваниями, включая сердечную недостаточность, болезнь Альцгеймера, рак, аутоиммунные заболевания, диабет и ускоренное старение в целом. Фактически все хронические заболевания оказались связаны с хроническим воспалением, которое, если упростить, создает в организме дисбаланс, провоцирующий отрицательное влияние на здоровье.

Все это вызывает к жизни резонное замечание. Если выбрать холестерин в сложной системе как переменную, а потом спросить: «От этой таблетки значение переменной становится лучше?» и ответить: «Да, становится» – то это кажется неоправданным и необоснованным. Для сравнения: мы видим, что после того как мы залили в двигатель конкретное топливо, обороты двигателя повысились, но хорошо ли это? Возможно, обороты повысились потому, что сломался регулятор, или потому, что забился клапан сброса. Сейчас, когда врачи исследуют медикаменты, они изучают одну переменную через определенные промежутки времени. Ряд неприятных побочных эффектов можно выявить только в ретроспективных исследованиях (проводящихся через долгое время после начала применения лекарства) или при изучении результатов нескольких исследований. Ну, и очевидное: мы все задним умом крепки. Разве не правильнее четко понимать, каким будет здоровье? Разве не полезнее знать, что делать сегодня, чтобы добиться идеального состояния здоровья? Именно в этой области надеются добиться результатов протеомика и другие новые технологии. Но уже сейчас можно применить множество тактических схем, о которых я вскоре расскажу.

У большинства лекарств есть побочные эффекты. Медикаменты сдвигают баланс организма. Вот поэтому статины не синтезируются естественным способом. Я не думаю, что природа об этом не думала. Скорее всего у статинов имеются плюсы и минусы, а при их применении нарушается баланс, сдвигая состояние тела в ту или иную сторону. Я намеренно выбрал статины, потому что их широко и успешно используют, они серьезно повлияли на кардиологию, снизив риск инфарктов и инсультов для миллионов людей; они прекрасный пример лекарства, которое меняет общую систему такими способами, которые в большинстве случаев очень полезны. Преимущества перевешивают недостатки; ниже рассказано, почему я – активный сторонник применения статинов.

Явный пример издержек можно увидеть на примере модной тенденции среди пожилых. Они ищут молодости и используют для этого инъекции человеческого гормона роста. В 2009 году американцы потратили 1,35 миллиарда долларов на лечение гормоном роста, врачи заполнили 431 тысячу рецептов, большинство – по запросу людей, надеющихся повернуть биологические часы вспять.

Когда тело стареет, оно не синтезирует гормон роста в тех же количествах, как во времена молодости и быстрого развития. Искусственное использование этого гормона как средства от старения помогает легче набирать и поддерживать мышечную массу, как в молодости.

Но существует серьезная проблема.

В 2011 году при изучении индейцев одного из эквадорских племен, имеющих редкую генетическую мутацию, из-за которой они не реагируют на гормон роста, обнаружилось, что у членов племени почти не бывает рака и диабета. Сообщение об открытии, опубликованное в журнале «Science Translational Medicine», возвращает нас к предыдущим исследованиям, показывающим, что дрожжевые грибки, мухи и грызуны живут дольше (некоторые виды – в десятки раз), когда они растут медленно. Снижение, а не повышение уровня гормона роста может предотвратить рак и диабет у пожилых. Таким образом, те пожилые люди, кто радуются неестественно развитым мышцам, полученным благодаря инъекциям гормона роста, подвергают себя гораздо большему риску рака, диабета и, возможно, других серьезных заболеваний. Новые исследования могут привести к созданию препаратов, подавляющих гормон роста для предотвращения многих возрастных заболеваний примерно тем же способом, каким статины снижают уровень холестерина и предотвращают сердечно-сосудистые заболевания. Цель такой профилактики – не жить дольше, а жить без болезней как можно дольше.

Мы не такие, как раньше

Мысль, что нам нужно учитывать издержки, когда мы стремимся прожить лучшую жизнь из возможных, или такую, какую хотим, всегда будет частью стратегии здоровья. Однако нужно затронуть еще один аспект в системе профилактики, о котором даже не задумываются, – вес. За последние 20 лет жители США серьезно изменились, даже если посмотреть на изменения ИМТ (индекса массы тела). 20 лет назад ни в одном из штатов уровень ожирения не превышал 15 процентов; 10 лет назад ни в одном из штатов уровень ожирения не превышал 24 процентов. Сегодня в 12 штатах уровень ожирения превышает 30 процентов, а в 38 (2/3 всех штатов) уровень ожирения превышает 25 процентов. 20 лет назад наивысшее суммарное значение для полноты и ожирения было 49 процентов (Висконсин). 10 лет назад только в двух штатах (Алабама и Миссисипи) суммарное значение уже было более 60 процентов. Сейчас самое низкое значение – 54,8 процента (город Вашингтон), а в 44 штатах сумма превышает 60 процентов.

В мире – более миллиарда людей с избыточным весом, из них не менее 300 миллионов – с ожирением. В США только 33 процента взрослых имеют вес, нормальный для их роста. Распространенность ожирения среди мужчин и женщин, взрослых и детей за последние 40 лет удвоилась, причем наибольший рост этого явления отмечен с 1980 года. Лишний вес и ожирение являются наиболее значимыми факторами риска для хронических заболеваний, включая диабет 2-го типа, сердечно-сосудистые заболевания, гипертония и инсульты, а также некоторые виды рака. На практике ожидается, что каждый третий рожденный в 2000 году во взрослом возрасте будет болеть диабетом 2-го типа.

Общемировые данные схожи с данными по США. ИМТ растет тревожно быстро. У более чем двух третей японцев ИМТ в пределах нормы, тогда как в Канаде, Испании и Австралии таких не более половины. В Великобритании, Новой Зеландии и США не более трети жителей поддерживают нормальный ИМТ, тогда как у остальных двух третей вес превышает норму.

Возможно, сразу это неясно, но данные демонстрируют, что жизнь сейчас серьезно отличается от той, которая была еще несколько поколений назад. Болезни, которые отражают особенности системы за последние несколько десятилетий и которыми мы болеем сейчас, за следующие 10 лет сильно изменятся из-за этих сдвигов, то же самое произойдет с методами лечения. В результате исследования, проведенные 10–20 лет назад, потеряют актуальность. Локальные системы – «микросистемы» – могут сохраниться так же, как микроклимат сохраняется в рамках глобальных изменений. Уровень ожирения на Юге США выше, чем в таких штатах, как Монтана и Орегон. Исследования, проведенные на жителях Луизианы, необязательно дадут результаты, полезные жителям Колорадо, единственного штата с уровнем ожирения менее 20 процентов (к выходу книги данные могли измениться). Это демонстрирует наличие двух разных систем в одной стране.

На оценку результатов исследований могут также влиять этнические факторы. Без учета уровней ожирения микросистемы могут существовать по разным причинам, главными из которых являются генетические риски и географическое место проживания. Группа, где преобладают евреи-ашкенази, например, будет иметь один профиль рисков в области здоровья, а группы азиатов или негров – другие. Такое влияние обычно сильно недооценивается. Например, исследования, проведенные в уже упомянутой клинике Мейо (Рочестер, штат Миннесота), могут не иметь значения для жителей других мест, например Ньюарка в штате Нью-Джерси или Нью-Орлеана в штате Луизиана.

Причина кроется в демографическом и генетическом составе региона. В Рочестере живут в основном выходцы из Германии и Норвегии, которые обычно образуют пары и заводят детей внутри группы, чем поддерживают стабильность генетического пула. Таким образом, унаследованные гены сильно отличаются от любой другой однородной группы. Результаты проведенных исследований сильно зависят от изучаемой группы, даже если создана «рандомизированная» группа участников. То есть когда вы в очередной раз увидите кричащий заголовок, что в результате медицинского исследования выявлено что-то «новое» (особенно для тех, кто много беспокоится), изучите текст статьи, чтобы узнать, где проводилось исследование и кто в нем участвовал. Данные относятся к вам или вашим генетическим предкам? Возможно, вам можно смело проигнорировать это открытие, так как оно не применимо к вам и вашему набору персональных метрик.

И так мы пришли к основному вопросу: «А что такое персональные метрики?»

Персональные «метрики» и их влияние на здоровье

Проще говоря, персональные метрики – это данные, правила, стандарты или детали, которые говорят о вашем здоровье. Вес, например – персональная метрика. Потребность засыпать ровно в десять вечера, чтобы на следующий день чувствовать себя хорошо, – тоже персональная метрика. Обобщая, можно сказать, что метрики – это набор привычек или ритуалов, которых вы придерживаетесь и которые влияют на ваше здоровье. С этой точки зрения они могут быть, осторожно выражаясь, здоровые или нездоровые.

Я с опаской употребляю слова «здоровый» и «нездоровый», потому что они могут сбить с толку. Это не противоположности, несмотря на то что так часто понимают. То, что «здорово» для одного человека, может не быть таким для другого. Более того, они пытаются стать абсолютными признаками привычек, еды и напитков. Так же, как словами «хорошо» и «плохо» пользуются как безусловными и безотносительными признаками, использование слов «здоровый» и «нездоровый» чаще всего не увязывается с ситуацией и контекстом. Контекст полностью определяется тем, что является вашими метриками для «здорового». Большинство людей, например, скажет, что пончик – не продукт здорового питания (или «хороший»), но и с чисто технической точки зрения несправедливо говорить, что пончик – это «нездорово» (или «плохо»). Если в ваши метрики здоровья входит периодическое употребление жирной сладкой пищи, то пончик можно счесть «продуктом здорового питания». Но если в них не включена пища с насыщенными жирами и рафинированным сахаром, то пончик точно не соответствует вашим стандартам здорового питания. Как сказано во введении, я не собираюсь указывать, что «здорово», а что – нет. Я хочу вдохновить на создание собственных метрик и изучение того, как заботиться о собственном благополучии.

При разработке правил здорового образа жизни следует принимать во внимание уникальный набор заболеваний, рисков, физиологических преимуществ или недостатков и реакций на медицинские препараты и побочные эффекты. Здоровье само станет системой – системой сдержек и противовесов, которую вы сможете контролировать, используя все доступные знания. Ваши действия будут обоснованы, так как в будущем найдется способ, с помощью которого получится проверить, как та или иная привычка повлияет на здоровье. У вас появится возможность на неделю повысить потребление ликопина и посмотреть, как от этого изменится анализ крови, а потом около недели не употреблять ликопин, после чего сравнить сделанный анализ крови с предыдущим. Секрет вашего здоровья будет основан на совокупности привычек, которые станут комплексно влиять на организм в целом и поддерживать здоровье. Появится также возможность постоянно проводить измерения, используя высокотехнологичные устройства, так что вы сможете постепенно приводить состояние здоровья к идеалу.

Пришла пора стать персональнее. Не думаю, что вы сегодня же помчитесь исполнять все приведенные ниже рекомендации.

Глупо, если я, врач, не расскажу о практичных и широкодоступных методах измерения актуального состояния здоровья. Все они не требуют консультаций редких специалистов или непомерных расходов.

Большинство пунктов покрывается страховкой, некоторые анализы можно провести и в независимых лабораториях. При этом информация укажет направление к укреплению здоровья.

Управляй своим здоровьем сам

Если вы и ходите к врачу, то раз в год. На диспансеризации врач проверяет пульс, дыхание и температуру, прослушивает сердца и легкие, иногда берет кровь или мочу на анализ, проводит наружный осмотр, обследует половые органы и т. д. и задает несколько простых вопросов, главный среди которых: «На что жалуетесь?»

Если проблем не обнаружили, то вы выдыхаете и забываете обо всем до следующего года или до момента, когда заболеете. Доктор видит вас раз в год. Он не всегда знает, что у вас каждый вечер поднимается давление, если, конечно, в этот момент рядом не оказывается человек с тонометром, возможно, не сообразит, что нужно спросить про частые ночные походы в туалет или про периодическую боль в пояснице, как вы считаете, возрастную. Медицина – это искусство наблюдения и интерпретации, а эти навыки по учебникам не выучишь. До тех пор пока в результате развития технологий медицина не приблизится к науке, нужно найти врача, успешного в данном виде искусства. Важны и личность доктора, и то, как развивается сотрудничество по укреплению вашего здоровья. Аналогично искусство – это и выбор момента для вмешательства. Вы с врачом должны совместно добиться знаний, достаточных для своевременных серьезных решений. Цель – правильное лечение, но не залечивание. К счастью, современная медицина уходит от традиционного патерналистского «доктор лучше знает», когда врач решает за пациента. Это медленно заменяется на «информированное согласие» и «совместные решения»: окончательное решение принимает пациент, основываясь на собственных целях, ценностях и допустимом риске. Конечно, информированное согласие подразумевает достаточный объем знаний о состоянии здоровья и возможностях лечения, который и предоставляет эта книга. Врачу также нужно продемонстрировать компетентность и способность к совместным действиям. Рекомендую спросить: «Как вы поддерживаете актуальность знаний?»

В идеале нужен доктор, который изучает новейшую литературу и технологии. В вопросе нет второго дна. Хороший специалист сочтет такой вопрос комплиментом. Знаю людей, которые боятся разозлить врача, что, на мой взгляд, неправильно. Конечно, это очень гуманно – стараться не расстраивать другого человека, особенно если этот другой выше по статусу, но мы же говорим о здоровье! Из-за того, что вы хороший человек, вам не поставят диагноз быстрее и лучше не вылечат. Более того, игра в «хорошего человека» и замалчивание сложных вопросов перед врачом, которому важно об этом знать, может повергнуть вас в прах – причем буквально.

Вы наверняка захотите найти доктора, который поможет принимать решения, основанные на близкой системе ценностей, что, как было сказано, является ключом к информированному согласию. Например, если вы не верите в хирургию для избавления от боли в спине, потому что метод дает слишком маленький шанс на исчезновение боли конкретно в вашем случае, то захотите найти другие средства, соответствующие вашим ценностям. Большинство решений в современной медицине основано на чьих-то ценностях, поэтому будьте уверены, что ваши убеждения и мнения достойны внимания. Редко существует «верное» решение для любой стадии заболевания. Может быть подходящее для вас, но нет единственно «верного». Верное решение – это то, к которому вы придете совместно с лечащим врачом, неважно, терапия это, хирургия или их сочетание.

Не ставьте целью подружиться с доктором. Это партнерство, а не дружба. Партнерство и дружба – совершенно разные вещи, чего не понимает большинство людей. Врач – человек, которому вы доверяете часть вашей жизни. Если вы не готовы сказать врачу что-либо, меняйте его.

Хорошего врача найти несложно. Первое и самое важное, что влияет на возможность доктора помочь, – информация, которой с ним поделятся. Казалось бы, это очевидно, но повторю: ваше здоровье во многом зависит от вас. Если вы соберете необходимые данные и зададите правильные вопросы, то получите от разговора все, что требуется. Для этого я дам некоторые рекомендации: какие показатели состояния измерять, как собирать данные и как говорить с врачом. Когда вы определите исходный уровень, то будете знать, какие изменения в привычках и в некоторых случаях в принимаемых лекарствах нужно сделать, чтобы настроить тело на путь здоровья.

Самообследование и визит к врачу

Так же, как ваш друг или супруг(а) не всегда точно «знает», что вы хотите в подарок на день рождения, если вы это не сказали прямо, врач знает о вашей истории болезни и текущем состоянии только то, что вы ему расскажете или покажете. Врач – не пророк и не может узнать все в ходе обследования. То, что знаете вы, важнее, чем то, что знает врач. К сожалению, экономический аспект медицины XXI века означает, что все больше врачей проводят все меньше времени с пациентами. Вам же важно увеличить это время.

Еще до того, как войдете в кабинет, составьте полный список сведений, который возьмете с собой. Подготовьте его дома, на основе опросника для самообследования, приведенного выше. Это – первый шаг в определении вашего исходного уровня, своего рода «черновик» вашего состояния. Полезно вести «дневник здоровья», при котором к опроснику обращаются регулярно. Сравните нынешнее состояние с прошлым месяцем или прошлым годом. Что изменилось? Что осталось по-прежнему?

Составьте полный список лекарственных средств (как рецептурных, так и безрецептурных), витаминов, биодобавок, которые вы принимаете, указав дозу и периодичность приема. Если сомневаетесь, включать ли в список что-то вроде тайленола-ПМ (парацетамол+димедрол, в аптеках России не продается. – Примеч. пер.), который вы принимаете в воскресенье на ночь, включайте. Укажите состав препаратов, в которых более чем один компонент. Принимаемые биодобавки могут повлиять на результаты анализов, поэтому не замалчивайте их. Со пальметто (это не очень известное в России растение. – Примеч. пер.), например, может снизить уровень ПСА (простатического специфического антигена – белка, синтезируемого клетками простаты). Анализ измеряет уровень этого белка в крови, предполагается, что повышенный уровень может свидетельствовать о раке простаты. Более того, так как уровень ПСА зависит от тестостерона, часто важно одновременно замерять и его. Если уровень тестостерона низкий, то нижняя граница нормы для ПСА уменьшается; врач будет по-другому интерпретировать результаты анализа, если нормальный уровень тестостерона сочетается с низким значением ПСА.

Визит к врачу – не время для смущения или умолчаний. Следуйте плану так, словно просите у начальника повышения. Это означает, что вы предъявите список проблем, вопросов и всего, что хотите получить в результате обследования. Ведите себя прямо и честно. Доктор не будет вас осуждать.

Если состояние ухудшается, не ждите следующей диспансеризации. Если у вас слегка болит спина при наклонах, скажите об этом сейчас. Вы – сами себе барометр и лучше знаете, на что жалуетесь. Не думайте, что врач задаст вам вопросы, необходимые, чтобы найти решения всех ваших нынешних и будущих проблем. Нужно записать все имеющиеся признаки и симптомы и указать на них. Следует предотвращать проблемы до того, как они станут постоянными. Когда вы опишете их врачу, то тот совместно с вами начнет искать симптомы конкретных заболеваний, большинство из которых можно предотвратить или легко вылечить на ранней стадии. Удивляюсь, сколько внимания уделяют покупке акций. Почему бы не уделить столько же себе? Я знаю, что все ждут чудес. Мы перегружены информацией. Нас могут так угнетать условности и обязательства, что хочется доверить принятие решений в области здоровья кому-нибудь другому, например врачу. Но это не лучший путь.

Рекомендую также приходить на прием вместе с родственником или другом. Это повысит ответственность врача за сказанное, да и лишние уши не помешают. Многие оказываются в медицинском кабинете не в лучшем виде, особенно если не в порядке, и дружеская поддержка может помочь легче перенести посещение врача и лучше его запомнить. Можно записать слова доктора: во многих смартфонах есть диктофоны, такое приложение можно также загрузить дополнительно.

Теперь перейдем к более скучным подробностям. Что нужно попросить у врача при следующем посещении, чтобы определить исходный уровень в числах? Опять же, это только первые наметки для определения исходного уровня. Врач может использовать более подробную программу диспансеризации, поэтому не удивляйтесь, если приведенный список покажется слишком общим. Я не смогу перечислить все исследования, которые могут потребоваться, поэтому ориентируйтесь на него, как на общую схему. Попросите провести следующие анализы, они все требуют простого забора крови:

Липидный профиль. Эту группу анализов часто назначают одновременно для определения риска сердечно-сосудистых заболеваний; она включает определение холестерина и триглицеридов. Необходимо воздержаться от еды не менее 12 часов до забора крови, пить воду можно.

Уровень C-реактивного белка. Как указывалось ранее, это маркер воспаления, высокий уровень которого в числе прочего может указать на вероятность проблем с сердцем и сосудами.

Биохимический анализ крови. Эта часто назначаемая группа анализов позволяет получить информацию о текущем состоянии почек, печени, электролитного и кислотно-щелочного баланса, глюкозы и белков крови.

Клинический анализ крови. Это один из наиболее часто назначаемых анализов, включающий в себя определение количества лейкоцитов, эритроцитов и тромбоцитов в крови. Размер эритроцитов является хорошим индикатором недостатков в питании. Средний объем эритроцита (MCV) должен быть в пределах 85–95 фл (в России за норму принято 80–100 фл). Эритроциты также отличаются по размеру, означающему разные стадии их жизненного цикла.

Тиреотропный гормон (ТТГ). Гормоны щитовидной железы управляют метаболизмом. Догадываетесь, что произойдет, если они не сбалансированы? Окажется разбалансированной вся система. Недостаточность щитовидной железы (гипотиреоз) – одно из самых плохо диагностируемых состояний в Америке, хотя оно очень часто встречается, особенно у женщин. Предполагается, что примерно у 20 процентов женщин – «ленивая» щитовидная железа, но только половине из них ставят диагноз. К сожалению, нет одного анализа или симптома, по которому можно однозначно определить гипотиреоз. Чтобы точно его диагностировать, необходимо обратить внимание на симптомы. В частности, набор веса, слабость, запоры, выпадение волос и даже укорочение бровей, так как щитовидная железа определяет скорость восстановления клеток. Когда уровень гормонов щитовидной железы падает ниже нормы, то это отражается на каждой клетке организма, включая волосяные фолликулы. Для определения болезненных состояний щитовидной железы необходимо также обозреть картину в целом – все, что составляет ваш образ жизни. Реже встречается гипертиреоз – состояние, когда щитовидная железа слишком активна, синтезирует слишком много гормонов. Это также создает негативные эффекты, в том числе вызывает болезни сердца и костей.

Гликированный гемоглобин. Что такое гликированный гемоглобин? Объясню просто: сахар ко всему липнет, и когда это продолжается долго, то слипшееся сложно разъединить. В теле сахар тоже липнет ко всему, особенно к белкам. Эритроциты живут примерно 100 дней, и по прилипшему к ним сахару можно оценить, сколько его было в кровотоке в предыдущие три месяца. Как правило, границы нормы определяют в 4–5,9 процента. При некомпенсированном диабете значение поднимается до 8 процентов или даже выше, а при хорошо скомпенсированном диабете оно составляет менее 7 процентов. Преимущество гликированного гемоглобина в том, что он дает более точную картину происходившего некоторое время назад (примерно три месяца), а значения не меняются так сильно, как при измерении глюкозы крови при анализе крови из пальца. Так как нет строгих рекомендаций по использованию анализа на гликированный гемоглобин как метода скринига, то можно предположить, что если значение показателя повышено, то у человека диабет. Это редкий медицинский инструмент, с помощью которого можно узнать то «усредненное», о чем вы сами не знаете. Но диабет может проявиться. Это не только избыточный вес, так что если у вас по какой-либо причине разовьется эта болезнь, о ней нужно знать.

Только для мужчин. Если вам назначен анализ на ПСА, попросите измерить уровень тестостерона. Тестостерон управляет уровнем ПСА, поэтому синтез тестостерона повлияет на верхнюю и нижнюю границы нормы для ПСА. Значение, которое окажется высоким для одного, не окажется таким для другого. За несколько дней до анализа исключите также сексуальную активность и езду на велосипеде. Хотя эта деятельность не влияет на уровень ПСА, она может отрицательно повлиять на результаты и спровоцировать стресс, если вам необходимо повторить анализ.

Хотя врач измерит частоту дыхания, пульс и температуру, нужно помнить, что он видит эти значения только в конкретный момент времени. Он не увидит средних значений за последние полгода. Многие уже привыкли записывать изменения веса, и некоторые могут захотеть измерять другие показатели – если существует вероятность конкретных проблем. С помощью купленных в аптеке устройств можно легко измерить температуру и артериальное давление. Можно измерять давление в разное время в течение дня и несколько дней, чтобы узнать, как оно меняется. Расчертите таблицу и вносите данные через определенные промежутки времени. Добавьте примечания, чтобы указать, что происходило при измерении. Например, выпили расслабляющий стакан вина или, наоборот, напряженно поговорили по телефону. Принесите эту таблицу врачу.

В зависимости от возраста и факторов риска вы и врач можете прибегать к другим исследованиям. Маммография, колоноскопия, ПАП-мазок, анализ на ПСА и тестостерон и т. д. – все должно применяться в зависимости от конкретной ситуации. Если ближайшие кровные родственники болели тем или иным видом рака в достаточно молодом возрасте, то стоит обсудить анализ на данный вид рака ранее, чем это обычно рекомендуют. Если вы едите много рыбы, особенно рыбы-меч или тунца, возможно, полезен анализ крови на ртуть.

Спросите о прививках и других профилактических мерах, которые могут быть вам рекомендованы с учетом возраста и профиля рисков. Прививка от герпеса, например, может пригодиться, если вам шестьдесят лет или больше. Следите за экспериментально обоснованными исследованиями в области профилактики, их результаты можно использовать для борьбы с конкретными факторами риска. Пока не доказано обратное, большинству людей старше 40 лет рекомендован прием статинов, особенно тем, у кого повышен холестерин и/или повышен С-реактивный белок (оба являются факторами риска для инфаркта и инсульта). Если вам больше 40 и имеются факторы риска для сердечно-сосудистых заболеваний, рекомендую спросить у врача, почему вам не нужны статины.

Повторю: для принятия решений и выбора правильного способа заботы о здоровье крайне важно сообщить врачу всю информацию о динамике состояния и стиле жизни. Но не перекладывайте все на его плечи. Задавайте вопросы. Поймите все «почему», «как» и «что». Чем больше вы знаете, тем лучше сможете придерживаться врачебных рекомендаций и тем больше поймете из ответов и результатов анализов.

Еще одна рекомендация. Прежде чем уйти из медицинского кабинета, спросите:

• На что мне стоит обратить внимание в этом году?

• Как получить результаты анализов?

• Какие исследования были проведены?

• При каких состояниях пора бить тревогу?

• О каких прививках стоит задуматься сейчас и в будущем?

• В этом году выходили исследования, применимые ко мне, с учетом истории болезни и индивидуальных параметров (возраста, факторов риска и т. д.)?

Последний пункт не стоит пропускать мимо ушей. Когда я писал эту книгу, то вышли результаты одного довольно малоизвестного исследования. Обнаружился неожиданный положительный эффект малых доз аспирина на смертность от многих распространенных форм рака. Уже известно, что небольшие ежедневные дозы аспирина могут предотвращать образование тромбов и, соответственно, инфаркты и инсульты. Но сейчас обнаружилось еще одно преимущество назначения этой волшебной таблетки людям от 50 лет и старше. В докладе, основанном на восьми долгосрочных исследованиях 25 тысяч пациентов, английские исследователи сообщили, что малые дозы аспирина (75 мг), принимаемые ежедневно в течение нескольких лет, уменьшают риск смерти от многих видов рака до 60 процентов. Вот отдельные цифры, опубликованные в «Lancet»:

• После пяти лет ежедневного приема аспирина смертность от рака желудочно-кишечного тракта снизилась на 54 процента.

• После 20 лет приема смертность от рака простаты снизилась на 10 процентов.

• После 20 лет приема смертность от рака легких снизилась на 30 процентов (среди тех, кто не курит).

• После 20 лет приема смертность от рака толстой кишки снизилась на 40 процентов.

• После 20 лет приема смертность от рака желудка снизилась на 60 процентов.

Предостережение: эти данные необязательно означают, что лично вам необходимо ежедневно принимать аспирин, так как препарат провоцирует осложнения, такие как кровотечения, которые и мешают рекомендовать его ежедневный прием всем подряд. Но исследование демонстрирует серьезные преимущества, ранее не учтенные в медицинских стандартах. До этого считалось, что небольшой риск кровотечений при приеме аспирина здоровыми людьми среднего возраста частично уравновешивает уменьшение вероятности инфарктов и инсультов. Но уменьшение смертности от распространенных видов рака может сдвинуть это соотношение для миллионов.

Повлияет ли это открытие на то, что аспирин пропишут лично вам? На этот вопрос стоит ответить вам и вашему врачу. Хотя исследование не обнаружило разницу для мужчин и женщин, на результаты серьезно повлиял возраст пациентов: более пожилые пациенты получали больше преимуществ, чем молодые, а идеальным возрастом для назначения аспирина является примерно пятьдесят лет. Ученые будут продолжать исследования для изучения многообещающих результатов, но уже сейчас приятно знать, что, возможно, найдено эффективное противораковое средство, доступное всем.

Аспирин применяют как обезболивающее уже более сотни лет. Его активное вещество – ацетилсалициловая кислота относится к классу веществ, экстрагированных из растений во времена Гиппократа, который сообщил об использовании порошка из коры и листьев ивы для облегчения головной боли и лихорадки. Аспирин оказывает на организм разнообразное воздействие, и это прекрасное лекарство могут назначать как болеутоляющее при различных травмах, для уменьшения тромбообразования и профилактики инфарктов и для уменьшения риска рака. Широкое распространение аспирина объясняется также его мощными противовоспалительными свойствами.

Так же, как вы обсуждаете с врачом необходимость приема аспирина, нужно обсудить прочие назначения. При посещении врача всякий раз составляйте план действий. Если вам выдали рекомендации (неважно, включающие в себя прием лекарств или нет), спросите: как станет понятно, что действует, а что нет? Как вы узнаете, что лечение не помогает? Какие сезонные факторы нужно учесть? Если вы посещаете врача только раз в год, то составьте план на весь год. Если единственный визит назначен на май, то вам не сделают прививку от гриппа. Поэтому требуется круглогодичная возможность связаться с врачом, чтобы учитывать ежемесячные или ежесезонные события.

Помните: в жизни бывает много необоснованных решений и ошибок. Еще не изобрели технологию для точного предсказания, какое лекарство на вас подействует или какое лекарство подействует лучше всего. Убедитесь, что когда вы принимаете вещество, оно работает. Если привыкли принимать обезболивающее, хотя ничего не болит, то зачем вы его принимаете? Управляйте собой сами – и вы сможете подобрать образ жизни, который лучше соответствует вашим потребностям.

Новые технологии на службе вашего здоровья

Признаюсь, я – технофил. Обожаю гаджеты. Признаюсь и в том, что у меня аномальная ЭКГ (электрокардиограмма, по которой видна электрическая активность сердца). У меня с рождения инвертирована Т-волна. Это не ужасная аномалия, но она есть. Если я окажусь в больнице и не смогу общаться, все, что нужно врачу, – это скачать на любой компьютер ЭКГ с моего аккаунта в Apple MobileMe («облачное» онлайн-хранилище, позволяющее безопасно хранить информацию в Интернете). Если айфон в больнице будет работать, я смогу сам скачать файлы и показать врачу.

Сегодня мы используем телефоны и компьютеры почти для всего. Кроме одного: хранения медицинских записей и доступа к результатам анализов. Я перенес данные всех анализов в «облако», поэтому могу получить доступ к ним откуда угодно. Кроме того, я сообщил жене все пароли, так что она при необходимости получит доступ к этой информации. Я считаю, что в заботе о здоровье каждому нужен напарник – супруг(а), родственник, родитель, друг, сосед и т. д. Найдите такого человека и предоставьте ему полный доступ ко всем местам, где вы храните медицинские данные.

Но что, если ваши медицинские записи не переведены в цифровой вид? Не беспокойтесь, вас большинство. Почти все такие данные пылятся в архиве врача в виде бумажных медицинских карт, написанных почти неразборчивым почерком. Рекомендую запросить у всех ваших врачей копии всех данных. Потратьте вечер и переведите их в «цифру». Можно, например, хранить их на флешке и всегда носить флешку с собой. Да, знаю, что хочу довольно много, – но эти несколько часов затем будут помогать всю жизнь. Все мы уникальны и в чем-то отклоняемся от нормы, тут нечего стыдиться. Но для врача, который о вас ничего не знает и к которому вы попали в бессознательном состоянии, отличие от усредненного стандарта может оказаться серьезным препятствием. Медицинские данные в такой ситуации помогут спасти жизнь.

Новые компьютерные приложения, которые позволяют следить за состоянием здоровья и попытками вести активный образ жизни, появляются ежедневно. Даже не пытаюсь составить список – их уже невообразимое количество, и к моменту, когда вы будете читать эту книгу, появится новое поколение программ. Они позволяют отслеживать, рассчитывать, планировать и исследовать почти любую информацию, связанную с состоянием здоровья. Приложения для сна анализируют фазы сна, приложения для сердца отслеживают уровень стресса (что может помочь в регуляции эмоциональной сферы), а некоторые приложения рассказывают о сезонных продуктах в вашей местности и информируют о работе фермерских рынков.

Уже скоро появятся небольшие переносные устройства, которые будут отслеживать наше состояние целый день. Не все захотят носить их ежедневно и ежечасно, но такие устройства могут стать очень полезным инструментом для определения и поддержания исходного уровня здоровья и в некоторых случаях помогут узнать, что еще обратить себе на пользу. Сложно вернуть себя из состояния бьющего копытами (от стресса) быка в состояние спокойного холодного огурца, но если тело подскажет о приближении опасной зоны, то информация об этом способна мотивировать на какие-то действия для снижения уровня стресса.

Успех во многих областях жизни определяют механизмы – электронная почта и телефоны для связи, Интернет для исследований, автомобили для попадания в нужное место и т. д. Почему же мы считаем, что при сохранении здоровья не помогут инструменты? Ведь они уже есть. Их использование предоставит нам необходимые стимулы. Поставьте себе цель – постоянно изучать себя и вести записи. Прислушивайтесь к телу и запоминайте, именно вы знаете себя лучше всего. Доктор не сможет залезть вам в голову или воспринять ощущения. Можно следовать тому, что близко именно вам. Найдите эти тенденции, начните здоровую жизнь сегодня. А все, что вы увидите в следующей главе, поможет вам спланировать будущее здоровье.

Не доверяйте слепо доктору. Будьте сами себе главным врачом. Используйте опросник и рекомендации, приведенные в этой главе, для получения исходных данных и затем назначений врача. Рассматривайте отношения, складывающиеся с врачом при лечении, как партнерство – но не дружбу. Не оставляйте ваши медицинские данные только у врача. Запросите копии и храните их в месте, доступном вам в любое время.

Глава 3. Семейная история здоровья

Почему знание собственной истории окупается – и как узнать историю

Сколько наших предков умерло «в глубокой старости»? Зачастую взаимоотношения в семье неидеальны, и разговоры о здоровье родственников не приветствуются. В результате мы сидим в приемной врача, заполняем опросник и пропускаем вопросы, на которые должны знать ответы, например: «У вашей матери повышен уровень холестерина?», «От чего умер дядя Эрл?» «Известны ли в семье случаи диабета или рака?» Возможно, вы и не подозреваете, что сгорбленные спины прабабушки и ее сестер предсказывают остеопороз. А может, отец никогда не рассказывал, что в сорок лет перенес инфаркт, такой же, как его отец, от чего тот и умер. Семейные заболевания способны предсказать риски в области здоровья, но получение этих данных бывает сложным.

В большинстве семей не принято расспрашивать, особенно о здоровье старших. Но наиболее надежный способ избежать многих инвазивных исследований – набраться духу и задать эти сложные вопросы. Предполагается, конечно, что вы общаетесь хотя бы с некоторыми кровными родственниками или у вас есть доступ к старым медицинским картам, и к тому же вы не сирота, а если и были усыновлены, то знаете своих кровных родителей. Семейная история является одним из наименее используемых, но самых мощных средств для понимания здоровья. В 2010 году в клинике Кливленда провели исследование, выявившее, что знание семейной истории – лучший инструмент предсказания вероятности генетически обусловленного рака. Это бесплатно, даже если требует неприятного разговора или междугородного звонка. Нужно только немного времени для опроса родственников. Подробная семейная история – редкость; по результатам правительственного исследования, ее составили менее одной трети семей, а врачи, зажатые в жесткие временные рамки, редко рекомендуют пациентам ее составление.

Если же вас приводит в уныние даже мысль, что придется побеспокоить телефонным звонком деда или его брата, то поставьте себе цель – заговорить на эту тему на следующем семейном празднике. Подойдут и дни рождения, и похороны. Врачи в США обычно используют бесплатный сайт https://familyhistory.hhs.gov, где можно составить семейную медицинскую историю и затем поделиться ссылкой с родственниками и врачами. (В России аналога такого сайта пока нет. – Примеч. ред.) Но не увлекайтесь одной стороной фамильного древа, особенно если вы – женщина, которая лучше знает родственников по материнской линии, а не по отцовской. Угроза рака груди или яичников может скрываться в любой ветви.

Так как судьбу не определяет только генотип, семейная история здоровья должна отражать риски, зависящие от окружающей среды или образа жизни, который может спровоцировать врожденные риски. Кто курил? Кто имел избыточный вес? Что стало причиной преждевременной смерти членов семьи? Ответы могут многое прояснить и помочь лучше заботиться о себе. Когда вы проведете описанную предварительную исследовательскую работу, то можете захотеть пойти дальше: провести генетическое исследование.

Способ узнать о врожденных рисках

Если вы в последние десять лет следите за новостями, то знаете, что решена грандиозная научная задача, работа над которой была начата в 1990 году: определена последовательность более чем трех миллионов химических блоков, составляющих ДНК человека. Я кратко упомянул ДНК в главе 1, заметив, что по ней можно сказать меньше, чем кажется. Но я не рассказывал подробно, как это можно сделать, что в действительности можно узнать и какую пользу можно извлечь из этих данных. Теперь давайте подробнее разберем этот блок информации, чтобы правильно понимать его место в общей системе вашего здоровья. Затем речь зайдет и о некоторых основах современных генетических исследований.

Генетический код, также называемый геномом человека, находится в каждой из миллиардов клеток организма человека и является «инструкцией», по которой работает тело. Код сгруппирован в 23 «информационных блока» под названием хромосомы. У каждого из нас – два набора хромосом, по одному от каждого родителя. Хромосомы образованы нитью ДНК, которая, в свою очередь, состоит из десятков тысяч генов. Известная форма ДНК – двойная спираль – состоит из примерно трех миллиардов базовых пар, представленных четырьмя химическими соединениями (нуклеотидами), обычно обозначаемыми буквами А (аденин), Г (гуанин), Ц (цитозин), Т (тимин). Нуклеотиды – главные структурные элементы генов, которые отдельно или в разных сочетаниях определяют все – от цвета волос до предрасположенности к болезни Паркинсона.

В 2003 году, после 13 лет работы, проект с опережением на два года был завершен. Его окончание совпало с пятидесятой годовщиной вручения Нобелевской премии Джеймсу Уотсону и Фрэнсису Крику, которые, напомню, открыли двойную спираль ДНК.

Гены составляют определенные последовательности «строительных блоков», так же, как буквы составляют слова. В настоящее время ученые пытаются понять смысл, заложенный в эти 20–25 тысяч генов, представляющих «молекулярные пульты управления» работой человеческого тела. Гены определяют многие особенности, такие как голубые или карие глаза или предрасположенность к ожирению или болезни Альцгеймера. Геном, по определению, – это полный набор наследуемых инструкций по созданию, развитию и поддержанию организма, а также по передаче жизни следующим поколениям. У каждого существа на Земле свой характерный геном: геном собаки, кошки, розы, кролика, вируса ОРВИ, брокколи, Escherichia coli и так далее. Геном содержит всю информацию, необходимую для построения конкретного организма. Геном принадлежит виду, но в то же время – и конкретному существу. За исключением однояйцевых близнецов и клонов, у каждого из нас – уникальный геном так же, как у любого оленя, дуба или орла. Геномы разных существ отличаются друг от друга таким же образом, как геномы видов.

Одно из революционных открытий проекта Human Genome Project заключалось в том, что примерно 99,9 процента ДНК у всей человеческой популяции совпадают. Однонуклеотидный полиморфизм (SNP, обычно произносится «снип») представляет отличие в последовательности ДНК и появляется в каждом сотом-трехсотом основании в геноме из трех миллиардов оснований. SNP – это отличие в наборе генетических «инструкций», являющееся маркером восприимчивости к болезням, факторам окружающей среды и медикаментам. Например, замена Г на А в конкретном гене может быть признаком облысения по мужскому типу. Другие изменения в нуклеотидных последовательностях могут стать признаками целиакии, астмы или муковисцидоза. Важно понимать, что изменения в ДНК – не причина болезни, но маркеры повышенной вероятности данного заболевания. После завершения Human Genome Project опубликованы сотни исследований, описывающих связь между SNP с сотнями заболеваний, особенностей и состояний. Как нетрудно представить, эти исследования дали «зеленый свет» персонализированной геномике, создав основу, благодаря которой по ДНК, полученной из простого образца слюны, можно составить генетическую карту.

Как соучредитель организации, проводящей генетические исследования, я преданный сторонник этой технологии, дающей широкую панораму вариаций в ДНК, поскольку она позволяет узнать о вероятности отдельных заболеваний. Даже с учетом того, что секвенирование генома может дать только общий «список частей», не указывая, как эти части соединяются и взаимодействуют в организме, оно предоставляет базовую информацию: чем больше вы знаете о «списке частей», тем увереннее можете принимать решения относительно здоровья. Подобный тип исследования указывает, на что обратить внимание, когда перестает помогать природа. Это не диагностика, так не узнаешь, есть ли у вас рак или волчанка. Генетическое исследование указывает на предрасположенность к определенным состояниям, так что появляется возможность принять профилактические меры или провести раннюю диагностику. Вероятность генетического риска частично связана с тем, сколько маркеров риска находятся в одном SNP – ни одного, один или два. Указанное состояние необязательно разовьется только потому, что у вас есть один или два маркера риска, но повысит его вероятность, особенно в сочетании с факторами риска в окружающей среде или образе жизни. Во многом исследование похоже на другие. Если у человека, например, повышен уровень холестерина, то считается, что повышена вероятность сердечно-сосудистых заболеваний, и принимают профилактические меры.

Сама идея (кроме определения генетических маркеров, SNP) достаточно проста. Возьмем множество людей с определенным диагнозом и множество похожих людей без такого диагноза. Сравним их ДНК и определим то место, где конкретное изменение маркера гораздо чаще встречается у больных, чем у здоровых. Ваши персональные генетические маркеры затем сравнивают с данными, опубликованными в научных журналах, а результаты помещают на более понятную шкалу: ориентировочная вероятность оказаться в данном состоянии за всю жизнь. SNP могут не быть причиной того или иного состояния, но известно, что они являются частью генов или находятся около генов, увеличивающих риск данного состояния. Соответственно, их используют как маркеры предрасположенности к этому состоянию. Если у вас не обнаружены известные генетические маркеры конкретного состояния, это не гарантирует от этого состояния, но означает, что вероятность этого состояния для вас ниже, чем для людей с такими маркерами.

Состояния, вероятность которых можно определить с помощью генетического исследования:

Помните: все эти состояния вызываются множеством причин – как генетических, так и связанных с окружающей средой, некоторые из них еще неизвестны. Сейчас можно определить генетически обусловленную вероятность примерно 40 состояний – от аневризмы и рассеянного склероза и рака желудка. Данные можно получить из анализа слюны. Нет необходимости брать на анализ кровь, в слюне достаточно ДНК для выделения и изучения. Для отдельных генетических тестов, таких как исследование на мутацию гена BRCA (маркера высокого риска рака молочной железы и яичников), может потребоваться забор крови. Это зависит от того, кто проводит анализ и как он предпочитает получать ДНК. Возможно также исследование волос, кожи и амниотической жидкости. Сейчас большинству беременных предлагают генетический анализ и консультацию генетика для определения подверженности наследственным заболеваниям.

Генетические исследования проводят сейчас немного организаций. Задача нашей организации «Навигеникс» – информировать о их геноме, чтобы мотивировать людей улучшать здоровье. Я верю в силу этой технологии, и эта силы лишь возрастет, когда мы добавим к существующему списку новые состояния, изучим связи между вариациями ДНК и конкретными заболеваниями и расширим данные фармакогеномики. Фармакогеномика, как было кратко сказано, – это еще одна бурно развивающаяся ветвь фармакологии, занимающаяся влиянием генетических особенностей на чувствительность к медикаментам.

Когда люди берут в руки результат анализа от «Навигеникс» (специально рассчитанный на то, чтобы быть понятным среднему человеку без медицинского образования), то получают доступ к актуальной информации о результатах новых исследований, опубликованных в Интернете, относящейся лично к ним. Они получают информацию и о том, как изменить привычки для уменьшения риска состояний, к которым выявлена предрасположенность, о чувствительности к тем или иным лекарствам и их побочных эффектах и о том, что стоит рассказать врачу. Хотя результаты анализа легки для чтения и понимания, данные могут оказаться ошеломляющими и сложными. Всегда лучше открыто поговорить с врачом, чтобы понять их смысл и значение и определить стратегию дальнейших действий. Каждому, кто проходит анализ в «Навигеникс», рекомендуют обсудить полученные результаты с генетическими консультантами компании, обученными интерпретировать результаты. Надеюсь, такая информация побудит людей приобрести привычки, улучшающие здоровье.

Другим преимуществом генетического исследования, причем таким, которое резко повысит точность с развитием протеомики, является индивидуализация подбора лекарств. Сейчас можно провести так называемый фармакогеномный анализ для изучения ДНК на генетические маркеры, соответствующие конкретным особенностям метаболизма отдельных лекарственных средств. В некоторых случаях выясняется, будут ли у вас серьезные побочные эффекты от препарата, в других – будет ли оно эффективно, или как дозировать лекарство конкретно для вас. Зная индивидуальную реакцию на отдельные лекарства, легче подобрать терапию именно для вас.

Все сводится к стимулам. На основе статистики можно выяснить, что у вас – 30-процентная вероятность ожирения, но эта информация бессмысленна. Но если я скажу, что ваш риск ожирения на 60–80 процентов основан на генетических факторах, то это имеет значение, правда? Узнанного может быть достаточно, чтобы вдохновить вас присмотреться к привычкам, влияющим на вес. Этой информации может быть достаточно, чтобы побудить вас следить за объемом талии так, как никогда раньше. Так может проявляться сила генетического анализа. С другой стороны, если известно, что для вас вероятность инфаркта равна 90 процентам, то сделаете для сердца все возможное. Общие статистические выводы типа: «Сердечные заболевания являются основной причиной смертности» мало на что влияют, если вообще влияют. Но знание, что в вашем генотипе заложен риск инфаркта выше среднего, в популяции окажется сильнее статистики.

Такой тип информации позволяет лучше оценить издержки индивидуального выбора. Например, если известно, что у вас высокий риск развития сердечных заболеваний, то стакан вина в день может оказаться полезной привычкой (если, конечно, вино вам нравится). Однако уже выяснили, что небольшие дозы спиртного, особенно красного вина, могут уменьшить риск сердечных заболеваний, но потенциально увеличивают риск рака молочной железы. Это издержки, и вместе с врачом вы сможете оценить все «за» и «против» для создания персонализированного плана здоровья.

Рекомендую ли я прохождение генетического исследования на основе изложенного? Как и в большинстве случаев, приведенных в этой книге, – выбор за вами. Если вы не точно знаете собственную историю болезни и нет других путей получения информации, то, конечно, обратитесь в лабораторию. Большинство страховых планов позволяет возместить наличные расходы, если сама страховка этого не покрывает[2]. Для всех болезней, о которых более или менее известно, что определенная мутация резко повышает вероятность заболевания, рекомендую принять меры заранее, чтобы предотвратить или отсрочить недуг. Примеры таких редких генетических заболеваний – BRCA1/2 (рак молочной железы/яичников), болезнь Тея – Сакса, болезнь Хантингтона. Вне зависимости от того, какие анализы вы сдаете, запланируйте и консультацию генетика. Это поможет не только полностью изучить профиль рисков, но и справиться с эмоциями. К тому же станет прекрасной возможностью потренироваться в чтении результатов анализов.

Мой профиль в «Навигеникс» выявил интересные данные. У меня выше среднего риск сердечно-сосудистых заболеваний, хотя липиды в норме и уровень холестерина ниже 200 (200 – это верхняя граница нормы). Основываясь на профиле рисков, я совместно с врачом принял решение о начале регулярного приема крестора, одного из статинов, а мои дети взяли на себя обязательство исключить из моего рациона картошку-фри. Забавно: в том же году, когда я начал принимать статины, исследование JUPITER показало положительный эффект статинов не только на снижение холестерина, но и на уменьшение воспаления. Сейчас проводится исследование на людях с низкими значениями маркеров воспаления и низким холестерином, чтобы посмотреть, что еще делают статины. На что еще они повлияют?

Речь идет о страховых возмещениях в США. – Примеч. ред.

Источник:

modernlib.ru

Правила Здоровой И Долгой Жизни в городе Тюмень

В этом интернет каталоге вы можете найти Правила Здоровой И Долгой Жизни по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть похожие книги в группе товаров Книги. Ознакомиться с характеристиками, ценами и рецензиями товара. Доставка выполняется в любой населённый пункт РФ, например: Тюмень, Иркутск, Иваново.