Книжный каталог

Левин А. Желтый Дракон Цзяо

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Левин А. Желтый дракон Цзяо ISBN: 9785227065957 Левин А. Желтый дракон Цзяо ISBN: 9785227065957 489 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Снег из Центральной Америки. Желтый дракон ЦЗЯО. Картины города при вечернем освещении Снег из Центральной Америки. Желтый дракон ЦЗЯО. Картины города при вечернем освещении 69 р. bookvoed.ru В магазин >>
Левин, Андрей Маркович Желтый дракон Цзяо ISBN: 978-5-227-06595-7 Левин, Андрей Маркович Желтый дракон Цзяо ISBN: 978-5-227-06595-7 328 р. bookvoed.ru В магазин >>
Андрей Левин Желтый дракон Цзяо ISBN: 978-5-227-06595-7 Андрей Левин Желтый дракон Цзяо ISBN: 978-5-227-06595-7 176 р. litres.ru В магазин >>
50g 50g 217265.77 р. jd.ru В магазин >>
Желтый дракон Цзяо Желтый дракон Цзяо 511 р. labirint.ru В магазин >>
100g 100g 409487.27 р. jd.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Левин Александр

Левин А. Желтый дракон Цзяо

в лиловом халате по ковру, был крупным дельцом, почтенным отцом небольшого

семейства, человеком уважаемым в обществе.

И если бы кто-нибудь сказал его знакомым, что этот шестидесятилетний

человек является главой "Триады" -- наиболее могущественного сингапурского

тайного общества, -- они в зто вряд ли поверили бы.

Как и остальные вожди тайного общества, мужчина в лиловом халате имел

свой титул. Он именовался Желтым Драконом.

Один из собеседников официально занимал третий, а фактически второй по

значимости пост в организации. Его звание звучало громоздко и выспренне:

Белый Бумажный Веер. В уставе "Триады" под названием "Каноны" говорилось,

что Белый Бумажный Веер призван "блюсти единство Великого братства и

заботиться о том, чтобы прочную твердь, на которой покоится священный союз

Неба, Земли и Человека, не подтачивали черви непочтительности и

Проще говоря, Белый Бумажный Веер был идеологом "Триады". Его роль, как

говорил порой Желтый Дракон в узком кругу вождей, сводилась к тому, чтобы

научить рядовых членов тайного общества -- "монахов" -- больше молчать и

-- Когда человек думает, -- часто любил повторять Желтый Дракон, -- это

превращается у него в дурную привычку. С дурными привычками трудно

расставаться. А молчать легче. Тем более когда сознаешь, что молчание -- это

не столько золото, сколько жизнь.

Интеллигентный и начитанный Белый Бумажный Веер хорошо знал свое дело.

Он "не жалел времени и усилий, чтобы внушить вновь завербованным членам

"Триады" основные догмы Великого братства. Обычно новичков на несколько

недель увозили на какой-нибудь пустынный остров, и там Белый Бумажный Веер

давал волю своему красноречию. Он терпеливо вдалбливал в слушателей основные

конфуцианские постулаты, модернизированные в соответствии с нуждами тайного

общества. Центральное место в его проповедях занимал вопрос о

"самосовершенствовании нравственности человека". Суть этого вопроса

сводилась к усвоению взаимоотношений между высшими и низшими, к почитанию

культа предков и поклонению Небу, толкователем воли которого является глава

Великого братства. Многочисленные помощники Белого Бумажного Веера постоянно

проводили подобные беседы с людьми других вождей и попутно вербовали

осведомителей для своего шефа. Благодаря этому Белый Бумажный Веер прекрасно

знал настроения в других "семьях, и остальные главари тайного общества

боялись его, пожалуй, не меньше, чем самого Желтого Дракона.

Теми, кто не усваивал несложные положения "Канонов", занимался другой

сидевший в комнате человек. Он имел сан Красного Жезла. Полсотни убийц,

которых он держал в подчинении, по приказу своего босса немедленно и

безжалостно расправлялись со всеми, кто проявлял малейшее недовольство, кто

не умел держать язык за зубами или стремился занять место старшего по рангу.

Сам Красный Жезл, впрочем, давно метил на пост Белого Бумажного Веера.

Этот пост давал больше полномочий и, соответственно, больше прибыли. Белый

Бумажный Веер имел более обширные и выгодные районы для рэкета. Красный Жезл

ненавидел "старшего брата" и ждал случая, чтобы убрать его с дороги.

Кроме того, Красный Жезл возглавлял так называемый "морской отряд"

"Триады". Он состоял из дюжины небольших, но хорошо вооруженных моторных

сампанов и трех-четырех десятков бывших моряков, солдат чанкайшистских войск

и уголовников. "Морской отряд" промышлял грабежом торговых судов в

Малаккском проливе и водах, омывающих Сингапур с востока и юга.

С Белым Бумажным Веером, Красным Жезлом и другими вождями "Триады"

Желтый Дракон виделся редко. Обычно они встречались лишь во время ритуалов,

проводившихся раз в два месяца. Связь поддерживалась через человека,

стоявшего на низшей ступени иерархической лестницы вождей, -- Соломенную

Но сегодня и Белый Бумажный Веер, и Красный Жезл уже во второй раз за

последние три недели находились в "зеленой гостиной" Желтого Дракона.

-- Право, экселенц, -- оправдывался Красный Жезл, -- я ума не приложу,

как мы могли просмотреть начало работ на Блаканг-Мати.

Плохо знающий английский язык Красный Жезл произносил слово "экселенц"

с трудом, шепелявя. Ему очень не нравилось обращаться к главе "Триады"

по-иностранному, но такова была воля Желтого Дракона, поклонника "третьего

-- Это беспредметный разговор, -- поморщившись, произнес Желтый Дракон,

-- к тому же вашей вины здесь нет, Красный Жезл.

Он возвратился в кресло и стал пристально рассматривать свой золотой

перстень с таким же, как на лаковой картине, узором в виде свернувшихся

Речь Желтого Дракона была лаконичной. Он говорил всегда тихо, медленно,

словно произносить слова ему стоило больших усилий. Он имел обыкновение

разговаривать с собеседником таким тоном, что тот вдруг начинал чувствовать

себя в чем-то виноватым.

Красный Жезл прекрасно знал, что он ни при чем. О том, что на острове

появились рабочие, Желтому Дракону должен был сообщить Тонкий Бамбук. Вместе

со своими многочисленными осведомителями Тонкий Бамбук был ушами и глазами

организации. Видя, что глава "Триады" раздражен, и раздражен. сильно,

Красный Жезл решил попытаться аккуратно переложить часть недовольства

Желтого Дракона на своего "младшего брата". Но по тому, как Желтый Дракон

его оборвал и сделал ударение на слове "здесь", Красный Жезл понял, что

предстоит не слишком приятный разговор.

-- Если экселенц позволит. -- неуверенно начал он.

-- "Черный лотос" больше не будет мешать нам ни здесь, ни в Таиланде.

Операция закончена. Со вчерашнего дня "Черного лотоса" больше не существует.

Их люди теперь будут работать на нас. Лим дал хорошие деньги за то, чтобы мы

сохранили ему жизнь. Но.

Красный Жезл позволил себе хихикнуть.

-- Сейчас это меня не интересует, -- сухо произнес Желтый Дракон.

Его тонкие бледные пальцы скользнули в стоящую на столике коробку из

черного дерева с изящным золотым орнаментом и извлекли оттуда сигарету.

Красный Жезл торопливо достал из кармана зажигалку, щелкнул ею, помедлил,

дал улетучиться газу и, услужливо изогнувшись, поднес ее Желтому Дракону.

Затем он вопросительно уставился на главу тайного общества.

-- Экселенц желает узнать подробности акции на Блаканг-Мати, --

вмешался Белый Бумажный Веер.

Красный Жезл не помнил случая, чтобы Желтый Дракон когда-нибудь

интересовался деталями операций. О результатах ему сообщалось через

Соломенную Сандалию, и этого всегда оказывалось достаточно. Так было и на

этот раз. И вот две недели спустя Желтый Дракон почему-то решил вернуться к

событиям той ночи. Это было явным проявлением недоверия к Красному Жезлу. И,

судя по всему, без участия Белого Бумажного Веера тут не обошлось.

Красный Жезл одарил "старшего брата" не слишком дружелюбным взглядом,

мучительно соображая, не допустил ли он какой-либо промах. Нет, вроде бы все

-- Я полагал, экселенц, что Соломенная Сандалия.

Он осекся, наткнувшись на немигающий взгляд бесцветных глаз Желтого

Дракона, молча поклонился и начал рассказывать обстоятельно, не упуская ни

-- Вы уверены, что полиция ничего не заметила? -- спросил Желтый

Дракон, когда Красный Жезл закончил.

-- Снотворное сработало безотказно, экселенц.

-- А этот ваш. сержант?

-- Он надежный человек, экселенц.

-- Не сомневаюсь, -- усмехнулся Желтый Дракон.

-- Вы имеете в виду, что у Си-ай-ю могут возникнуть какие-то

-- Я ничего не имею в виду. Вы знаете мой принцип: лучше отрубить

палец, чем потерять руку.

-- Он вне подозрений, экселенц. Я вас уверяю. Ко Ин -- один из моих

-- Я никогда не считал доверие добродетелью, -- изрек Желтый Дракон.

-- Островом занялась Си-ай-ю, -- снова вмешался Белый Бумажный Веер, --

и если была допущена хоть малейшая оплошность, Аланг может установить

наблюдение за Ко Ином.

-- Пока нет никаких признаков, указывающих на то, что служба Аланга

заинтересовалась кем-то всерьез, -- попытался возразить Красный Жезл.

-- К сожалению, я пока не имею своих людей в Си-ай-ю, -- вкрадчиво

произнес Белый Бумажный Веер, -- и, насколько мне известно, вы тоже,

"младший брат". Так что лишняя проверка не помешает.

Красный Жезл кивнул в знак согласия. Желтый Дракон медленно поднял

левую руку и потер пальцами висок.

-- Труп Лима не выведет Си-ай-ю на "Тумасик"? -- снова обратился глава

"Триады" к Красному Жезлу.

-- Исключено, экселенц. В Бангкоке у него не было "хвоста".

-- Не слишком ли вы категоричны сегодня, Красный Жезл? А билет?

-- Я все вытряхнул у него на судне, экселенц.

-- Вы видели билет?

Красный Жезл отчетливо вспомнил, что в бумажнике Лима билета не

оказалось. Но тогда это не имело никакого значения. Участь Лима была решена.

В ожидании выкупа, который он обещал за свою жизнь и который все равно не

спас его, Лима отвезли на Блаканг-Мати. А остров на протяжении последних

двадцати лет надежно хранил свою тайну. Но попробуй объяснить все это

"Черт побрал бы этот гольф-клуб, этих рабочих и вообще этот остров! --

выругался про себя Красный Жезл. -- Наверное, билет где-нибудь затерялся".

-- Я уничтожил его, экселенц, -- ответил он, стараясь придать своему

голосу как можно больше уверенности.

-- Так вы даете гарантию, что все было чисто, "младший брат"? -- с

ехидной вежливостью осведомился Белый Бумажный Веер.

-- У "старшего брата" появились какие-то сомнения в отношении меня и

моих людей? -- с такой же подчеркнутой любезностью отозвался Красный Жезл,

предчувствуя, однако, недоброе.

Губы Белого Бумажного Змея искривились в едва уловимой усмешке.

-- Ну что вы, "младший брат". Я даже убеждал экселенца в том, что

эпизод с Сунгаем нужно считать чистейшей случайностью!

Так вот почему раздражен Желтый Дракон! Красный Жезл почувствовал, что

он наливается бессильной яростью. Белый Бумажный Веер умел бить хлестко и

любил наносить удары из-за угла. Но ярость тотчас же сменилась почти

животным страхом. Неприятный, колющий холодок сбежал по спине, проник под

кожу и стал быстро обволакивать все внутри. Красный Жезл метнул короткий

взгляд в сторону Желтого Дракона. Тот сидел не шелохнувшись -- точь-в-точь

нефритовая статуэтка из знаменитой коллекции братьев Ау! [1] И эта

неподвижность не просто пугала. Она внушала ужас. Так замирает кобра, увидев

перед собой жертву.

Сунгай, механик с "Тумасика", улизнул с судна еще до шторма, вероятно,

сразу же после того, как Красный Жезл со своими людьми подчалил на моторных

сампанах и поднялся на борт. Исчезновение индонезийца было замечено слишком

поздно. Правда, Красный Жезл не придал этому значения, потому что считал:

механику не преодолеть сто миль, да к тому же еще в шторм. Он не стал ничего

говорить Желтому Дракону, чтобы лишний раз не раздражать его.

"Неужели проклятому индонезийцу все-таки удалось выплыть? -- мелькнуло

в голове Красного Жезла, но он тут же попытался себя успокоить: -- Нет,

невозможно. Но как эта злобная крыса вынюхала, что Сунгай бросился в море? "

-- Мои люди совершенно случайно узнали о том, что Сунгай появился в

доках, -- словно угадав мысли Красного Жезла, произнес Белый Бумажный Веер.

У Красного Жезла застучало в висках: "появился в доках, появился в

-- Почему вы не сказали мне, что Сунгай жив? -- Тон Желтого Дракона не

предвещал ничего хорошего.

Цин (X -- XVIII вв. ). известный в Сингапуре под названием "Хаус оф джейд"

-- Вы знали, что он исчез с судна?

-- Экселенц, -- Красный Жезл облизал пересохшие от волнения губы, --

надвигался сильный шторм. к тому же сто миль. я счел не заслуживающим

-- Вы знали о его исчезновении? -- снова повторил свой вопрос Желтый

-- Да, экселенц, -- выдавил из себя Красный Жезл.

-- Я очень недоволен вами, -- тихо произнес Желтый Дракон, легонько

постукивая по ладони взятым со стола игрушечным самурайским мечом.

Красный Жезл почувствовал такую слабость в ногах, что, прикажи ему

Желтый Дракон встать, он не смог бы этого сделать. Красный Жезл хорошо знал,

что означает эта игрушка в руках главы "Триады". Если тот давал понять

собеседнику, что разговор окончен, и не клал меч на место, участь уходившего

была решена: через потайное отверстие в стене за руками Желтого Дракона

обязательно следил кто-нибудь из его личной охраны. Правда, Желтый Дракон

никогда не брал меч во время бесед с другими вождями "Триады". Суд над ними,

согласно "Канонам", вершился лишь во время ритуалов. Но сейчас это было

слабым утешением для Красного Жезла. Он понял, что жизнь его висит на

волоске и выйдет ли он из "зеленой гостиной" живым, известно только Желтому

-- Экселенц, -- прохрипел он, проглотив вставший поперек горла комок,

-- экселенц, Сунгай будет найден в ближайшее время.

-- Я даю вам три дня. По истечении этого срока. -- Желтый Дракон с

подчеркнутым вниманием стал рассматривать самурайский меч.

-- Да, экселенц. Благодарю вас, экселенц. Я.

-- Люди Белого Бумажного Веера взяли под наблюдение доки, -- сказал

Желтый Дракон. -- Но им трудно выполнять чужие обязанности. Потрудитесь

освободить их от этого.

Красный Жезл опустил голову в поклоне. Игрушечный меч лег на свое

прежнее место. Красный Жезл смотрел на него как завороженный.

-- Я рассчитываю, что в будущем мы будем застрахованы от подобных

неожиданностей, не так ли? -- услышал он откуда-то издалека голос Желтого

-- О, вы можете в этом не сомневаться, экселенц.

-- Благодарю за обнадеживающий ответ, -- едва усмехнулся Желтый Дракон.

Он перевел свой пронизывающий взгляд на Белого Бумажного Веера.

-- Теперь по поводу девчонки. Вы виделись с филиппинцем?

-- Да, экселенц, -- поспешно ответил тот. -- Филиппинец предлагает за

нее двадцать тысяч долларов.

-- Она ему понравилась? Что же, девчонка будет неплохим украшением для

его заведения. Сумма плевая, но больше мы из него вряд ли выудим. Пусть

-- Когда вы должны с ним встретиться?

-- Завтра девчонка должна быть у меня. -- Желтый Дракон взглянул на

небольшой настольный календарь со своими пометкам, -- после обеда. Вечером

ее можно будет забрать.

Белый Бумажный Веер понимающе улыбнулся:

-- Будет исполнено, экселенц. У вас прекрасный вкус. Эта.

Но Желтый Дракон уже не слушал его. Он снова повернулся к Красному

-- В ближайшее время вам предстоит серьезное дело. Подробно вы будете

информированы через Соломенную Сандалию. Поэтому "товар", отобранный у Лима,

нужно передать Белому Бумажному Вееру. Когда и где -- решите сами. И чем

скорее, тем лучше.

Желтый Дракон откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза.

Аудиенция была окончена. Белый Бумажный Веер и Красный Жезл поднялись со

своих мест и застыли на несколько секунд в угодливом поклоне. Затем они

бесшумно вышли из комнаты

На пересечении Нассим, Орчард и Танглин-роуд, рядом с белоснежным

особняком братьев Ау шло представление китайской уличной оперы, которая

называлась в Сингапуре по-малайски вайянг. Вокруг деревянной, наспех

сколоченной сцены толпились зрители. Уличные торговцы со своими тележками

проворно шныряли в толпе, наперебой предлагая сахарный тростник, охлажденное

кокосовое молоко, кока-колу, оранжад.

В темноте наступившего вечера ярко освещенная сцена казалась огромной

прямоугольной дырой на огромном черном холсте. В верхней части сцены одно за

другим были натянуты несколько узких с выцветшей зеленой бахромой красных

полотнищ, исписанных черными и желтыми иероглифами. По бокам и в глубине

висели большие панно из папье-маше с рисунками в красно-желто-зеленых тонах.

Не очень искусная рука доморощенного художника набросала вперемежку

фрагменты из жизни древних китайских императоров, изображения богов,

драконов, иероглифы, витиеватые узоры.

На фоне этой аляповато-примитивной декорации несколько артистов

разыгрывали сцену из какого-то средневекового китайского произведения. Лица

артистов были так обильно покрыты белым, красным, синим гримом, что его

характерный резкий запах витал над толпой. Каждый цвет по многовековой

традиции уличной оперы означал определенную черту характера.

Действие сопровождалось заунывной музыкой небольшого оркестра и гулкими

ударами барабана, отделявшими один акт от другого.

При появлении каждого нового действующего лица, при каждом движении

актеров искушенные, хорошо знакомые с условностями китайской традиционной

оперы зрители либо разражались аплодисментами, либо расстроенно цокали

Представление подходило к концу. Под одобрительный гул собравшихся на

сцене появился высокий мужчина -- вероятно, главное действующее лицо

постановки, -- и остальные артисты уважительно склонили перед ним головы.

Мужчина был одет в узорчатый пурпурный халат с огромными рукавами. Его

голову украшала корона, в руках он держал меч. Все лицо- актера было в

румянах -- символ смелости, честности и верности. Широкие у краев и

сужающиеся к переносице брови также имели прямое отношение к символике: они

подчеркивали положительный характер героя, его добродетели. Негустая, но

длинная -- до пояса -- борода свидетельствовала не столько о преклонных

годах, сколько о мудрости.

Мужчина сделал несколько больших шагов по подмосткам, остановился,

взмахнул мечом и, обращаясь к стоящим на сцене, громовым голосом начал:

-- С тех пор как герои Ляныпаньбо изъявили свою покорность Сунской

династии, разбили на севере войска Ляо и пошли на юг, им пришлось выполнять

нелегкий труд! Теперь я хочу вернуться домой, одетый в парчу, мечтаю дать

титул жене и передать его сыновьям. Но что ожидает меня дома? Меня,

прославленного воина? Мой повелитель, который все отнимет у меня: урожай,

Артист повернулся к зрителям и, глядя поверх их голов в темноту,

Над ровною водною гладью покой,

Прозрачна речная вода.

Но хлеб ваш посеян не вашей рукой,

Вы в жатву не знали труда.

Мы вас благородным могли бы счесть,

Когда б перестали в праздности есть

Хлеб, собранный без труда.

Раздалась барабанная дробь. Зрители бешено зааплодировали, засвистели,

выражая тем самым свое одобрение. Спектакль кончился.

Главный герой раскланялся и удалился в свою артистическую. Он снял

брови, бороду, корону и начал расстегивать халат. Мужчина дышал тяжело,

ноздри его раздувались, а глаза задумчиво смотрели в зеркало -- видимо, он

еще продолжал переживать свою роль. Он нагнулся к зеркалу и стал внимательно

рассматривать морщины у уголков губ, потихоньку поглаживая их пальцами.

Вошел один из артистов и, поклонившись, поставил на столик перед

мужчиной бутылку с холодным пивом и стакан. Мужчина медленно повернулся к

вошедшему и лениво отвесил ему звонкую пощечину. Уголки губ его опустились,

придавая лицу высокомерное выражение.

-- Сколько раз тебе говорить, что пиво должно ждать меня, а не

наоборот? -- негромко осведомился он.

-- Прошу прощения, Красный Жезл, -- виновато ответил актер. -- Меня

задержал какой-то тип. Говорит, что он из литературно-драматического

-- И что ему нужно?

-- Он хочет видеть тебя.

Красньщ Жезл удивленно выпятил нижнюю губу:

-- А сам ты не мог выяснить, зачем он явился?

-- Спрашивал. Но он сказал, что хочет встретиться с тобой. Красный Жезл

налил себе пивав стакан, отпил несколько глотков и стал легонько барабанить

пальцами по столу.

-- А на улице все спокойно?

-- Хорошо. Давай его сюда. Сам встань за дверью.

Актер исчез в проеме дверей, и через несколько секунд в помещении

появился мужчина лет тридцати-- тридцати двух в безукоризненно сшитом

голубом костюме, накрахмаленной сорочке и цветастом широком галстуке.

-- . Я попадаю на второе выступление этой труппы, -- начал он с ходу,

-- и не могу не выразить своего восхищения вашей игрой.

Красный Жезл молча наклонил голову в знак благодарности и поднял на

вошедшего вопросительный взгляд.

-- Это единственное, что вы хотели мне сказать?

-- О, конечно, нет, -- засмеялся гость. -- Меня зовут Гун. Я

представляю литературно-драматическое общество и от его имени хочу сделать

вам как руководителю труппы выгодное предложение.

-- Я слушаю вас. Гун замялся.

-- Простите, я не знаю вашего имени.

Красный Жезл отпил еще пива, чуть насмешливо разглядывая вошедшего.

-- Быть может, господин Фан, мы перенесем нашу беседу в более

подходящее место? Какую кухню вы предпочитаете? Европейскую? Китайскую?

-- Хм, я не совсем уверен, что смогу принять ваше любезное приглашение,

-- сухо проговорил Красный Жезл. -- Лучше мы побеседуем здесь.

-- О нет, -- запротестовал молодой человек. -- Прошу вас, не

отказывайтесь. За столом как-то легче говорится. К тому же я считаю своим

долгом отблагодарить вас за доставленное мне удовольствие. Вы выбираете

ресторан -- я заказываю ужин.

-- Ну хорошо, -- согласился Красный Жезл после некоторого колебания. --

В таком случае я предпочел бы "Син Леон".

-- Если не ошибаюсь, это на Макферсон-роуд -- с красной аркой над

-- У вас прекрасный вкус. Я не бывал в этом ресторане, но слышал от

знакомых самые лестные отзывы о нем. Говорят, там изумительная кантонская

кухня. Итак, мы встречаемся.

-- Через сорок пять минут. Нет, пожалуй, через час.

-- Отлично. Я вас жду в "Син Леоне".

Гун сделал элегантный полупоклон и вышел. Красный Жезл повернулся к

зеркалу и стал снимать с лица грим. Потом он тихо свистнул. В дверях вырос

актер, который говорил ему о приходе Гуна.

-- Да, Красный Жезл,

-- Не нравится он мне. Позвони Тану, скажи, что этот парень сейчас

приедет заказывать ужин и что я там буду в девять. Ты поедешь со мной.

Через десять минут Красный Жезл вышел на улицу Темно-серая "тойота",

стоявшая на противоположной стороне у тротуара, дала задний ход. Дверца

машины открылась, и Красный Жезл развалился на заднем сиденье, с

удовольствием вытянув ноги. Выступление утомило его, и сейчас он

-- Ты дозвонился до Тана? -- спросил он своего спутника, когда машина

-- Да, -- ответил тот. -- Тан сказал, что твой приезд будет очень

кстати. У него есть кое-какие новости.

Красный Жезл откинул голову на спинку сиденья и прикрыл глаза. Это была

любимая поза Желтого Дракона. И он на какое-то время ощутил себя главой

"Триады". Он, разумеется, никогда не помышлял о том, что когда-нибудь

возглавит тайное общество. Но почему бы не представить себя Желтьгм Драконом

хотя бы в мечтах? "Зеленая гостиная", игрушечный самурайский меч, раболепие

"Тойота" плавно катилась по вечернему городу. Сквозь опущенные веки

Красный Жезл чувствовал, как по обеим сторонам сменяется неоновая реклама и

одновременно с мельканием красных, зеленых, синих огней перед его мысленным

взором одна за другой возникают радужные картины.

Вот он сидит в глубоком черном кресле, а перед ним -- Белый Бумажный

Веер. "Я вас больше не задерживаю", -- говорит Красный Жезл и берет в руки

самурайский меч, а Белый Бумажный Веер пятится с перекошенным от страха

лицом и не может отвести взгляда от рук Красного Жезла. "Экселенц, -- хрипит

он, падая на колени, -- экселенц, молю вас, пощадите. " "Поздно", -- сухо

отвечает Красный Жезл и закрывает глаза.

Неоновая реклама кончилась, и Красный Жезл посмотрел в окно. Теперь

машина ехала по мрачно-серой деловой части города среди унылых и громоздких

зданий банков, торговых фирм, судоходных компаний. От мыслей о Белом

Бумажном Веере у Красного Жезла испортилось настроение. Он никак не мог

прийти в себя после вчерашнего разговора в "зеленой гостиной" Желтого

Дракона. Этот паршивый шакал Белый Бумажный Веер не упускает случая сунуть

свой мерзкий нос в чужие дела. Что-что, а стравливать людей он умеет. И

делает это виртуозно. Это он добился казни Хранителя Алтаря три года назад,

внушив Желтому Дракону, что тот мечтает встать во главе "Триады". Хитер, как

змея! Отказался занять место казненного, хотя ранг Хранителя Алтаря гораздо

выше. Он, видите ли, "недостоин вознестись столь высоко и предпочитает

отдавать силы укреплению Великого братства на своем месте". Нет, Красного

Жезла не проведешь. Он-то понимает, что нужно Белому Бумажному Вееру. Ему

нужно знать, что делается в "семьях", чтобы держать всех в руках и при

удобном случае скакнуть на самый верх. А бывший Хранитель Алтаря мог

помешать. Он был себе на уме, не то, что нынешний. А Белый Бумажный Веер

потому и цепляется за свое место, что на нем легче покупать чужих людей.

Пользуется благосклонностью Желтого Дракона и делает все, что хочет. Ну,

ничего, когда-нибудь и он споткнется. Представится возможность, и Красный

Жезл поможет ему.

Вот только бы выпутаться из этой истории с Сунгаем. Но как этот

проклятый индонезиец мог добраться до берега? И как его побыстрее отыскать?

Белый Бумажный Веер сказал, что механика видели в доках, но люди Красного

Жезла провели там остаток вчерашнего, весь сегодняшний день, и все --

Источник:

thelib.ru

Левин А. Желтый Дракон Цзяо в городе Краснодар

В данном каталоге вы имеете возможность найти Левин А. Желтый Дракон Цзяо по доступной цене, сравнить цены, а также изучить иные предложения в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Транспортировка осуществляется в любой город России, например: Краснодар, Улан-Удэ, Владивосток.