Книжный каталог

Евгений Константинов Товарищ Пришелец

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Бывший советский пограничник, а ныне журналист Павел Балашов получил предложение от некоего Белявского организовать рыболовную экспедицию в Хабаровский край. Павел с радостью согласился. Ведь в прошлом году он поймал в тех краях огромного тайменя. Правда, заказчик оказался с сюрпризом. Мало того что он был сотрудником КГБ, так еще, как выяснилось, интересовали его отнюдь не таймени. Однако отступать было поздно, и Павел, сам того не подозревая, вовлекается в головокружительные приключения, где перемешались инопланетяне, динозавры, андроиды и другие миры…

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Константинов Е., Загородний А. Товарищ пришелец Константинов Е., Загородний А. Товарищ пришелец 328 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Евгений Константинов Товарищ пришелец Евгений Константинов Товарищ пришелец 176 р. litres.ru В магазин >>
Е. Константинов, А. Загородний Товарищ пришелец Е. Константинов, А. Загородний Товарищ пришелец 296 р. ozon.ru В магазин >>
Константинов Е. Товарищ пришелец Константинов Е. Товарищ пришелец 323 р. bookvoed.ru В магазин >>
Константинов Е., Загородний А. Товарищ пришелец Константинов Е., Загородний А. Товарищ пришелец 269 р. book24.ru В магазин >>
Пришелец из Нарбонны Пришелец из Нарбонны 81 р. bookvoed.ru В магазин >>
Игра-головоломка Professor Puzzle Ltd Планета Пазл Пришелец 1581 Игра-головоломка Professor Puzzle Ltd Планета Пазл Пришелец 1581 656 р. bookvoed.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать бесплатно книгу Товарищ пришелец, Евгений Константинов

Товарищ пришелец

© Константинов Е., Загородний А., 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

Вселенная имеет две природы. Одна – физическая – то, как все устроено. Вторая – ментальная – то, как мы все воспринимаем.

Нельзя разогнать корабль до сверхсветовых скоростей, но это можно сделать с его физической оболочкой, оторванной от его же нефизической природы. А потом вести две ипостаси двумя совершенно разными путями: одна летит в физическом мире, другая, ментальная, пронизывает миры в нефизическом. Время… Время – явление ментальное. И там, где его нет, нет и ограничений на скорость. Освобожденная физическая сущность способна мчаться так, как целостные предметы не могут в принципе. Скорость – путь, деленный на время. Без времени нет и скорости, а есть только пройденное расстояние.

Корабль. Такие корабли конструировались с расчетом на большие экипажи. Для управления физическим движением задействовались как минимум два пульта: навигаторский и контроля тяги. Еще два члена команды были необходимы, чтобы вести воплощение недвижимое, пронизывающее ментальные границы миров. Для них пультов не строилось, путешественники вообще могли покачиваться в гамаках где-нибудь на даче. Но и здесь не предполагалось, что напряжения сил одного специалиста хватит – минимум двое. Ну и пятый член экипажа, пятый для подобных кораблей. Ему никогда не приходилось прилагать усилий по прохождению двух непараллельных путей. Его задачей была точность: контроль, совмещение физической и ментальной ипостасей. Само передвижение подобного корабля становилось возможно благодаря этому последнему члену экипажа. Он удерживал ипостаси вместе в каждый момент времени и в отсутствие времени; несмотря на то что маршруты прокладывались в совершенно разных измерениях.

С ментальным контролем все шло как надо. Каждый из пятерых чувствовал бы себя на этих местах комфортно. Потому и пришлось бежать, что именно ментальные – магические, если хотите называть так – составляющие реальности для них были главными. Во всем: и в обычной жизни, и в стремлениях создать совершенное общество. И, когда приверженцы технологической цивилизации стали брать верх, несогласным пришлось бежать в неизвестность. Надеясь организовать колонии – новые очаги культуры, в которых ментальное не окажется подчинено техническому.

Итак, с контролем ментальной составляющей – контролем времени – проблем не ожидалось. А вот за пультами физического корабля сидели отнюдь не специалисты. Они, конечно, справлялись с управлением, но ведь справляться тоже можно по-разному. Движение шло неровно. Маневры оказывались слишком резкими, и результаты их часто отклонялись от расчетных.

Навигатор, раньше только изредка водивший прогулочные яхты, никак не мог правильно учесть инерцию неповоротливого корабля. Двигателист же – и того хуже: дело свое познавал на простеньком симуляторе. Все время опаздывал и компенсировал ошибки реверсом, вызывая не только неожиданные рывки, но и постоянные отклонения от траектории.

Всем оставалось надеяться, что, несмотря на дичайшее самочувствие, она справится. Нужно было надеяться. Ведь если что-то случится, хотя бы только обморок на несколько секунд, корабль с обоими экипажами окажется размазанным по многим световым годам многих миров. Никто и глазом моргнуть не успеет, как разлетится на субквантовые частицы.

Пока все шло в рамках допустимого. Физическая составляющая вышла на околопланетную орбиту; ментальная тоже находилась поблизости, в прошлом, всего в полутора годах местного времени. Предстояла посадка, синхронизированная с временным переходом. А после высадки-воссоединения все участники окажутся не путешественниками-любителями, а колонистами, пусть и угнавшими набитый оборудованием корабль. Найти их – пятерых специалистов, прекрасно умеющих ставить ментальную защиту, – для преследователей будет практически невозможно.

Однако посадка прошла не так, как хотелось. И траекторию рассчитали со слишком большой погрешностью, и тяговые двигатели перед выключением отдали всплеск мощности. Вместо того чтобы мягко коснуться поверхности и замереть, тяжелая машина ударилась, взмыла вверх и только там, в воздухе, отключила тягу. Повторный удар расколол корабль на две неравные части, не говоря уже о множестве мелких осколков.

Координатор, истощенная и вымотанная, не справилась с необходимостью по отдельности совмещать каждый физический фрагмент с ментальным целым. Корабль воссоединился, не приняв первоначальную форму. Лежащие по отдельности части тянулись к своей ментальной копии, загребая, сминая локальные участки пространственно-временной ткани. Движение остановилось, но между осколками осталось напряжение, которое вот-вот могло разрядиться, а могло и никогда не дать о себе знать.

Страшно было всем, но координатору больше всех. Не только за себя, за друзей, но и за детей, которые должны родиться. И она продолжала удерживать единство корабля, даже не зная, спасительны эти усилия или бессмысленны. Не думая о том, что продолжать так долго не сможет.

Среди обломков путешественников было трое. В какую точку прибыли два ментальщика, они не знали. Ясно понимали, как опасно оставаться в эпицентре катастрофы. Уже на бегу, если тяжелое ковыляние можно назвать бегом, женщина прохрипела:

– Обломков много… Зафиксировала только самые крупные… Далеко не убежим.

Беглецы остановились. Даже один маленький незафиксированный фрагмент нарушает пространственно-временную структуру. Проскочив неощутимый барьер, можно оказаться в нескольких местах одновременно или в двух временных точках, что, впрочем, не лучше и не хуже.

Дальше двигались медленно, тщательно примериваясь к каждому шагу, боясь оказаться разрезанными границей нестабильности. Слева по ходу движения только темень, хоть глаз выколи, справа – посветлее. В поле зрения беглецов появилось животное, странное, с тремя горбами, светящееся фосфорным цветом. Хотелось верить, что это мираж, но понимали – все гораздо хуже и, скорее всего, перед ними срез пространства.

Животное вдруг судорожно задергало головой, упало и забилось в ритмичных конвульсиях.

– Похоже, там совсем другой воздух. Здешняя атмосфера для зверя яд… – кивнул один из мужчин.

– Хочется, чтобы ничего здесь не оказалось ядом и для нас, – отозвался другой.

Женщине было не до разговоров. Чувствовала она себя отвратительно, того и гляди схватки начнутся. Прямо здесь, посреди леса, среди обрывков разных миров. К тому же оставалась горечь: корабль-то не удержала. Хоть и двигался он совершенно непредсказуемо, но последнее слово все же оставалось за ней.

Присела на первую попавшуюся кочку, и ее вырвало. Звук исторгающего содержимое желудка был подхвачен и четырежды повторен, скорее всего птицей. Не хватало сил вникать – из этого мира прилетела птица или из параллельного. Да и кому сейчас нужно такое знание?

И тут действительность, все окружающее окончательно лопнуло. Без треска и пламени, скорее это походило на в одну секунду покрывающееся трещинами стекло. Отдельные несвязанные фрагменты становились все мельче, дробились и дробились. Шедший первым мужчина не успел отреагировать, линии прошли через его тело, краски побледнели, он стал почти прозрачным. Тут же часть фрагментов исчезла, как будто из сложного витража пропала половина цветных стекол. В открывшихся дырах проступила тайга, тоже постепенно покрывающаяся трещинами.

Движущийся, трескающийся кошмар пошел на убыль через несколько минут. Женщина сидела на траве, вокруг все та же тайга. Следы катастрофы виднелись повсюду. Многие деревья потеряли ветки, стволы были обглоданы. Валялись остатки чего-то совсем чуждого окружающему лесу. Легкие листья все еще падали. Действительность разбилась на осколки. На фрагменты, которые тут же перемешались и так, вперемешку, вновь обретали стабильность…

Нельзя сказать, что посетители текли на выставку сплошным потоком. Но у стенда «Знатный рыболов», где можно было приобрести новые и, что важнее, старые, ставшие дефицитом рыболовные журналы и книги, народ толпился постоянно. Павел отпустил девчонок-продавщиц немного передохнуть и крутился, как белка в колесе. Раздавал литературу и принимал деньги, когда вдруг ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Мужчина спортивного телосложения протиснулся к прилавку и как-то неестественно улыбнулся:

– Здравствуйте! Откуда у вас это? – Его палец с непропорционально длинным ногтем ткнулся в маленький замшевый кисет, болтавшийся на шнурке поверх футболки Павла.

– Там не табак, уважаемый. – Павел взвесил мешочек на ладони, давая понять, что в нем находится нечто довольно тяжелое, и сунул его за пазуху.

– У вас там обломок… осколок…

– Осколок метеорита, – досказал Павел и, видя вспыхнувший в глазах потенциального покупателя интерес, пояснил: – Талисман. Мне его в Хабаровском крае один человек подарил – на счастье.

Не удержавшись, достал кисет, развязал шнурок и вытряхнул на ладонь предмет иссиня-черного цвета, размером и формой схожий с миндальным орехом в скорлупе, но со сколотыми кое-где краями, с одной стороны – абсолютно гладкий и плоский. Незнакомец, словно зачарованный, коснулся его длинным ногтем и, поддев, перевернул плоской поверхностью вверх. Павел в очередной раз обратил внимание на знак в виде чуть наклоненной буквы «Н», словно специально выдавленный на гладкой поверхности. И еще он не мог не заметить, как ноготь незнакомца на мгновение словно засветился изнутри.

– Кто подарил? – спросил тот.

Павел слышал, что за метеорит могут предложить неплохую цену, но продавать подарок не собирался. Впрочем, денег ему пока и не предлагали. Среди кипы лежавших на стенде журналов он выбрал экземпляр со своей статьей о весенней рыболовной экспедиции в Хабаровский край и, найдя нужный разворот, показал любопытствующему:

– Вот эта женщина…

На фото, занимающем целую полосу, счастливый Павел полулежал на мокрой прибрежной гальке, приобняв здоровенную рыбину, а рядом присела на корточки улыбающаяся раскосая сибирячка с видеокамерой в руках.

– Где это? – спросил мужчина.

– Отличное место, – вспомнив, что должен торговать, а не метеоритом хвастаться, Павел засунул талисман в кисет. – Слияние реки Ярап и реки Кур. Неподалеку есть классная рыболовно-охотничья база – называется «Сибирский таймень». Приобретите журнальчик, там об этом все подробно написано…

– Паша, в редакцию какой-то мужик хочет прийти. Говорит, купил на выставке наш журнал, и в связи с этим разговор к тебе есть, – доложила секретарша Танечка, прикрывая ладонью телефонную трубку.

– Если хочет, пусть приходит. – Голова у заместителя главного редактора журнала «Знатный рыболов» не то чтобы совсем уж раскалывалась. Утренняя бутылочка пива, несомненно, помогла, но все-таки было тяжко. – Расскажи ему, как добраться.

Бурно и допоздна отмечать закрытие рыболовной выставки, проходившей на ВДНХ, стало традицией в кругу друзей Павла. Начинали в обед – маленькими разрозненными группками, постепенно объединялись в компанию человек пятнадцать и оседали у кого-нибудь на стенде, а после непосредственного закрытия выставки всей толпой заваливались в одну из гостиниц при выставке, где останавливались приехавшие в Москву друзья… Обычно на следующий день Павел долго восстанавливал в памяти – с кем успел познакомиться, кому и что наобещал, какие назначил встречи. Вспомнить же простого покупателя, каких за четыре дня у стенда останавливались сотни, было очень проблематично.

– А чего он конкретно хотел-то? – вяло поинтересовался он, когда Танечка закончила разговор по телефону.

– Просто сказал, что это важно.

Тем не менее после раздавшегося стука в дверь заместитель главного редактора сам поднялся встретить посетителя. Держа в левой руке свернутый в трубочку журнал, тот с улыбкой протянул правую для рукопожатия, и только увидев длинный ноготь, Павел узнал этого человека. Промелькнули мысли: «Неужели решил цену за метеорит предложить? Послать сразу или поторговаться ради интереса? А вдруг предложит хорошую цену?!» Но расставаться с талисманом в любом случае не хотелось.

– Я прочитал вашу статью. Есть желание побывать в тех самых местах, на той самой рыболовной базе. И я хочу поймать очень большую рыбу. Тайменя! – без обиняков приступил к делу посетитель.

– Вас, извините, как зовут?

– Белявский. Э-э… Николай Белявский.

– Павел Балашов, – Они вновь обменялись рукопожатием. – Чай? Кофе?

– На ваше усмотрение, – церемонно поклонился Белявский.

– Танечка, завари нам, пожалуйста, чайку, – попросил Павел секретаршу. – И найди там чего-нибудь вкусненького.

– Хорошо, Павел Алексеевич.

Он никогда не упускал случая похвалить рыболовные базы, где трудились его знакомые, а может, и подыскать для них состоятельных клиентов. И частенько это ему удавалось. Польза была всем: человек действительно получал удовольствие от поездки и от замечательной рыбалки; хозяевам базы текли в руки живые деньги; а Павел, во-первых, зарабатывал еще больший авторитет у своих знакомых, во-вторых, те же клиенты снабжали его эксклюзивными фотографиями, а иногда и статьями для журнала. И в-третьих, он становился на рекламируемых базах желанным гостем со всеми мыслимыми и немыслимыми льготами. Похоже, его новый знакомый мог оказаться очередным полезным клиентом…

– Лично мне понравилось на базе «Сибирский таймень» буквально все – начиная от природы и сервиса и, конечно же, заканчивая самой рыбалкой, – ничуть не покривил душой Павел. – Но вообще-то эта база, так сказать, для избранных.

– Да. Вы мне поможете?

– Попытаюсь. С удовольствием попытаюсь. Я познакомился там с хорошими людьми. Свяжусь с ними, все узнаю. Вы когда хотели бы отправиться?

– Как можно скорее.

– То есть даже сейчас, в октябре?

– Хм, я-то был там на майские праздники…

Танечка ненадолго прервала разговор, выставляя на стол перед мужчинами чашки с заваренным чаем, сахарницу, большое блюдце с печеньем и конфетами.

– Сейчас в Сибири вообще красотища! – Павел взял чашку и аккуратно отхлебнул горячий напиток. – А какая рыба! Хариус, ленок, таймень! Там такие гиганты водятся… Правда, с погодой может не повезти. Все-таки осень, возможны дожди, да и заморозки вдруг могут наступить. У вас как с экипировкой? Есть ли все необходимое?

– У меня нет подходящей экипировки для такой… экспедиции. Но я прошу вас помочь. Очень прошу.

– В плане? – Павел вновь отхлебнул чайку, и Белявский, сделав то же самое, пояснил:

– Я обязательно должен там побывать. Я оплачу все расходы за двоих, а вы найдете для меня все необходимое…

– То есть… обувь, одежду?

– Да. И все рыболовные снасти. Я выплачу вам премиальные.

– Хм, но это выльется в приличную сумму… Вертолет, кстати, арендовать придется.

– У меня есть любая сумма. – Так и не дотронувшись до сладкого, Белявский залпом допил чай и достал из внутреннего кармана костюма толстенный бумажник.

Если он говорил серьезно, то для Павла это был настоящий подарок. Вместе с главредом Левой Голевичем он летал в Хабаровский край в командировку. Ему так там понравилось, что, вернувшись, Павел дал себе слово накопить деньжат и обязательно вновь посетить базу «Сибирский таймень», желательно этой же осенью. Но с деньгами, как всегда, были проблемы, и вдруг такая халява!

– Если вы серьезно…

– Я могу лететь хоть завтра, – перебил Белявский.

– Хм, минутку. – Павел нашел в записной книжке номер телефона Олега – человека, который организовал поездку полгода тому назад. – Танечка, дозвонись, пожалуйста, по этому номеру в Хабаровск.

Оказывается, Олег буквально на днях вернулся с базы «Сибирский таймень». После короткого разговора выяснилось, что рыболовный сезон там уже заканчивался и на ближайшее время заявок на посещение базы не поступало. Поэтому клиентов там ждут с распростертыми объятиями.

Белявского это очень даже устраивало, даже несмотря на то, что оплата за переброс на вертолете по маршруту Хабаровск – «Сибирский таймень» – Хабаровск целиком ложилась на его плечи, а не, как обычно, делилась поровну между всеми участниками экспедиции.

Видя неприкрытое желание и настойчивость нового знакомого, Павел все больше воодушевлялся. В таможне Шереметьевского аэропорта работал его армейский друг, с которым Павел тут же связался по телефону и попросил сделать по блату два билета. Как говорится, не имей сто рублей, а имей сто друзей. Таможенник отзвонился, не успели Павел с Белявским допить чай, и сообщил, что все было в порядке – вылет предстоял уже через три дня, причем билеты забронировали в первый класс. Раз пошло такое дело, журналист решил тоже проявить инициативу и пригласил мецената к себе домой, чтобы прикинуть, какое снаряжение ему подойдет из имеющихся у Павла запасов. Тот без раздумий согласился. На метро не поехали, Белявский взял такси, и журналист, хорошо знавший Москву, подсказывая водителю самую короткую дорогу, никак не мог поверить, что все так быстро и удачно складывается.

Павлу шел четвертый десяток, Белявский выглядел его ровесником и по комплекции был разве чуть постройнее. Ему подошло все, что нашлось у Павла, – начиная от теплых вещей и забродных сапог и заканчивая накомарником, который, в принципе, в конце октября был без надобности. Заядлого рыбака немного смутило то, как неловко примерял новый знакомый сапоги. Слишком неловко, словно впервые в жизни имел дело с забродниками. И спиннинги с катушками, которые Павел предложил на выбор, Белявский тоже словно не знал с какого конца взять. Да и на многообразие рыболовных приманок, от которого у других спиннингистов загорелись бы глаза, он отреагировал слишком уж флегматично. Спросить же, ловил ли он вообще когда-нибудь рыбу спиннингом с безынерционной катушкой, хозяин снастей постеснялся.

Затем по простоте душевной Павел предложил гостю опрокинуть по стопочке за знакомство и за предстоящую поездку. Они пили на кухне, закусывая черным хлебом и килькой в томатном соусе и запивая жигулевским пивом. После третьей стопочки Павел предложил Белявскому посмотреть подборку фотоснимков, сделанных во время поездки на базу «Сибирский таймень» и не вошедших в журнал.

Снимков было много: аэродром в Хабаровске, красоты сибирской природы с высоты полета вертолета, база и ее окрестности и, конечно же, сам процесс рыбалки. Павел любил пересматривать именно эту фотоколлекцию, у Белявского же она не вызвала особых эмоций. Впрочем, лишь до того момента, пока он не начал перебирать серию снимков, отображающих борьбу Павла с крупным тайменем. На них, помимо рыболова, фигурировала и наблюдавшая за процессом девушка.

– Это ее фотография в журнале! – оживился Белявский.

– Конечно, ее, – улыбнулся своим воспоминаниям Павел. – Тамошняя повариха, Катюша. Рыбу готовит – пальчики оближешь! Я такую вкусноту нигде и никогда не едал.

– Обязательно. А что? Понравилась?

Белявский пожал плечами. И только после просмотра еще нескольких десятков снимков поинтересовался:

– Ты не знаешь, откуда у нее появился этот… осколок?

– Не знаю, не спрашивал…

Прощаясь с гостем, Павел нагрузил его объемистым рюкзаком с одеждой, сапогами, фонариком, ножом и другими причиндалами. Общий багаж следовало распределить поровну, чтобы не получилось – у одного перегруз, а у другого наоборот.

Катушки и коробки с блеснами взял на себя – дело было даже не в том, что они стоили довольно приличных денег, но в том, что это был большой дефицит, с трудом и долгими поисками приобретавшийся на Птичьем рынке. Некоторые же новейшие приманки ему привозил из-за границы знакомый рыболов-спортсмен, периодически бывавший там на соревнованиях.

Спиннинги новому знакомому Павел тоже не доверил – имелся личный опыт, как грамотно упаковывать эти дорогущие рыболовные снасти, чтобы при перелетах их не поломали и не украли в аэропорту. У Павла был специальный, сделанный знакомым умельцем тубус с довольно крепким герметичным корпусом: наступишь – не продавишь, выпадет из лодки в воду – не утонет. В него он вкладывал спиннинги, а свободное пространство забивал футболками, носками и сверху – запасными трусами, чтобы потенциальные воры, наткнувшись на мужское белье, побрезговали докапываться до главного. К тому же хорошенько обматывал крышку тубуса изолентой – такие вот меры предосторожности.

Продуктов брать с собой не требовалось, всего в избытке хватало на рыболовной базе, а спиртное и пиво проще было закупить в Хабаровске.

Пока все вроде бы складывалось удачно. Немного продолжало беспокоить, что Белявский, похоже, как рыболов был полным нулем. Но это дело было поправимым, Павел без проблем мог на месте научить его ловить на спиннинг – по большому счету, не особо хитрому занятию. О каком беспокойстве могла идти речь, если в ближайшие дни его ожидало путешествие в полюбившиеся места, а там – все двадцать четыре удовольствия. Самым важным из которых была даже не возможность поймать огромную рыбину, а все-таки новая встреча с Катюшей. С такой обаятельной, необычной, даже загадочной девушкой…

При использовании книги "Товарищ пришелец" автора Евгений Константинов активная ссылка вида: читать книгу Товарищ пришелец обязательна.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Источник:

bookz.ru

Книга Товарищ пришелец - читать онлайн бесплатно, автор Евгений Михайлович Константинов, ЛитПортал

Евгений Константинов Товарищ пришелец
  • КНИЖНЫЕ ПОЛКИ
    • АНЕКДОТЫ
    • ДЕЛОВЫЕ КНИГИ
    • ДЕТЕКТИВЫ
    • ДЛЯ ДЕТЕЙ
    • ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ
    • ДОМ И СЕМЬЯ
    • ДРАМАТУРГИЯ
    • ИСТОРИЯ
    • КЛАССИКА
    • КОМПЬЮТЕРЫ
    • ЛЮБОВНЫЙ
    • МЕДИЦИНА
    • ОБРАЗОВАНИЕ
    • ПОЛИТИКА
    • ПОЭЗИЯ
    • ПРИКЛЮЧЕНИЯ
    • ПРОЗА
    • ПСИХОЛОГИЯ
    • РЕЛИГИЯ
    • СПРАВОЧНИКИ
    • ФАНТАСТИКА
    • ФИЛОСОФИЯ
    • ЭНЦИКЛОПЕДИИ
    • ЮМОР
    • ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
    • ЯЗЫКОЗНАНИЕ
    • СЕРИИ И САГИ
    • ВСЕ АВТОРЫ
  • СЕГОДНЯ НА ПОРТАЛЕ
    • НОВОСТИ
    • СОННИК
    • ФОРУМЫ И

      Евгений Константинов, Андрей Загородний

      © Константинов Е., Загородний А., 2017

      © Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

      Вселенная имеет две природы. Одна – физическая – то, как все устроено. Вторая – ментальная – то, как мы все воспринимаем.

      Нельзя разогнать корабль до сверхсветовых скоростей, но это можно сделать с его физической оболочкой, оторванной от его же нефизической природы. А потом вести две ипостаси двумя совершенно разными путями: одна летит в физическом мире, другая, ментальная, пронизывает миры в нефизическом. Время… Время – явление ментальное. И там, где его нет, нет и ограничений на скорость. Освобожденная физическая сущность способна мчаться так, как целостные предметы не могут в принципе. Скорость – путь, деленный на время. Без времени нет и скорости, а есть только пройденное расстояние.

      Корабль. Такие корабли конструировались с расчетом на большие экипажи. Для управления физическим движением задействовались как минимум два пульта: навигаторский и контроля тяги. Еще два члена команды были необходимы, чтобы вести воплощение недвижимое, пронизывающее ментальные границы миров. Для них пультов не строилось, путешественники вообще могли покачиваться в гамаках где-нибудь на даче. Но и здесь не предполагалось, что напряжения сил одного специалиста хватит – минимум двое. Ну и пятый член экипажа, пятый для подобных кораблей. Ему никогда не приходилось прилагать усилий по прохождению двух непараллельных путей. Его задачей была точность: контроль, совмещение физической и ментальной ипостасей. Само передвижение подобного корабля становилось возможно благодаря этому последнему члену экипажа. Он удерживал ипостаси вместе в каждый момент времени и в отсутствие времени; несмотря на то что маршруты прокладывались в совершенно разных измерениях.

      С ментальным контролем все шло как надо. Каждый из пятерых чувствовал бы себя на этих местах комфортно. Потому и пришлось бежать, что именно ментальные – магические, если хотите называть так – составляющие реальности для них были главными. Во всем: и в обычной жизни, и в стремлениях создать совершенное общество. И, когда приверженцы технологической цивилизации стали брать верх, несогласным пришлось бежать в неизвестность. Надеясь организовать колонии – новые очаги культуры, в которых ментальное не окажется подчинено техническому.

      Итак, с контролем ментальной составляющей – контролем времени – проблем не ожидалось. А вот за пультами физического корабля сидели отнюдь не специалисты. Они, конечно, справлялись с управлением, но ведь справляться тоже можно по-разному. Движение шло неровно. Маневры оказывались слишком резкими, и результаты их часто отклонялись от расчетных.

      Навигатор, раньше только изредка водивший прогулочные яхты, никак не мог правильно учесть инерцию неповоротливого корабля. Двигателист же – и того хуже: дело свое познавал на простеньком симуляторе. Все время опаздывал и компенсировал ошибки реверсом, вызывая не только неожиданные рывки, но и постоянные отклонения от траектории. У координатора, женщины, совмещавшей позиции, имелись проблемы совсем иного характера. В другое время она прекрасно бы справилась с любыми рывками и подергиваниями – все-таки набитый измерительными приборами корабль был тихоходным увальнем. Но не сейчас, в конце срока беременности, после сильнейшего токсикоза, вызванного разнояйцовой двойней…

      Всем оставалось надеяться, что, несмотря на дичайшее самочувствие, она справится. Нужно было надеяться. Ведь если что-то случится, хотя бы только обморок на несколько секунд, корабль с обоими экипажами окажется размазанным по многим световым годам многих миров. Никто и глазом моргнуть не успеет, как разлетится на субквантовые частицы.

      Пока все шло в рамках допустимого. Физическая составляющая вышла на околопланетную орбиту; ментальная тоже находилась поблизости, в прошлом, всего в полутора годах местного времени. Предстояла посадка, синхронизированная с временным переходом. А после высадки-воссоединения все участники окажутся не путешественниками-любителями, а колонистами, пусть и угнавшими набитый оборудованием корабль. Найти их – пятерых специалистов, прекрасно умеющих ставить ментальную защиту, – для преследователей будет практически невозможно.

      Однако посадка прошла не так, как хотелось. И траекторию рассчитали со слишком большой погрешностью, и тяговые двигатели перед выключением отдали всплеск мощности. Вместо того чтобы мягко коснуться поверхности и замереть, тяжелая машина ударилась, взмыла вверх и только там, в воздухе, отключила тягу. Повторный удар расколол корабль на две неравные части, не говоря уже о множестве мелких осколков.

      Координатор, истощенная и вымотанная, не справилась с необходимостью по отдельности совмещать каждый физический фрагмент с ментальным целым. Корабль воссоединился, не приняв первоначальную форму. Лежащие по отдельности части тянулись к своей ментальной копии, загребая, сминая локальные участки пространственно-временной ткани. Движение остановилось, но между осколками осталось напряжение, которое вот-вот могло разрядиться, а могло и никогда не дать о себе знать.

      Страшно было всем, но координатору больше всех. Не только за себя, за друзей, но и за детей, которые должны родиться. И она продолжала удерживать единство корабля, даже не зная, спасительны эти усилия или бессмысленны. Не думая о том, что продолжать так долго не сможет.

      Среди обломков путешественников было трое. В какую точку прибыли два ментальщика, они не знали. Ясно понимали, как опасно оставаться в эпицентре катастрофы. Уже на бегу, если тяжелое ковыляние можно назвать бегом, женщина прохрипела:

      – Обломков много… Зафиксировала только самые крупные… Далеко не убежим.

      Беглецы остановились. Даже один маленький незафиксированный фрагмент нарушает пространственно-временную структуру. Проскочив неощутимый барьер, можно оказаться в нескольких местах одновременно или в двух временных точках, что, впрочем, не лучше и не хуже.

      Дальше двигались медленно, тщательно примериваясь к каждому шагу, боясь оказаться разрезанными границей нестабильности. Слева по ходу движения только темень, хоть глаз выколи, справа – посветлее. В поле зрения беглецов появилось животное, странное, с тремя горбами, светящееся фосфорным цветом. Хотелось верить, что это мираж, но понимали – все гораздо хуже и, скорее всего, перед ними срез пространства.

      Животное вдруг судорожно задергало головой, упало и забилось в ритмичных конвульсиях.

      – Похоже, там совсем другой воздух. Здешняя атмосфера для зверя яд… – кивнул один из мужчин.

      – Хочется, чтобы ничего здесь не оказалось ядом и для нас, – отозвался другой.

      Женщине было не до разговоров. Чувствовала она себя отвратительно, того и гляди схватки начнутся. Прямо здесь, посреди леса, среди обрывков разных миров. К тому же оставалась горечь: корабль-то не удержала. Хоть и двигался он совершенно непредсказуемо, но последнее слово все же оставалось за ней.

      Присела на первую попавшуюся кочку, и ее вырвало. Звук исторгающего содержимое желудка был подхвачен и четырежды повторен, скорее всего птицей. Не хватало сил вникать – из этого мира прилетела птица или из параллельного. Да и кому сейчас нужно такое знание?

      И тут действительность, все окружающее окончательно лопнуло. Без треска и пламени, скорее это походило на в одну секунду покрывающееся трещинами стекло. Отдельные несвязанные фрагменты становились все мельче, дробились и дробились. Шедший первым мужчина не успел отреагировать, линии прошли через его тело, краски побледнели, он стал почти прозрачным. Тут же часть фрагментов исчезла, как будто из сложного витража пропала половина цветных стекол. В открывшихся дырах проступила тайга, тоже постепенно покрывающаяся трещинами.

      Движущийся, трескающийся кошмар пошел на убыль через несколько минут. Женщина сидела на траве, вокруг все та же тайга. Следы катастрофы виднелись повсюду. Многие деревья потеряли ветки, стволы были обглоданы. Валялись остатки чего-то совсем чуждого окружающему лесу. Легкие листья все еще падали. Действительность разбилась на осколки. На фрагменты, которые тут же перемешались и так, вперемешку, вновь обретали стабильность…

      Нельзя сказать, что посетители текли на выставку сплошным потоком. Но у стенда «Знатный рыболов», где можно было приобрести новые и, что важнее, старые, ставшие дефицитом рыболовные журналы и книги, народ толпился постоянно. Павел отпустил девчонок-продавщиц немного передохнуть и крутился, как белка в колесе. Раздавал литературу и принимал деньги, когда вдруг ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Мужчина спортивного телосложения протиснулся к прилавку и как-то неестественно улыбнулся:

      – Здравствуйте! Откуда у вас это? – Его палец с непропорционально длинным ногтем ткнулся в маленький замшевый кисет, болтавшийся на шнурке поверх футболки Павла.

      – Там не табак, уважаемый. – Павел взвесил мешочек на ладони, давая понять, что в нем находится нечто довольно тяжелое, и сунул его за пазуху.

      – У вас там обломок… осколок…

      – Осколок метеорита, – досказал Павел и, видя вспыхнувший в глазах потенциального покупателя интерес, пояснил: – Талисман. Мне его в Хабаровском крае один человек подарил – на счастье.

      Не удержавшись, достал кисет, развязал шнурок и вытряхнул на ладонь предмет иссиня-черного цвета, размером и формой схожий с миндальным орехом в скорлупе, но со сколотыми кое-где краями, с одной стороны – абсолютно гладкий и плоский. Незнакомец, словно зачарованный, коснулся его длинным ногтем и, поддев, перевернул плоской поверхностью вверх. Павел в очередной раз обратил внимание на знак в виде чуть наклоненной буквы «Н», словно специально выдавленный на гладкой поверхности. И еще он не мог не заметить, как ноготь незнакомца на мгновение словно засветился изнутри.

      – Кто подарил? – спросил тот.

      Павел слышал, что за метеорит могут предложить неплохую цену, но продавать подарок не собирался. Впрочем, денег ему пока и не предлагали. Среди кипы лежавших на стенде журналов он выбрал экземпляр со своей статьей о весенней рыболовной экспедиции в Хабаровский край и, найдя нужный разворот, показал любопытствующему:

      – Вот эта женщина…

      На фото, занимающем целую полосу, счастливый Павел полулежал на мокрой прибрежной гальке, приобняв здоровенную рыбину, а рядом присела на корточки улыбающаяся раскосая сибирячка с видеокамерой в руках.

      – Где это? – спросил мужчина.

      – Отличное место, – вспомнив, что должен торговать, а не метеоритом хвастаться, Павел засунул талисман в кисет. – Слияние реки Ярап и реки Кур. Неподалеку есть классная рыболовно-охотничья база – называется «Сибирский таймень». Приобретите журнальчик, там об этом все подробно написано…

      – Паша, в редакцию какой-то мужик хочет прийти. Говорит, купил на выставке наш журнал, и в связи с этим разговор к тебе есть, – доложила секретарша Танечка, прикрывая ладонью телефонную трубку.

      – Если хочет, пусть приходит. – Голова у заместителя главного редактора журнала «Знатный рыболов» не то чтобы совсем уж раскалывалась. Утренняя бутылочка пива, несомненно, помогла, но все-таки было тяжко. – Расскажи ему, как добраться.

      Бурно и допоздна отмечать закрытие рыболовной выставки, проходившей на ВДНХ, стало традицией в кругу друзей Павла. Начинали в обед – маленькими разрозненными группками, постепенно объединялись в компанию человек пятнадцать и оседали у кого-нибудь на стенде, а после непосредственного закрытия выставки всей толпой заваливались в одну из гостиниц при выставке, где останавливались приехавшие в Москву друзья… Обычно на следующий день Павел долго восстанавливал в памяти – с кем успел познакомиться, кому и что наобещал, какие назначил встречи. Вспомнить же простого покупателя, каких за четыре дня у стенда останавливались сотни, было очень проблематично.

      – А чего он конкретно хотел-то? – вяло поинтересовался он, когда Танечка закончила разговор по телефону.

      – Просто сказал, что это важно.

      Тем не менее после раздавшегося стука в дверь заместитель главного редактора сам поднялся встретить посетителя. Держа в левой руке свернутый в трубочку журнал, тот с улыбкой протянул правую для рукопожатия, и только увидев длинный ноготь, Павел узнал этого человека. Промелькнули мысли: «Неужели решил цену за метеорит предложить? Послать сразу или поторговаться ради интереса? А вдруг предложит хорошую цену?!» Но расставаться с талисманом в любом случае не хотелось.

      – Я прочитал вашу статью. Есть желание побывать в тех самых местах, на той самой рыболовной базе. И я хочу поймать очень большую рыбу. Тайменя! – без обиняков приступил к делу посетитель.

      – Вас, извините, как зовут?

      – Белявский. Э-э… Николай Белявский.

      – Павел Балашов, – Они вновь обменялись рукопожатием. – Чай? Кофе?

      – На ваше усмотрение, – церемонно поклонился Белявский.

      – Танечка, завари нам, пожалуйста, чайку, – попросил Павел секретаршу. – И найди там чего-нибудь вкусненького.

      – Хорошо, Павел Алексеевич.

      Он никогда не упускал случая похвалить рыболовные базы, где трудились его знакомые, а может, и подыскать для них состоятельных клиентов. И частенько это ему удавалось. Польза была всем: человек действительно получал удовольствие от поездки и от замечательной рыбалки; хозяевам базы текли в руки живые деньги; а Павел, во-первых, зарабатывал еще больший авторитет у своих знакомых, во-вторых, те же клиенты снабжали его эксклюзивными фотографиями, а иногда и статьями для журнала. И в-третьих, он становился на рекламируемых базах желанным гостем со всеми мыслимыми и немыслимыми льготами. Похоже, его новый знакомый мог оказаться очередным полезным клиентом…

      – Лично мне понравилось на базе «Сибирский таймень» буквально все – начиная от природы и сервиса и, конечно же, заканчивая самой рыбалкой, – ничуть не покривил душой Павел. – Но вообще-то эта база, так сказать, для избранных.

      – Да. Вы мне поможете?

      – Попытаюсь. С удовольствием попытаюсь. Я познакомился там с хорошими людьми. Свяжусь с ними, все узнаю. Вы когда хотели бы отправиться?

      – Как можно скорее.

      – То есть даже сейчас, в октябре?

      – Хм, я-то был там на майские праздники…

      Танечка ненадолго прервала разговор, выставляя на стол перед мужчинами чашки с заваренным чаем, сахарницу, большое блюдце с печеньем и конфетами.

      – Сейчас в Сибири вообще красотища! – Павел взял чашку и аккуратно отхлебнул горячий напиток. – А какая рыба! Хариус, ленок, таймень! Там такие гиганты водятся… Правда, с погодой может не повезти. Все-таки осень, возможны дожди, да и заморозки вдруг могут наступить. У вас как с экипировкой? Есть ли все необходимое?

      – У меня нет подходящей экипировки для такой… экспедиции. Но я прошу вас помочь. Очень прошу.

      – В плане? – Павел вновь отхлебнул чайку, и Белявский, сделав то же самое, пояснил:

      – Я обязательно должен там побывать. Я оплачу все расходы за двоих, а вы найдете для меня все необходимое…

      – То есть… обувь, одежду?

      – Да. И все рыболовные снасти. Я выплачу вам премиальные.

      – Хм, но это выльется в приличную сумму… Вертолет, кстати, арендовать придется.

      – У меня есть любая сумма. – Так и не дотронувшись до сладкого, Белявский залпом допил чай и достал из внутреннего кармана костюма толстенный бумажник.

      Если он говорил серьезно, то для Павла это был настоящий подарок. Вместе с главредом Левой Голевичем он летал в Хабаровский край в командировку. Ему так там понравилось, что, вернувшись, Павел дал себе слово накопить деньжат и обязательно вновь посетить базу «Сибирский таймень», желательно этой же осенью. Но с деньгами, как всегда, были проблемы, и вдруг такая халява!

      – Если вы серьезно…

      – Я могу лететь хоть завтра, – перебил Белявский.

      – Хм, минутку. – Павел нашел в записной книжке номер телефона Олега – человека, который организовал поездку полгода тому назад. – Танечка, дозвонись, пожалуйста, по этому номеру в Хабаровск.

      Оказывается, Олег буквально на днях вернулся с базы «Сибирский таймень». После короткого разговора выяснилось, что рыболовный сезон там уже заканчивался и на ближайшее время заявок на посещение базы не поступало. Поэтому клиентов там ждут с распростертыми объятиями.

      Белявского это очень даже устраивало, даже несмотря на то, что оплата за переброс на вертолете по маршруту Хабаровск – «Сибирский таймень» – Хабаровск целиком ложилась на его плечи, а не, как обычно, делилась поровну между всеми участниками экспедиции.

      Видя неприкрытое желание и настойчивость нового знакомого, Павел все больше воодушевлялся. В таможне Шереметьевского аэропорта работал его армейский друг, с которым Павел тут же связался по телефону и попросил сделать по блату два билета. Как говорится, не имей сто рублей, а имей сто друзей. Таможенник отзвонился, не успели Павел с Белявским допить чай, и сообщил, что все было в порядке – вылет предстоял уже через три дня, причем билеты забронировали в первый класс. Раз пошло такое дело, журналист решил тоже проявить инициативу и пригласил мецената к себе домой, чтобы прикинуть, какое снаряжение ему подойдет из имеющихся у Павла запасов. Тот без раздумий согласился. На метро не поехали, Белявский взял такси, и журналист, хорошо знавший Москву, подсказывая водителю самую короткую дорогу, никак не мог поверить, что все так быстро и удачно складывается.

      Павлу шел четвертый десяток, Белявский выглядел его ровесником и по комплекции был разве чуть постройнее. Ему подошло все, что нашлось у Павла, – начиная от теплых вещей и забродных сапог и заканчивая накомарником, который, в принципе, в конце октября был без надобности. Заядлого рыбака немного смутило то, как неловко примерял новый знакомый сапоги. Слишком неловко, словно впервые в жизни имел дело с забродниками. И спиннинги с катушками, которые Павел предложил на выбор, Белявский тоже словно не знал с какого конца взять. Да и на многообразие рыболовных приманок, от которого у других спиннингистов загорелись бы глаза, он отреагировал слишком уж флегматично. Спросить же, ловил ли он вообще когда-нибудь рыбу спиннингом с безынерционной катушкой, хозяин снастей постеснялся.

      Затем по простоте душевной Павел предложил гостю опрокинуть по стопочке за знакомство и за предстоящую поездку. Они пили на кухне, закусывая черным хлебом и килькой в томатном соусе и запивая жигулевским пивом. После третьей стопочки Павел предложил Белявскому посмотреть подборку фотоснимков, сделанных во время поездки на базу «Сибирский таймень» и не вошедших в журнал.

      Снимков было много: аэродром в Хабаровске, красоты сибирской природы с высоты полета вертолета, база и ее окрестности и, конечно же, сам процесс рыбалки. Павел любил пересматривать именно эту фотоколлекцию, у Белявского же она не вызвала особых эмоций. Впрочем, лишь до того момента, пока он не начал перебирать серию снимков, отображающих борьбу Павла с крупным тайменем. На них, помимо рыболова, фигурировала и наблюдавшая за процессом девушка.

      – Это ее фотография в журнале! – оживился Белявский.

      – Конечно, ее, – улыбнулся своим воспоминаниям Павел. – Тамошняя повариха, Катюша. Рыбу готовит – пальчики оближешь! Я такую вкусноту нигде и никогда не едал.

      – Обязательно. А что? Понравилась?

      Белявский пожал плечами. И только после просмотра еще нескольких десятков снимков поинтересовался:

      – Ты не знаешь, откуда у нее появился этот… осколок?

      – Не знаю, не спрашивал…

      Прощаясь с гостем, Павел нагрузил его объемистым рюкзаком с одеждой, сапогами, фонариком, ножом и другими причиндалами. Общий багаж следовало распределить поровну, чтобы не получилось – у одного перегруз, а у другого наоборот.

      Катушки и коробки с блеснами взял на себя – дело было даже не в том, что они стоили довольно приличных денег, но в том, что это был большой дефицит, с трудом и долгими поисками приобретавшийся на Птичьем рынке. Некоторые же новейшие приманки ему привозил из-за границы знакомый рыболов-спортсмен, периодически бывавший там на соревнованиях.

      Спиннинги новому знакомому Павел тоже не доверил – имелся личный опыт, как грамотно упаковывать эти дорогущие рыболовные снасти, чтобы при перелетах их не поломали и не украли в аэропорту. У Павла был специальный, сделанный знакомым умельцем тубус с довольно крепким герметичным корпусом: наступишь – не продавишь, выпадет из лодки в воду – не утонет. В него он вкладывал спиннинги, а свободное пространство забивал футболками, носками и сверху – запасными трусами, чтобы потенциальные воры, наткнувшись на мужское белье, побрезговали докапываться до главного. К тому же хорошенько обматывал крышку тубуса изолентой – такие вот меры предосторожности.

      Продуктов брать с собой не требовалось, всего в избытке хватало на рыболовной базе, а спиртное и пиво проще было закупить в Хабаровске.

      Пока все вроде бы складывалось удачно. Немного продолжало беспокоить, что Белявский, похоже, как рыболов был полным нулем. Но это дело было поправимым, Павел без проблем мог на месте научить его ловить на спиннинг – по большому счету, не особо хитрому занятию. О каком беспокойстве могла идти речь, если в ближайшие дни его ожидало путешествие в полюбившиеся места, а там – все двадцать четыре удовольствия. Самым важным из которых была даже не возможность поймать огромную рыбину, а все-таки новая встреча с Катюшей. С такой обаятельной, необычной, даже загадочной девушкой…

      Во время весенней экспедиции он не сразу разглядел ее там, на рыболовной базе «Сибирский таймень». Суетливая выгрузка из вертолета, не менее суетливое размещение вместе с Лёвой – главным редактором журнала и лучшим другом Павла – в домике для двоих, затем легкий перекус, спиннинги в зубы и бегом на речку. Уж больно заманчиво выглядела река, пока они летели на вертолете. Казалось, стоит забросить блесну в воду, и на нее со всех сторон бросятся оголодавшие ленки и таймени. Выяснилось, что в ближайших окрестностях базы река Ярап слишком мелкая – в коротких сапогах перейти, и рыба, предпочитавшая держаться в более глубоких местах, отсутствовала. Уходить далеко на ее поиски Лёва с Павлом не решились, тем более начало смеркаться, и рыбаки вернулись на базу в предвкушении завтрашней полноценной рыбалки. Привели себя в порядок, немного выпили водочки и пожаловали в столовую на ужин, где их поджидали шикарный стол и еще два рыбака-туриста, с которыми журналисты познакомились в вертолете, но нормально пока еще не общались.

      За шумной, веселой трапезой гости не обращали внимания на повариху. Павла и остальных больше заинтересовал рассказ старого егеря Ивана про местную неуловимую рыбину по прозвищу Таймеша. Рассказ походил даже не на байку, а на страшилку. По словам старика, выходило, что периодически этот неуловимый Таймеша забирает в свои подводные владения самых азартных рыболовов. Как это происходит, никто не ведает, просто спиннингисты, в одиночку отправлявшиеся специально ловить тайменя, исчезали. Иногда на берегу находили их снасти, вещи, но от самих людей не оставалось даже косточек.

      А началось все, по словам егеря Ивана, после загадочного мощного взрыва в этих местах, случившегося чуть ли не двадцать лет тому назад. То ли метеорит упал, то ли что-то еще произошло. В связи с этим Иван назидательно советовал гостям рыбачить не меньше чем по двое. Чтобы не случилось новой беды…

      И только когда изрядно подвыпившие рыбаки стали расходиться на ночлег, Павел, заглянувший на кухню поблагодарить хозяев за вкусный ужин, увидел, какой красоты повариха их угощала! Никаких сил на флирт у него не осталось, но имя красавицы сибирячки вертелось в голове чуть не половину ночи – Катюша.

      Утром, еще затемно, выехали на рыбалку. Ехали на тарантайке – маленькой, самодельной повозке с вездеходным приводом, поставленной на перехлестнутые цепями огромные надувные камеры. Агрегат без больших проблем тащился по нагромождению валунов – прошлогоднему руслу Ярапа. Доехали до другой, более многоводной реки Кур, где на высоком берегу стояла крепкая избушка – охотничье зимовье. Как раз рассвело, и спиннингисты, не теряя времени, поспешили заняться любимым делом.

      Сначала рыбалка не заладилась, хотя и время для клева было самое подходящее, и места – залюбуешься, и снасти – самый наивысший класс, а уж про приманки и говорить нечего! Но, несмотря на все мастерство Лёвы и Павла, рыба не клевала. До тех пор, пока главный редактор не «просек фишку». Требовалось всего-то после заброса дать приманке на несколько мгновений зависнуть в толще воды и даже чуть-чуть сплавиться по течению, создавая имитацию обессиленной рыбешки, как на нее с жадностью набрасывался ленок – красивый и сильный подводный хищник, бурно сопротивлявшийся на крючке в течение всего процесса вываживания. Павла, как любителя разнообразных трофеев, радовало еще и то, что ленки были двух видов – тупорылые и острорылые. Он вел рыбацкий дневник, в котором отражал все свои достижения, и теперь в записях должны были появиться свежие интересные странички.

      Рыбы стали попадаться одна за другой. Журналисты взяли себе по пять ленков, остальных сразу после поимки и аккуратного извлечения крючка из пасти отпускали в родную стихию. Уставшие, но донельзя довольные, они вернулись в избушку, где их встретила Катюша. Она уже успела и прийти на берег Кура, и приготовить на печке вкуснейшую уху. Коллеги-туристы, кстати, не поймали ни одной рыбки и выглядели мрачновато. Удачливые рыбаки поделились с ними секретами ловли, выделили по паре уловистых блесен и даже набросали на бумаге карту реки, отметив перспективные места.

      После обеда и короткого передыха Лёва и Павел взяли мощные спиннинги с более крепкой леской и крупными приманками, чтобы поохотиться на короля сибирских рек – тайменя.

      – Смотрите, Таймешу не подцепите! – напутствовала их повариха. – Если почувствуете, что-то огромное, лучше сразу леску обрезайте.

      – Катюша, мы не затем сюда прилетели, чтобы леску обрезать, – с улыбкой возразил Павел.

      – А разве вас рассказ деда Ивана не впечатлил?

      – Да не верю я во все эти сказочки. Лучше удачи нам пожелай.

      – Напрасно вы, Павел, не верите, – серьезно возразила Катюша…

      …Лёва дошел до поворота реки и задержался на очень симпатичном месте – судя по замедленному течению и темноте воды, здесь был глубокий омут, а значит, теоретически могла держаться и крупная рыба. Такие места Лёва всегда облавливал основательно, дотошно меняя одну приманку на другую. Павел не стал ему мешать и поспешил дальше. Он всегда старался пройти и обловить как можно больше мест, тем более на незнакомой реке.

      В душе он ликовал! Такая природа, такая река, рыбалка и тишина вокруг – что может быть лучше! Но вскоре оказалось, что могло быть и еще кое-что. Павел остановился на очередном повороте у вынесенной рекой на галечный берег толстенной сосны, забросил воблер[1] 1

      В о б л е р – тип спиннинговой приманки в виде имитации объемной рыбки.

      [Закрыть] и тут же почувствовал на противоположном конце снасти повисшую тяжесть. Поклевка!

      Павел сразу понял, что на крючок попался не ленок, а кто-то гораздо более крупный. Согнулся спиннинг, на катушке затрещал фрикционный тормоз, сдавая метр за метром натянутую струной леску. Рыбина тянула вверх по течению, и Павлу, словно на поводу, пришлось идти за ней – дело вообще-то знакомое.

      Обойдя дерево, он вышел на длинный песчаный плес, за которым увидел впадающую в Кур другую речку – тот самый мелководный Ярап. А еще он увидел выскочившую из леса девушку. Не глядя по сторонам, она подбежала к самой воде, скинула сапоги и начала торопливо снимать одежду. Павел не поверил своим глазам: в этой глухомани в начале мая девушка собирается купаться?! Но, похоже, именно это она и собиралась сделать. Оставшись абсолютно голой, она, ни секунды не раздумывая, вошла в воду. И в это время под ногой рыбака громко хрустнул сучок.

      Девушка оглянулась на хруст, и только тогда Павел узнал в ней повариху. Катюша испуганно метнулась обратно на берег за одеждой. А Павел едва не выпустил из рук спиннинг – так сильно рванулась подсеченная рыбина. Она не просто рванула, а, мгновенно разогнавшись, выскочила из воды на половину своего огромного тела и затрясла головой в попытке избавиться от засевших в пасти тройников.

      Павел справился с рыбьей уловкой – ему неоднократно доводилось лавливать и щук, и судаков, и даже сомов. Бороться с крупной рыбой он умел и любил. Но этот таймень оказался очень уж силен. Катюша оделась, подошла к нему, ничего не говоря, и стала молча наблюдать за борьбой человека и рыбы. Появившийся из-за поворота Лёва отбросил свой спиннинг, достал из рюкзачка новенькую видеокамеру, купленную в валютном магазине «Березка» на чеки Внешторга, и стал снимать происходящее. А Павел, обалдевший от нахлынувших эмоций, продолжал вываживать тайменя.

      Звенела леска, визжал фрикционный тормоз, бесновалась рыба, вынуждавшая человека бегать по берегу в поте лица, даря одну за другой порции адреналина. Удовольствия – выше крыши! Ко всему – рядом была наблюдательница, по достоинству оценивающая грамотные действия рыболова, а также Лёва, все это снимавший на видеокамеру.

      Павел успел пожалеть, что друг не был с ним в момент поклевки и тем более когда Катюша раздевалась и заходила в воду, и тут Лёва, чертыхнувшись, сообщил, что в видеокамере сели батарейки. Не теряя времени, он передал ее девушке, а сам взялся за фотоаппарат. И вовремя: Павел в очередной раз подвел начавшего уставать тайменя к своим ногам и, не обращая внимания на фонтан брызг, обхватил его поперек туловища и ловко выбросил на берег.

      Таких гигантов ловить ему еще не доводилось. В длину таймень был не менее полутора метров, а в пасть ему можно было просунуть сразу три кулака. Впрочем, совать кулаки между таких зубищ да живой рыбе рискнет только полоумный.

      – Завидую! – восхитился Лёва, вновь и вновь фотографируя трофей и его обладателя. – Я тоже такую рыбку хочу поймать.

      – Так беги, лови! Река шикарная, мест отличных полно…

      – Все! Бегу! А ты постарайся тайменя своего не уморить.

      – Ни в коем случае.

      Лёва и в самом деле поспешил дальше, вверх по реке, а Павел, развернув тайменя головой к воде, начал потихоньку толкать его вперед по мокрой гальке.

      – Вы его и вправду отпустите? – поинтересовалась Катюша.

      – Конечно. Разве можно такую красотищу губить. А что? – У Павла мелькнула мысль, не хочет ли она забрать рыбину к себе на кухню.

      – Просто некоторые рыбаки оказываются такими жадными, что ничего не отпускают, даже мелочь!

      Полностью погруженный в воду король сибирских рек уплывать тем не менее не торопился, лежал на боку, вяло пошевеливая хвостом и едва приоткрывая пасть – слишком много потратил сил, сопротивляясь человеку. Ухватив тайменя за хвост, Павел принялся водить его взад-вперед, благодаря чему вода усиленно циркулировала через жабры, – такую незатейливую операцию рыбаки называли искусственной реанимацией.

      Источник:

      litportal.ru

Евгений Константинов Товарищ Пришелец в городе Кемерово

В этом интернет каталоге вы сможете найти Евгений Константинов Товарищ Пришелец по разумной стоимости, сравнить цены, а также найти иные предложения в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и рецензиями товара. Доставка выполняется в любой населённый пункт России, например: Кемерово, Улан-Удэ, Ижевск.