Книжный каталог

Николаева М. (ред.) Дюнкерк. Дневник Солдата

Перейти в магазин

Сравнить цены

Категория: Книги

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Николаева М. (ред.) Дюнкерк. Дневник солдата Николаева М. (ред.) Дюнкерк. Дневник солдата 277 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Николаева А. Я-муары. Откровенные истории блогера. Интернет-дневник Николаева А. Я-муары. Откровенные истории блогера. Интернет-дневник 253 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Хохоф К. Русский дневник солдата вермахта. От Вислы до Волги. 1939-1945 Хохоф К. Русский дневник солдата вермахта. От Вислы до Волги. 1939-1945 457 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Плакат A3(29.7x42) Printio Дюнкерк / dunkirk Плакат A3(29.7x42) Printio Дюнкерк / dunkirk 399 р. printio.ru В магазин >>
Антон Долин Премьеры: «Дюнкерк», «Берлинский синдром» Антон Долин Премьеры: «Дюнкерк», «Берлинский синдром» 49 р. litres.ru В магазин >>
Николаева М. Теоретические основы товароведения Николаева М. Теоретические основы товароведения 744 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Николаева М. (ред.) Книга Патриота Николаева М. (ред.) Книга Патриота 547 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Дюнкерк - Кристофера Нолана: в чем его главное противоречие, Журнал

«Дюнкерк» Кристофера Нолана: в чем его главное противоречие?

Битва при Дюнкерке и последовавшая эвакуация 400 000 британских, бельгийских, канадских и французских солдат через Ла-Манш — военные операции, которые редко вспоминают в кино. На ум приходят разве что мужественный черно-белый «Дюнкерк» 1958-го года да женственное «Искупление» 2007-го. Поэтому Кристофер Нолан должен был пройти сразу мимо двух берегов — чтобы уплыть в неизвестность.

При этом «Дюнкерк» и вправду начался для Нолана в море. Почти 20 лет назад, во время съемок своего самого первого фильма («Преследование»), он вместе с продюсером Эммой Томас и другом решил переплыть Ла-Манш на маленьком судне. Путешествие заняло почти сутки, а погода была до того ненастной, что никто из троих не верил, что вернется домой. Но все обошлось, у режиссера появился замысел фильма, а Томас в итоге стала ему женой и спродюсировала все его десять картин. Это вообще семейная традиция: брат Кристофера Джонанан Нолан уже много лет в браке со своей коллегой по «Миру дикого запада» Лизой Джой. А друг так и остался неизвестным: «Дюнкерк» — история еще и о том, что у героев чаще всего не бывает имен.

Можно предположить, что после этой истории Нолан и придумал для своего фильма четкую систему координат. И что в написанной Хансом Циммером музыке «Дюнкерка» не случайно нашлось место композициям британского барона Элгара. Того самого Элгара, в похоронном марше которого можно услышать жизнелюбие, а в знаменитых энигма-вариациях — нолановскую страсть к загадкам. Если проводить параллели с живописью, то «Дюнкерк», как первым отметил американский The Hollywood Reporter, принадлежит к импрессионизму — течению, которое началось в устье реки Сены в городе Гавре. Там, на своей малой родине, Клод Моне написал картину « Впечатление. Восходящее солнце ». Нолан рисует ее заново — но не в мирное время. А если искать в «Дюнкерке» эхо литературы, то на ум сразу же придут довоенный «Хоббит» и послевоенный «Властелин колец» — очень британские истории о маленьком и опрятном обывателе, который отправляется на другой конец света спасать всех и вся. Основой Дюнкеркского чуда стали именно такие люди в штатском — юные рыболовы и старые мореходы, которые пришли на помощь солдатам по ту сторону Ла-Манша. 230 кораблей, включая шесть огромных военных эсминцев, назад не вернулись.

А проблема Нолана была в том, что при всей ясности замысла ему понадобилось 20 лет, чтобы его воплотить. Снять фильм о героизме британцев было невозможно без денег американцев, а получить те — невозможно без репутации в Голливуде. Поэтому к тому моменту, когда Нолан смог вернуться к реализации своей идеи-фикс, весь мир уже знал его в совершенно другом качестве. Например, как единственного режиссера, 5 фильмов которого входят в 50 лучших картин всех времен и народов по версии IMDb.com. То есть — только вдумайтесь! — автора 10% всего мирового кинематографа, который мы в случае чего отправим в капсуле в космос. Или как единственного режиссера, блокбастеры которого сообща зарабатывают миллиарды, оставаясь при этом абсолютно непонятными зрителю. Что стало с волчком Ди Каприо в конце «Начала»? Как Макконахи оказался в книжном шкафу? Тем не менее, Нолан все же снял «Дюнкерк» — а от американских инвесторов отмахнулся одной-единственной заключительной строчкой сценария: «Мы верим, что Новый Свет придет на помощь старому».

Отмахнуться от критиков и фанатов оказалось сложнее: те привыкли. что фильмы Нолана — это приглашение к разгадке конкретных тайн, а не к философским исканиям вообще. В «Дюнкерке» ничего додумывать не приходится. Если историки до сих пор спорят, почему Гитлер остановил наступление, то в фильме даже нет упоминаний фашизма. Есть только термин «враг», несколько «мессершмиттов» и парочка пехотинцев с размытыми лицами. Как и оскароносный «Выживший», триумф которого «Дюнкерк» вполне может повторить, это история не о войне, а о сопротивлении стихии. И чтобы оттолкнуться от тех самых берегов — «Искупления» с одной стороны и «Дюнкерка» 1958-го года с другой — Нолан придумывает новый метод повествования.

Те, кому повезло увидеть в Каннах VR-фильм Алехандро Гонсалеса Иньярриту «Плоть и песок», сравнивают новый «Дюнкерк» именно с ним. Иньярриту приглашал изнеженных зрителей с Лазурного берега влезть в шкуру безликих мексиканских мигрантов, пытающихся прорваться в соседнюю страну. Кристофер Нолан хочет заставить каждого побывать беспомощным (большинство его героев даже не носит винтовки) рядовым, прежде чем голосовать за очередную войну. Сложносочиненного сюжета в его фильме нет, потому что нельзя выделять одну или несколько историй среди 400 тысяч. Лиц у героев, в общем-то, тоже. Том Харди, как всегда у Нолана, прячется за маской в кабине «спитфайра». Киллиан Мерфи кутается в плед, Марк Райлэнс рисует собирательный портрет благородного англичанина («Он образец британской стойкости» — говорит про таких Джуди Денч в бондиане). А Гарри Стайлс из нежной рок-группы One Direction настолько измазан в грязи, что его могут не узнать даже фанатки.

Зато и у Иньярриту, и у Нолана есть то, что западные критики уже год с лишним называют «иммерсивностью», — и почитают главным качеством любого искусства. Речь об абсолютном погружении зрителя в предложенные обстоятельства. Нолан не верит в 3D и снимает на 70-миллиметровую пленку и камеры IMAX, но именно у него, а не у блокбастеров Marvel, в этом году получилось самое честное 3D. Режиссер и оператор вместе с актерами барахтались в холодной Северном море, а Харди и его эскадрилья снимались внутри настоящих самолетов. Наземные сцены устроены так, что зритель уйдет из кино в башмаках, полных песка. А чтобы создать ощущение тесноты братской могилы, режиссер собрал больше тысячи человек массовки.

И вполне может быть, что измерений здесь даже больше, чем три: если в «Интерстелларе» Нолан вдруг приравнял к физическим величинам любовь, то здесь он объединяет пространство и время. Все 110 минут за кадром то громче, то тише, но без остановки тикают часы: по легенде со съемочной площадки, Ханс Циммер подслушал их в кармане у режиссера. Музыка тоже не перестает играть ни секунды, и Циммер, известный запоминающимися мелодиями, в каком-то смысле обезличивает свои сочинения: ничего отдельного и яркого после «Дюнкерка» у него в iTunes не выйдет. В этом — солидарность авторов с героями: постановщик гуляет по площадке в водолазном костюме, а композитор отказывается от звезд на погонах. Звукорежиссура целиком подчинена той же задаче, что и музыка, — заставить зрителя оказаться на поле боя.

Люди, не любившие Нолана прежде, этот метод отчаянно хвалят. Тех, кто привык к его старым приемам, — нелинейному повествованию, параллельному монтажу и рамочной композиции — режиссер пытается утешить. В его «Начале» ключевой сценой был тройной сон. На его первом уровне действие длилось считанные секунды, но во втором за это же время проходили десятки минут, а на третьем — часы.

В «Дюнкерке» используется та же композиция. Первый уровень — это боевой вылет звена истребителей, который продлится лишь пару часов. Это традиционное военное кино: немногословное, динамичное, в меру остросюжетное. Если бы не деликатность Тома Харди и лаконизм Нолана-сценариста, то из него мог бы получиться условный «Перл-Харбор». Второй уровень, в который зритель погружается уже надолго, — это спасательная экспедиция обычных британцев, идущих по волнам на помощь солдатам. И это удивительный и убедительный военный эпос, снятый вообще без единого выстрела — и почти без патетики в диалогах. А третий уровень, на котором герои проводят неделю, а впечатлительный зритель может остаться на несколько дней, — это история того самого пляжа Дюнкерка и четырехсот тысяч живых мишеней, уставших зарываться от пуль в песок. Здесь Нолан смешивает привычные жанры. Да, эвакуацией командует безупречный и хладнокровный морской офицер с лицом Кеннета Браны. Но эвакуирует он людей, меньше всего похожих на героев фильма о войне. Убежав от невидимых немцев и потеряв полдюжины товарищей, персонаж Финна Уайтхеда, когда доберется до пляжа, первым делом снимет штаны и сядет на корточках. Другой герой, оказавшись на корабле, спрячется на палубе, как лягушка, в ожидании торпеды. Без героя Браны, его речей о доме и долге и не очень удачной сцены во вставшем на мель судне (которая полностью повторяет эпизод из «Темного рыцаря»), фильмы был бы гораздо самобытнее. Но совсем без клише военное кино, видимо, все же не снять.

Главная проблема «Дюнкерка», впрочем, не в простительной путанице идей и настроенией, а в том, что от Нолана все привыкли ждать не живописных, а текстовых головоломок. В «Начале» после третьего уровня сна был еще и лимб, в котором герои могли плутать вечно, а самые преданные фанаты ищут ответы уже семь лет. В «Дюнкерке» есть ад, а вот сопутствующего ему лимба нет — по крайней мере, для тех, кто не готов искать бесконечные смыслы во внешней красоте.

Хорошо или плохо, что таких зрителей оказалось довольно много, неясно. Что если именно из-за них красота не спасет мир?

Источник:

esquire.ru

Дюнкерк – чудо, которого не было

Дюнкерк – чудо, которого не было. Александр Роджерс

Дата публикации: 25 июля 2017, 13:30

В последние пару лет я довольно редко смотрю кино (ребёнок, работа и публицистика съедают слишком много времени), и ещё реже пишу на него рецензии.

Преимущественно это касается исторических фильмов – про историю СССР, России или Вторую мировую. Вышедший несколько дней назад «Дюнкерк» – это как раз тот исключительный случай.

Возможны спойлеры, так что если вы хотите посмотреть фильм, то дальше читайте на свой страх и риск.

Сначала о фильме. Положительных персонажей (из тех, кому посвящена хотя бы минута повествования) в нём условно три – командующий эвакуацией британский адмирал, один из лётчиков на «Спитфайре» и капитан гражданской яхты, занимающийся спасением утопающих с подбитых нацистами кораблей.

Все остальные – конченые мерзавцы и моральные уроды. Они снимают с трупов своих товарищей обувь, француз прикидывается английским солдатом (не потому, что эвакуируют только англичан – просто англичан эвакуируют в первую очередь), пытаются проникнуть на эвакуационные корабли вне очереди, в том числе выдавая себя за санитаров, выталкивают своих товарищей под пули немецких снайперов и так далее.

Один убивает (случайно, но всё же) гражданского подростка, но вместо того, чтобы отдать его под трибунал, все делают вид, что ничего страшного не произошло, и ему это сходит с рук.

У них есть оружие, у них есть патроны, но никто даже не думает окапываться, строить укрепления, отстреливаться. Толпы солдат просто стоят на пляже плотными колоннами, ожидая транспортных кораблей. И эти колонны почти беспрепятственно расстреливают и бомбят немецкие самолёты. За весь фильм только один солдат попытался стрелять в ответ по самолёту из винтовки, но именно в него (непосредственно в него, а не рядом) попадает авиационная бомба.

Единственной целью и мотивацией всех этих персонажей является сбежать. Тут для объективности нужно отметить, что в реальности английские, французские и бельгийские войска, окружённые под Дюнкерком, дрались весьма неплохо, и не только несколько дней удерживали позиции (что позволило эвакуироваться гораздо большему, чем изначально планировалось) количеству людей, но и несколько раз наносили по немцам чувствительные контрудары. Но в фильме ничего подобного нет.

В результате эти полудезертиры успешно попадают обратно в Британию, где их приветствуют как героев и дают пару бутылок пива – это типа хэппи-энд.

А теперь давайте посмотрим, что происходило под Дюнкерком в реальности. Официальная британская версия событий гласит, что после взятия немцами Кале и прорыва немецких танков к Абвилю 10 английских, 18 французских и 12 бельгийских дивизий (общей численностью около 450 тысяч человек) оказались в окружении в окрестностях Дюнкерка.

Британское адмиралтейство приняло решение об их эвакуации морем. При этом изначально планировалось, что успеют спасти только примерно от 30 до 45 тысяч солдат. Однако совокупность плохой погоды (мешавшей действиям Люфтваффе), угрозы французского контрнаступления со стороны Парижа и нежелания Гудериана терять лишние танки привели к тому, что времени на проведение эвакуации оказалось значительно больше, и эвакуировали 198.229 британских и 139.997 французских солдат и офицеров. Британская пропаганда назвала это «чудом у Дюнкерка».

При этом в плен к немцам попали 108.111 солдат и офицеров (преимущественно бельгийских, чьё правительство к тому времени уже капитулировало). Кроме того, немцы потопили свыше 280 английских и французских судов и кораблей (в том числе 6 британских и 3 французских эсминца), а британцы бросили практически всю тяжёлую технику:

— примерно 20.000 мотоциклов;

— 77.318 тонн боеприпасов;

— 147 тысяч тонн топлива;

— 377 тысяч тонн снаряжения и военного имущества;

— 8 тысяч пулемётов;

— 90 тысяч винтовок.

Но, несмотря на потери, как я уже говорил, британская пропаганда назвала это «чудом у Дюнкерка». На что Черчилль горько заметил, что «эвакуациями войны не выигрываются».

Напоминает мне это пропаганду режима Порошенко, который окружение в Дебальцевском котле тоже объявил перемогой, обосновывая это «а ведь могло бы погибнуть гораздо больше». И даже раздавал какие-то медальки за героическое бегство хунтовоенов.

Однако, это мы привели так называемую официальную версию событий под Дюнкерком. Реальность была ещё более плачевной.

Потому что перечисленные 10 английских, 18 французских и 12 бельгийских дивизий – это была северная окружённая группировка. А была ещё и южная, о которой вообще стараются не вспоминать. В которой было ещё 29 французских, 10 бельгийских и 2 британские дивизии, не считая более мелких подразделений, общей численностью до 750 тысяч человек.

И вот все эти три четверти миллиона дружно попали в плен к нацистам. Прибавьте к ним ещё сто с лишним тысяч пленных из северной группировки, и получите общую численность попавших в плен около 850 тысяч солдат и офицеров.

Для сравнения, в самое крупное окружение советские войска попали в Киевском котле, куда попало около 650 тысяч человек (и у них не было моря, чтобы по нему эвакуироваться).

Но пропаганда рассказывает нам, что под Киевом была «позорная массовая сдача в плен тех, кто не хотел воевать за Советы», а под Дюнкерком было «чудо». Ну, вы поняли.

Обращаем ваше внимание на то, что организации ИГИЛ, ИГ, ОУН, УПА, УНА-УНСО, Правый сектор, Меджлис крымскотатарского народа признаны экстремистскими и запрещены на территории Российской Федерации.

При полном или частичном использовании материалов ссылка на News-Front.info обязательна (в интернете — гиперссылка).

Настоящий ресурс может содержать материалы 18+

Информационное агентство «News Front» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 26 июня 2015 г.

Свидетельство о регистрации ИА № ФС77-62129

Учредитель : ООО «МедиаГрупп Ньюс Фронт», Руководитель(Главный редактор) Кнырик Константин Сергеевич

Адрес электронной почты редакции: [email protected]

Источник:

news-front.info

Дюнкерк, 2017: arlienn

Дюнкерк, 2017

"Дюнкерк" Кристофера Нолана - военный драматический фильм-катастрофа по реальным событиям 1940 года. Это не сколько фильм о военных действиях, сколько экскурсия под обстрел, когда ты бежишь от пуль с этим мальчишкой-солдатиком плечом к плечу и попадаешь из огня да в полымя, болеешь за летчиков и проникаешься уважением к смелому владельцу маленького баркаса, идущего в зону военных действий, чтоб спасти хоть кого-то.

Действие на трёх уровнях (земля, вода и воздух), в трёх временных отрезках (для летчиков 1 час, для катеров 1 день, для солдат, ждущих эвакуацию, неделя). Герои проплывают и пролетают рядом друг с другом, одни пытаются выжить, другие помочь в этом.

Актерский состав в основном из британцев, хорошо знакомые или симпатичная молодежь. На главгероя раздела 'Мол' видимо специально искали трогательное юное лицо, для Фиона Уайтхеда это дебют в большом кино, но есть сольный сериал. Генерал и полковник на моле - Кеннет Брана и Джеймс Д'Арси (который Джарвис в "Агент Картер" и не только). Том Харди почти весь фильм в шлемофоне, но ему не привыкать (см. Бэйн в "Темном рыцаре" того же Нолана). Другого пилота играет Джек Лауден, засветившийся в сериалах "Волчий зал" и "Война и мир". Гарри Стайлз из группы One Direction старательно отыгрывает свою первую роль в кино: вполне достоверный солдатик-смутьян. Марк Райленс выдает похожий на того "стойкого мужика" образ, как в "Шпионский мост", но выходит хорошо. Киллиан Мерфи играет офицера с посттравматическим синдромом. Ещё там связной пилотов - голос Майкла Кейна, а в небольших ролях кузина (медсестра) и дядя (дедушка в финале) Нолана.

Из-за оригинального таймлайна в последовательных кадрах иногда перекрещиваются прошлое и настоящее. Монтаж шикарный. [ Нажмите, чтобы прочитать ] Самый яркий момент - это как раз герой Киллиана Мерфи до и после, разительная перемена.

Фильм скуп на диалоги,но пули свистят над головой, тикает метроном и музыка (Ханса Циммера) будто подстёгивает действие - полтора часа саспенса. Хронометраж достаточный, история ёмкая. "Дюнкерк" впечатляет и лучше его смотреть на большом экране и с хорошим звуком. Жаль, у нас нет IMAX. Даже те, кого не зацепила картина и по той или иной причине не понравился фильм, отмечают великолепную техническую составляющую. Мне же фильм показался захватывающим и интересным. Для эмпата и визуалиста здесь хватает пищи, чтоб сопереживать и наслаждаться красотой кадра. Мне малого бэкграунда достаточно, чтоб посочувствовать героям и включиться в историю. Мелкие детали позволяют оценить персонажей даже со скромно прописанными характерами.

[ Нажмите, чтобы прочитать ] Вот персонаж Тома Харди: есть момент, когда он понимает, что надо поворачивать, топливо заканчивается, но замечает последний мессер и решает остаться. Молча. Настоящий герой.

Вот герой Райленса на своём суденышке, который рванул к упавшему самолёту в надежде спасти пилота, потому что вот быть может так было с его сыном, а некому было помочь.

Вот герой Киллиана Мерфи, которого итак поломала гибель его отряда, а тут ещё и мальчишку случайно сгубил. И тут же реакция сына владельца баркаса.

Вот этот молодой солдат, кивающий соседу и хватающийся за носилки, чтоб попасть на отплывающий корабль - товарищи по несчастью, которые понимают друг друга без слов. И потом француз, который было хотел за борт прыгать после попадания снаряда, но полез открывать трюм. При всем страхе и отчаянном желании выжить, многим хватает человечности протянуть руку помощи. А кому не хватает, тем стыдно и горько. И всем потом с этим жить.

Здесь оставляют за кадром и не в фокусе смерть и наступающего врага, но воссоздают атмосферу войны как жуткого бедствия. У нас этот эпизод начала второй мировой не особо известен, да и странные возмущения слышатся насчёт "как можно снимать про отступление и поражение". Но Дюнкерк славен не тем, что союзники проиграли, а тем, что простые гражданские пришли на помощь и вывезли в короткий срок своих солдат. Проиграли тактики, люди выиграли. Война разрушает жизни, потому даже просто выжить это уже немало.

PS. Интервью хорошего актера Киллиана Мерфи. Оно спойлерное, но интересное. Меня всегда радует широкий кинокругозор у актеров.

Еще записи по тегу "tom hardy" Выживший, 2015

Драматический триллер про выживание крепкого мужика с железной (практически звериной) волей к жизни в суровой природе и враждебном окружении.…

Легенда, 2015

Как была у меня одна в двух лицах причина посмотреть этот фильм, так и осталась. И дело даже не в том, что мне изначально не особо была интересна…

Самый пьяный округ в мире, 2012

Наконец, я до него добралась. Уже пару раз волны хардимании прокатывались катком и, наверное, даж те, кто подсел, погоняв с Безумным Максом,…

Иду на рекорд

Мне,конечно, далеко до многих друзей-киноманов, но я никогда еще не ходила на фильм 5 раз, причем два из них в один день. Днем пошла с братом, потом…

Вдруг кто не видел) Безумный Макс: Дорога ярости, 2015

Сюжет умещается в одно предложение, но визуал и экшен все искупают с лихвой. Великолепные погони и бои, шикарно снятые. И нет, не всё вместилось в…

  • Добавить комментарий
  • 29 комментариев

Android Выбрать язык Текущая версия v.212.1

Источник:

arlienn.livejournal.com

Николаева М. (ред.) Дюнкерк. Дневник солдата

Авторы

За них сражалась Родина Андрей Десницкий о том, чем «Дюнкерк» отличается от отечественных фильмов про войну

«Дюнкерк» Кристофера Нолана — идеальное военное кино. Исторически совершенно достоверное, зрелищное, но без буйства излишних спецэффектов и чересчур кровавых подробностей, оно рассказывает об операции «Динамо» (конец мая — начало июня 1940 года). Зритель следит за тремя судьбами: британского пехотинца, британского летчика и экипажа прогулочной яхты, принявшей участие в этой операции.

Суть ее проста. После стремительного броска вермахта к Ла-Маншу на узкой полоске земли во Фландрии остался окруженным практически весь британский экспедиционный корпус вместе с некоторыми французскими и бельгийскими частями. Было понятно, что битва за Францию союзниками проиграна, но Британия сумела эвакуировать большинство своих солдат. Для этого пришлось призвать на помощь буквально все гражданские суда на юге Англии — военный флот своими силами не справлялся.

Выход фильма в России вызвал, конечно же, огонь критики не столько в адрес самого фильма (сделан он очень добротно, что ни говори), сколько в адрес треклятых англосаксов, которых теперь принято обвинять во всех смертных грехах.

Самый характерный отзыв — «они не сражались за Родину». Так, этот фильм сравнивают с романом Шолохова и культовым советским фильмом 1976 года «Они сражались за Родину». В нем рассказано о таком же трагическом эпизоде на Восточном фронте: июль 1942 года, немцы рвутся к Сталинграду, и остатки стрелкового полка отходят к своим, цепляясь за каждый рубеж обороны, нанося противнику урон при любой, самой малейшей возможности. А местные жители, соответственно, смотрят на усталых солдат как на своих спасителей — или осуждают их, видя отступающими без боя.

И вот на этом фоне — восхищаться драпанувшими британцами?! Да они с ума сошли, говорит наш зритель, точнее — раскрыли свою империалистическую, трусливую сущность! Бросили союзников-французов (в фильме, кстати, это показано отчетливо) и даже не попытались организовать оборону при наличии всех видов вооружения и боеприпасов.

Что ж, говорить о военной стратегии нам всем легко и приятно, но тут случай вполне очевидный: оборонять фламандские пляжи и курортные городки было бы со стороны британцев чистым безумием при отсутствии баз снабжения и нормальных коммуникаций. И после того, как британская армия была бы уничтожена на побережье почти полностью, перед Гитлером открылись бы широкие перспективы по захвату Британских островов. К тому же такие критики забывают, что в истории Второй мировой была только одна страна, или, точнее, группа стран, воевавших с нацистами с сентября 1939-го по май 1945-го, — это была Британская империя.

Алена Солнцева о том, зачем интеллектуалам смотреть программу Андрея Малахова

Но давайте поговорим не о военной истории, а о фильмах, еще точнее — о том, какие общественные настроения они нам раскрывают.

Основная идея «Дюнкерка» может быть сформулирована так: за них сражалась Родина. Или, как говорят в самом фильме: когда солдаты не могли попасть домой, дом сам пришел за ними.

Все эти летчики, дравшиеся над Дюнкерком до последней капли горючего, все военные и гражданские моряки, рисковавшие собственной жизнью, и, наконец, мирные обыватели, которые встречали свою разбитую, окруженную и бежавшую с поля боя армию теплыми одеялами, холодным пивом и словами искреннего ободрения: ребята, вы выжили, а это уже немало. Все это и был Дом.

Знаменитая «островная психология» британцев? Возможно. Но для меня это еще один очень важный урок. В советских книгах и фильмах о войне, в том числе в самых лучших, самых честных и самых добрых, Родина — та самая великая идея, за которую однажды предстоит отдать жизнь. В «Дюнкерке» Родина — дом для жизни. Да, его надо иногда защищать, в том числе и ценой собственной жизни. Но прежде всего в доме надо жить.

Можно сказать, что британцам просто повезло — их дома не пострадали так сильно от войны, как наши дома. Да, Британию бомбили, и бомбили тяжело, но она не знала ужасов Ленинградской блокады, Хатыни или Бабьего Яра. Это, безусловно, так. Но есть и еще одна вещь, которую надо помнить. Любой советский, а теперь уже и российский фильм о войне обязательно показывает, как война заставляет проявиться самому лучшему в человеке. Война, при всем ее ужасе, оказывается неким героическим ристалищем. На другой стороне — фашисты и единичные предатели, а в нашем окопе — очень разные, но совершенно прекрасные люди. И именно война открывает их нам такими.

Мне уже доводилось писать о самом лучшем, пожалуй, советском фильме о (не)возвращении с войны — «Белорусском вокзале». Его герои просто не могут вернуться в мирную жизнь с ее неоднозначностью, с ее полутонами и сложными решениями.

Они кидаются на любую жизненную проблему как на танк с гранатой: вот наши, вот немцы, — и постоянно ищут этой ясности и чистоты в мирном мире, в мире, купленном ценой их собственной крови.

А в современных фильмах о войне все больше зрелищных спецэффектов… и, пожалуй, все меньше самой мысли о жизни после войны — например, в «Звезде», где погибает группа разведчиков, успев передать донесение.

Юлия Меламед о тоске по преемственности

«Дюнкерк» показывает нравственную неоднозначность самой войны. Вот двое притворяются санитарами и тащат носилки с раненым, чтобы только попасть на отплывающий корабль, или прячутся от офицеров под мостом — они предатели или действуют разумно на фоне безумия? Вот группа солдат хочет пожертвовать одним из них, чтобы облегчить корабль и сняться с мели, — кого прогнать под немецкие пули? А может быть, это просто коллективный психоз? Или все бесполезно в любом случае? А вот подобранный в открытом море летчик в панике наносит смертельный удар мальчишке, спасшему его от гибели, — он военный преступник или человек, так и не вышедший из боя, действующий в состоянии аффекта? Наконец, все эти солдаты, которые рвутся по трапу на отплывающий корабль, — они дезертиры или герои? Их командиры, наблюдающие за погрузкой вместо того, чтобы планировать контратаку, — они бездари и трусы или гениальные стратеги?

Фильм не дает ответов на эти вопросы. По-видимому, на них вообще нет однозначных и ясных ответов. Но он заставляет прочувствовать кожей: война — это беспредельный ужас, который размывает границы добра и зла, который не только превращает неприметных людей в героев, но и героев порой заставляет стать невольными убийцами. И самый главный итог войны — пусть как можно больше наших ребят вернется домой. Героев или трусов, не так уж и важно — ведь все они наши.

Одна из самых страшных вещей, которую я видел в своей жизни, — тот военный психоз, который охватил множество людей вокруг меня три года назад.

Они рвались повоевать за правое дело в соседней стране (позднее нашлась еще одна, несоседняя), ведь жизнь дома казалась им скучной, бессмысленной, ненужной. Некоторые даже утверждали, что с этой войны начнется обновление и возрождение их собственного дома. Наивные… И я не могу отказаться от мысли, что эти люди слишком много смотрели прекрасных советских фильмов о войне, о героях, о гибели за Родину и о вечном невозвращении в скучный, постылый, мирный дом.

С другой стороны, уже ушли из нашего мира почти все ветераны, которые в моем детстве рассказывали о войне не как о красивом параде героев под знаменами, а как о запредельном ужасе. Помню рассказ одной женщины, в 41-м — санитарки, вчерашней школьницы. Немцы прорвали оборону, через час или два будут здесь. На площади города — несколько сот раненых, одна полуторка для эвакуации, шофер и эта санитарка. На полуторку влезет человек двадцать раненых, их еще надо погрузить.

И вот раненые тянут к ней руки, просят о помощи, а она должна выбрать, кто из нескольких сотен сможет выжить.

Старые фильмы не то чтобы врали новым добровольцам. Они просто забывали сказать зрителю самое главное, что напоминает «Дюнкерк»: иногда приходится умереть за свой дом, но существует он не для этого. Он, как и Родина, для жизни.

Источник:

www.gazeta.ru

Николаева М. (ред.) Дюнкерк. Дневник Солдата в городе Иваново

В этом интернет каталоге вы можете найти Николаева М. (ред.) Дюнкерк. Дневник Солдата по доступной цене, сравнить цены, а также изучить иные книги в группе товаров Книги. Ознакомиться с свойствами, ценами и рецензиями товара. Транспортировка может производится в любой город России, например: Иваново, Красноярск, Кемерово.