Книжный каталог

Бернс, Т.Р. Гнилое Яблочко

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

12-летний Симус Хинкль - примерный мальчик, послушный сын и школьный отличник. Единственная его слабость - хрустящие рыбные палочки. При виде них он решительно теряет волю. Однажды, когда злейший конкурент Бартоломью Джон лишает его любимого лакомства, Симус теряет терпение. Он хватает со стола яблоко и запускает им во врага. А попадает в учительницу математики мисс Парципанни. Неудачный бросок оказывается роковым. Симус отправляется в специальное заведение для трудных подростков - и неожиданно оказывается в школе, где готовят профессиональных хулиганов.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Бернс Т. Гнилое яблочко ISBN: 9785170802753 Бернс Т. Гнилое яблочко ISBN: 9785170802753 277 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Бернс, Т.Р. Гнилое яблочко: роман ISBN: 978-5-17-080275-3 Бернс, Т.Р. Гнилое яблочко: роман ISBN: 978-5-17-080275-3 338 р. bookvoed.ru В магазин >>
Т. Р. Бернс Гнилое яблочко ISBN: 978-5-17-080275-3 Т. Р. Бернс Гнилое яблочко ISBN: 978-5-17-080275-3 199 р. litres.ru В магазин >>
Бернс Р. Бернс Стихотворения ISBN: 9785255016280 Бернс Р. Бернс Стихотворения ISBN: 9785255016280 204 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Найтов К. Гнилое дерево ISBN: 9785171006969 Найтов К. Гнилое дерево ISBN: 9785171006969 253 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Бернс Р. Великие поэты. Том 24. Роберт Бернс. Джон Ячменное Зерно ISBN: 9785871072981 Бернс Р. Великие поэты. Том 24. Роберт Бернс. Джон Ячменное Зерно ISBN: 9785871072981 62 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Чехол для iPhone 6 глянцевый Printio Яблочко Чехол для iPhone 6 глянцевый Printio Яблочко 980 р. printio.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Отзыв о Книга Гнилое яблочко - Т

Отзыв: Книга "Гнилое яблочко" - Т. Р. Бернс - Так кто же в истории оказался тем самым "гнилым яблочком"?

увлекательно, легко читается, оригинально

Причём периодически это очень хорошие издания. Но я предпочитаю в дорогу взять что-нибудь полегче и в прямом и переносном смысле, которые запросто можно оставить в местной библиотеке или у родных, прибыв в пункт назначения.

Поэтому выбрала книгу с оригинальной обложкой и малоприятным названием "Гнилое яблочко" автора Т. Р. Бернс.

Ознакомившись с парой страниц, я поняла, что стиль изложения мне нравится. Тема осознания себя в обществе с точки зрения 12-летнего мальчика, к тому же мне очень интересна, как маме.

Писатель указан Т. Р. Бернс, причём и на обложке и на титульном листе имя автора без расшифровки, поэтому я была уверена, что это мужчина.

Когда читала, ещё удивлялась, что в истории много внимания уделено внутренним переживаниям ребёнка, что более присуще женской части человечества. Как оказалось, это произведение написала как раз женщина. Это можно узнать в конце, по словам автора, когда она приносит благодарности всем тем, кто помогал ей в создании этой книги. Кстати и там, имя автора так и останется скрытым только начальными буквами:)

История здесь вовсе нетривиальная и начинается с трагедии в жизни главного персонажа Симуса. При попытке помочь учительнице в момент драки школьников, он случайно её убивает. А ведь это была его первая попытка показать смелость, выделиться из толпы безразличных, вернее, обычных приспособленцев к ситуациям.

Настоящая драма. И пока читаешь то, что развернулось уже в первой главе, поражаешься обыденному подходу к такому событию. К тому же сюжет построен так, что только к третьей главе понимаешь, что это не проза с большой долей чёрного юмора, а фантастическая история:)

Произведение мне понравилось всё целиком. Оригинальное исправительное заведение, необычные ученики и учителя, странный подход к обучению и поощрениям - всё это увлекло меня полностью почти на четыре часа чтения.

В книге 370 страниц, но они буквально "пролетают со свистом", так интересно всё придумано автором.

Главный герой понравился со второй главы и в дальнейшем только всё больше завоёвывал мои симпатии.

Зато к остальным персонажам отношение неоднозначное. Особенно раздражала мать Симуса. Автор изобразила её бесчувственной стервой, к тому же целенаправленно делающей гадости сыну. Это заметно даже вначале истории, когда родители только везут ребёнка в исправительный интернат.

К сожалению, то ли специально, то ли из-за нехватки таланта, автор до конца не раскрыла вопросы возникающие в книге. Например, почему родители кардинально изменились после того, как сын стал жить и учиться отдельно от них? Что за тайны у директрисы интерната? И вообще в конце Т. Р. Бернс напустила "тумана", как будто планировала написать целую серию книг. Ну и не обошлось без ляпов с той же отправкой писем электронной почтой, когда правила отправки и получения явно противоречили правилам, которые автор описала в третьей или четвёртой главе.

Насчёт рекомендации книги к прочтению. Я однозначно не согласна с ограничением 8+ в аннотации к книге. Как минимум от 12-ти лет на мой взгляд. Потому что книга вроде бы фантазийная, подростковая, но слишком уж много взрослых тем в ней поднимается что называется "между строк".

По стилю изложения напомнила известные "33 несчастья" Лемони Сникета, хотя, конечно, не с таким закрученным сюжетом и злобными взрослыми. Однако общее ощущение мира странных взрослых со своим мягко говоря оригинальным мышлением вокруг более-менее нормальных детей создавалось и здесь.

Мне досталось симпатичное издание 2013 года с матовой гладкой обложкой, слегка желтоватыми листами и чётким шрифтом. Без иллюстраций. Есть ценник, что книга стоила 350 рублей. Многовато. Ни содержание, ни качество печати в данном случае столько не стоят. Скорее больше было подошло карманное издание в мягкой обложке до 100 рублей стоимости за экземпляр. А ещё лучше использовать электронный вариант. Не шедевр, чтобы тратить на это деревья.

Общее впечатление: Так кто же в истории оказался тем самым "гнилым яблочком"?

Источник:

otzovik.com

Бернс, Т.Р. Гнилое яблочко

Бернс, Т.Р. Гнилое яблочко

я. Рыбные палочки просто громадные — каждая из них стоит пяти палочек леди Лоррэйн. Они не оранжевые, а золотистые. И когда я нажимаю на них вилкой, корочка с хрустом лопается, но сами палочки не сразу распадаются пополам.

Я впечатлен, но все еще настроен скептически: я никогда не пробовал ничего лучше палочек леди Лоррэйн. Я отламываю кусочек, макаю сначала в майонез, потом в медово-горчичный соус и отправляю в рот.

— Ух ты! — снова восклицаю я, хотя с набитым ртом получается что-то вроде «ушты».

Палочки так восхитительны, что заставляют меня забыть, почему я здесь оказался. Когда я все доедаю, мой взгляд падает на серебристую кнопку в нижнем правом углу подноса. Рядом с ней затейливым шрифтом вырезана надпись «Секунды».

Я оглядываюсь, как будто за мной следят и ждут, что я сделаю неверный шаг, поддамся искушению и захочу получить больше, чем заслуживаю.

И за мной действительно следят. Когда я сюда усаживался, рядом никого не было, но теперь через два стула от меня сидит девочка. У нее бледная кожа, розовый нос и темно-рыжие волосы, кое-как заплетенные в косу, которая свешивается ей на плечо. На девочке мешковатый зеленый свитер, кеды и те самые девчачьи трусы — слишком короткие, чтобы называться шортами, и слишком длинные, чтобы быть настоящими трусами. Она сидит одна, как и я.

— Чего ты хотел? — спрашивает она.

По крайней мере, мне кажется, что она говорит именно это. Меня слишком отвлекают ее глаза — красновато-коричневые, как потертые пенни.

— Прости, что? — переспрашиваю я.

— От Анники. Ты подошел к ней и хотел что-то спросить, верно? И она начала говорить, прежде чем ты успел открыть рот?

Я пытаюсь что-то ответить, но слова не идут.

— Я не слышала, что она сказала, если тебя это волнует.

Именно это меня и волнует. С чего бы мне верить этой девчонке? Что, если она все слышала и теперь растрезвонит на всю школу? С другой стороны, если бы она действительно что-то слышала, разве она подсела бы ко мне? Разве ей не хотелось бы держаться от меня как можно дальше?

Она все еще ждет ответа. Я опускаю глаза и провожу пальцем по надписи «Секунды», пытаясь собраться с мыслями.

— Стирка, — наконец отвечаю я. — Я спрашивал, должны ли мы сами стирать или…

Я поднимаю голову и замолкаю.

Я весь вспыхиваю от смущения, тянусь к стакану с водой и бросаю взгляд на рукава пиджака.

И вижу, что мои запонки в форме роботов тоже исчезли.

Мне больше не хочется отвечать на неудобные вопросы, поэтому весь остаток дня я читаю комиксы у себя в комнате. В какой-то момент я замечаю, что сквозь шторы пробивается солнечный свет. По подбородку у меня стекает слюна. Лимон стоит возле стола и держит сковородку над полыхающей мусорной корзиной.

Я мгновенно пробуждаюсь и сажусь на кровати. Отодвигаюсь подальше. Таращусь на огонь.

— Спокойно, — говорит Лимон. — Этот под контролем.

Этот? В отличие от других, которые были не под контролем?

— Урок начнется через десять минут, — добавляет он.

— Какой урок? — выдавливаю я.

— Расписание у тебя на Килтер-планшете. Он на твоем столе.

Я еще секунду смотрю на огонь, потом скатываюсь с кровати и беру со стола предмет, похожий на огромный айфон. Он напоминает ту штуку, что была в руках у Анники вчера за ужином. Устройство сразу же включается, и на экране мерцают шесть слов, написанных синими буквами:

«Синус Хинкль, первый год, первый семестр».

— Он может распознать тебя по любой части тела, — замечает Лимон.

— Что-то вроде считывания отпечатков пальцев? — спрашиваю я, глядя, как синие буквы гаснут.

Лимон вытаскивает собственный Килтер-планшет из кармана джинсов. Показывает мне темный экран, потом кладет устройство на пол и нажимает на него пальцем ноги. На экране загораются шесть синих слов:

«Лимон Оливер, первый год, первый семестр».

— Тебя на самом деле зовут Лимон? — спрашиваю я.

Лимон не отвечает. Он поднимает с пола планшет и возвращается к горящей мусорной корзине, которая теперь снова под контролем. На столе у него лежат пачка яиц и пакет с хлебом, оба открытые.

Пока он готовит, я вожусь с мини-компьютером. Дотрагиваюсь до вращающегося конверта с подписью «K-mail», и на экране высвечивается около дюжины непрочитанных сообщений. Я открываю то, у которого в теме указано «Хинкль С., расписание».

— Биология? — читаю я. — Математика? Изобразительное искусство?

Эти предметы не сильно отличаются от тех, что я проходил в средней школе Клаудвью.

Мое сердце падает — но через мгновение начинает радостно биться. Значит ли это, что я вернусь в Клаудвью? И все эти предметы помещены в расписание затем, чтобы я не сильно отстал?

Эта мысль так приободряет меня, что я даже выуживаю из сумки чистую футболку и джинсы и переодеваюсь. Костюм я вешаю в шкаф, чтобы он не помялся еще сильнее, — на случай, если мне когда-нибудь снова придется его надеть.

Я расправляю на вешалке белую рубашку и тут вспоминаю о запонках-роботах. Их до сих пор нет. Я спрашивал у работников Кафетерия, не попадались ли они им на глаза, но они не попадались. Ума не приложу, как я ухитрился их потерять, — я теребил их за несколько минут до их исчезновения и после этого даже не ерзал на стуле.

Закончив с готовкой, Лимон несет мусорную корзину в ванную и включает воду. Я бросаюсь к телефону и нажимаю на «вызов».

— Горячая линия для горячих голов, — говорит женский голос. Кажется, тот же самый, что и вчера.

— Привет, я звоню, чтобы сообщить о… — я замолкаю. О чем я хочу сообщить? — Ну, у меня есть… то есть были… такие запонки. Мне их папа подарил на день рождения, и я вчера их надел на ужин, а потом они исчезли.

— Ты смотрел на них, а в следующую секунду они растворились в воздухе? Прямо у тебя на глазах?

Я понимаю, что это прозвучит по-дурацки, но говорю:

— Значит, ты думаешь, что их кто-то украл?

— Ты хочешь сообщить о краже?

В ванной теперь тихо. Боясь, как бы Лимон не услышал, я прижимаю трубку ко рту, заслоняю ее рукой и понижаю голос.

— Я не знаю, что именно случилось, я просто…

— Симус Хинкль, — громко говорит женщина, как будто диктует мое имя кому-то, кто сидит с ней в одной комнате. — Стукачество первой степени!

Слышится щелчок, и она отключается.

Лимон возвращается в комнату с дымящейся мусоркой. Он кидает поверх черной мокрой кучи пустую одноразовую тарелку, берет со стула рюкзак и засовывает ноги в мокасины.

— Погоди! — Я кладу телефон на место и мечусь по комнате, хватая кроссовки, планшет, тетрадку и ручку. К тому времени, как я запираю за собой дверь, Лимон уже заворачивает за угол. — Я с тобой!

Он не останавливается, но замедляет шаг. Я нагоняю его, и мы вместе выходим из корпуса во внутренний двор. Мы не разговариваем, и я этому только рад — я наслаждаюсь неожиданно выпавшей мне возможностью снова дышать свежим воздухом, слушать пение птиц и наслаждаться красками осени. Листья всегда такие красивые? Надо будет спросить у мамы.

— Ты связывался с родителями с тех пор, как сюда попал? — спрашиваю я. Мы заходим в трехэтажное здание. Своими гладкими деревянными стенами оно напоминает мне домик для лыжников где-нибудь в горах.

— Не-а, — отвечает Лимон.

Это все, что он успевает сказать, прежде чем войти в класс. Я следую за ним. Лимон шаркающей походкой проходит мимо парт и устраивается на диване в глубине комнаты, а я выбираю себе место во втором ряду. Я бы сел на первый ряд, чтобы произвести на учителя хорошее впечатление, но там больше никто не сидит, и мне не хочется выделяться.

В класс заходят другие ребята. Большинство из них — мои ровесники, есть несколько человек на пару лет помладше. Они занимают свои места и выкладывают на стол ручки и тетрадки. Мне интересно, что натворили все эти ребята, прежде чем сюда попасть.

Согласно расписанию, урок должен начаться ровно в девять. Я наблюдаю за секундной стрелкой на часах, висящих над дверью. В восемь часов пятьдесят девять минут мой пульс убыстряется. В восемь часов пятьдесят девять минут тридцать секунд к лицу приливает кровь. В восемь часов пятьдесят девять минут пятьдесят пять секунд я вытираю рукавом пот со лба.

Когда секундная стрелка приближается к двенадцати, я сжимаюсь в ожидании пронзительного звонка. Сейчас строгий учитель должен рывком распахнуть дверь и войти в класс. Так начинается день с мистером Карлтоном, нашим учителем в Клаудвью, — а он в ответе за самых обычных, довольно послушных детей. Как знать, насколько суровым окажется учитель в школе для трудных подростков? Может, он будет кричать на нас? Или задаст нам домашнее задание, над которым придется сидеть всю ночь? Или…

Дверь открывается. Я задерживаю дыхание, но звонка нет. Нет и строгого сердитого учителя. Вместо него я вижу высокого парня, который выглядит так, будто только что проснулся.

— Привет! — говорит он.

Я думаю, что сейчас он сядет вместе с нами за парту, но он подходит к доске, плюхается в кресло и зевает. Я вспоминаю, что Анника вчера мне его представляла, — кажется, его зовут Гарольд. На нем линялые джинсы, оранжевая футболка с двумя скрещенными кулаками и летные очки. Светло-русые волосы достают до плеч; они все перепутались, словно он целую неделю их не расчесывал.

Не снимая очков, он водружает на стол спортивную сумку и копается в ней. Когда он извлекает на свет плюшевого единорога, позади меня раздается стон.

— Как вам это удалось? — спрашивает какая-то девочка. — Я же так хорошо его спрятала!

— Видимо, недостаточно хорошо. — Гарольд замахивается и бросает единорога. Он приземляется перед девчонкой с короткими светлыми волосами. — Десять штрафных очков Гудини, Гэбстер — ноль.

Следом он вытаскивает из сумки комикс.

— «Бетти и Вероника», двойной выпуск? Даже не знаю, стоит ли это возвращать! — Легким движением руки он запускает журнал в воздух, и тот ложится на стол перед мальчиком с торчащими черными волосами, который хлопает себя журналом по лбу. — Еще десять очков мистеру волшебнику, Эйбу — ничего.

Он достает из сумки айпод, связку ключей и свитер. Фрисби, игрушку-пружинку и скакалку. Продолговатая зажигалка в виде спички достается Лимону. Ребята улыбаются и хмурятся: они рады, что получили свои вещи обратно, но раздосадованы тем, что перед этим их лишились. Я пытаюсь понять, что происходит; тем временем Гарольд, который, судя по всему, любит, когда его называют Гудини, вытягивает из сумки зеленую ленту. Он зажимает пальцами один конец и поднимает ленту.

— Элинор-Элинор. — Он качает головой. Я поворачиваюсь на стуле и вижу, как по проходу идет девочка с рыжими волосами и глазами медного цвета. — Совсем не так трудно, как я надеялся, — говорит ей Гудини.

Она берет ленту и возвращается на место. Когда она проходит мимо меня, я пытаюсь ей

Источник:

litread.info

Бернс, Т.Р. Гнилое яблочко

Т. Бернс - Гнилое яблочко

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.

Описание книги "Гнилое яблочко"

Описание и краткое содержание "Гнилое яблочко" читать бесплатно онлайн.

Каждый вторник, в День рыбных палочек, ровно в 11:17, на уроке математики, я поднимаю руку и делаю очень важное объявление.

— Симус Хинкль, — произносит мистер Макгилл, разглядывая меня поверх своих пыльных очков, — чем обязан?

— Мне нужно в уборную, — говорю я.

— А мне нужно навсегда уехать в отпуск на тропический остров. Такая возможность предусмотрена?

Так мистер Макгилл представляет себе шутку. Не плохо для учителя математики, который забавы ради запомнил наизусть число «пи».

— Урок почти окончен, — продолжает он. — Не трудитесь возвращаться.

А так я представляю себе идеальный ответ. Макгилл, как и мои одноклассники, кажется, не вспоминает, что точно такой же диалог происходил между нами уже много раз. Иногда мне кажется, что было бы неплохо стать более запоминающейся личностью, но во вторник утром, если тебя никто не помнит, это только на руку.

Все идет без сучка без задоринки неделю за неделей, пока мы не узнаем, что мистер Макгилл принимал ванну и уронил в воду свой калькулятор. Судя по электронному письму, которое приходит всем ученикам, калькулятор больше не умножает и Макгилл берет выходной, чтобы его починить.

И к нам на замену приходит учительница.

Ее зовут мисс Парципанни. У нее кудрявые светлые волосы, большие голубые глаза и тяжелый случай нервного перевозбуждения. К 10:45 она роняет и ломает восемь кусков мела. В 10:57 она хлопает одной тряпкой о другую, чтобы их почистить, и чуть не задыхается в густом белом облаке. В 11:09 она просит помочь ей настроить проектор и, когда не находится ни одного желающего, зажимает пальцами переносицу, чтобы не расплакаться.

Мне жалко ее, но я не могу не попробовать извлечь выгоду из ее состояния. В День рыбных палочек каждая секунда на счету, так что в 11:15 — на две минуты раньше обычного — я поднимаю руку.

— О. — При виде меня мисс Парципанни хватается за край доски, будто боится упасть. — У тебя есть вопрос?

— Мне нужно в уборную, — говорю я.

— Но до конца урока, — она перерывает стопку бумаг, большая часть из которых ускользает из ее пальцев и падает на пол, — всего семь минут.

Я беру рюкзак и начинаю собираться.

— Не беспокойтесь, я пойду на ланч прямо оттуда.

Я замираю. Мисс Парципанни широко распахнула глаза и смотрит на меня, приоткрыв рот. Мне кажется, что ее сейчас стошнит в корзину для бумаг мистера Макгилла, но мисс Парципанни расслабляется и закрывает рот.

— Ты не пойдешь, — повторяет она, на этот раз более твердо.

— Но я всегда так делаю. Каждый вторник в это самое время.

— Тебе надо посещать уборную каждый вторник в одно и то же время?

Я понимаю, что это звучит действительно странно, если задуматься.

— И правда, — говорит тихий голос позади меня. — С чего бы это?

— Он малыш, описается еще, — произносит другой голос, и класс наполняется шепотом и смешками.

Я знаю эти голоса. Они принадлежат тем самым мальчишкам, которых я стараюсь опередить.

— Пожалуйста, — я чувствую, как мое лицо краснеет, — мне действительно надо идти.

— Ну прости. Если ты ждал так долго, можешь подождать еще несколько минут.

Мне, как всегда, чертовски везет. Похоже, сказать «нет» — единственное, в чем мисс Парципанни ощущает себя компетентной.

Я стою, не понимая, что делать. Часть меня хочет рвануть к двери, но другая часть, более сильная, приковывает меня к полу.

Поэтому я сажусь обратно на стул. Смотрю, как секундная стрелка описывает круг на циферблате настенных часов. В 11 часов 19 минут 45 секунд я закидываю рюкзак на плечи и застываю в низком старте возле своей парты, выставив ногу в проход.

Звенит звонок. Я срываюсь с места — и тут же застреваю в толпе девчонок. Я поворачиваю налево, но девчонка слева перекидывает волосы через плечо, и они хлещут меня по глазам. Я поворачиваю направо, но девчонка справа набирает эсэмэс и загораживает собой узкий проход возле стены. Я пытаюсь протиснуться по центру, но девчонки тесно сбились в кучку, как будто зацепились друг за друга своими сверкающими ремнями и серебристыми кольцами в ушах.

Наконец девчачья стайка неспешно сворачивает во внутренний дворик, и я стремглав бросаюсь мимо. Я бегу так быстро, как только могу, но коридор переполнен. К тому времени, как в поле зрения показывается буфет, уже 11:25, и я на четыре минуты отклоняюсь от расписания.

Я врываюсь в дверь и резко торможу. Все даже хуже, чем я боялся. В очереди стоит по меньшей мере тридцать ребят — тридцать человек, которых я должен был опередить. Вот почему я каждый вторник ухожу пораньше с математики — чтобы получить фору.

И замыкает колонну мой злейший враг, мой непримиримый противник, мой самый страшный кошмар — по крайней мере, в ночь на вторник.

Он сочетает в себе все, чего у меня нет. Высокий. Сильный. Способный при довольно скудном словарном запасе разрешить переговорами любой спор. В целом мире есть всего одна вещь, которая объединяет меня с Бартоломью Джоном.

И не просто какие-нибудь рыбные палочки. Те самые рыбные палочки, которые готовят леди Лоррэйн и работники столовой в средней школе Клаудвью, хрустящие снаружи, слоистые внутри и с послевкусием, которое длится несколько суток.

— Хочешь подъемник? — спрашивает Алекс Ортис, дружок Бартоломью Джона, когда я встаю позади них. Он кладет одну руку на другую ладонями вверх и приседает.

— Или ракетную установку? — не оборачиваясь, бросает Бартоломью Джон.

Все это время я стоял на цыпочках, пытаясь разглядеть, что творится впереди, и теперь опускаюсь на пятки. Я не отвечаю им. Они от меня этого и не ждут. Все мы знаем, что суть не в этом.

Путь до буфетной стойки занимает одиннадцать изнуряющих минут. Я стараюсь расслабиться, принюхиваясь к успокаивающим ароматам соленого и жирного, но это только напоминает мне о том, чего я, скорее всего, лишусь.

— Сегодня день рыбных палочек? — громко спрашивает Бартоломью Джон, когда подходит его очередь. — Алекс, ты знал, что вторник — день рыбных палочек?

— Не-а. Какой неожиданный сюрприз!

Этот разговор затеян ради меня. Несколько недель назад, в начале года, случилось неприятное происшествие: Бартоломью Джон наполнял свою тарелку последними рыбными палочками, и я попытался стянуть несколько штук с его подноса. Тогда Бартоломью Джон поднял невероятную шумиху (что было очень в его духе): пожаловался леди Лоррэйн, дежурным по столовой и даже директору на то, что я появился откуда ни возьмись и отпихнул Бартоломью, чтобы стащить его еду. Для пущей жалости он добавил, что его семья не может позволить себе ходить в кафе и он специально откладывал свои скудные карманные деньги, чтобы угоститься ланчем из буфета.

Ничего, что если бы я попытался отпихнуть его, то меня отбросило бы на пол с огромной силой? Ничего, что родители Бартоломью юристы? Из-за его вранья мне пришлось впервые в жизни остаться в школе после уроков. Единственная хорошая новость состояла в том, что Бартоломью Джон, похоже, забыл об этой истории. Так было до сегодняшнего дня.

Черт бы побрал эту мисс Парципанни!

— Эта порция — просто пальчики оближешь, — говорит леди Лоррэйн, вороша лопаткой палочки на подносе. — Отвлеклась на крысу размером со штат Техас и забыла, что они у меня на огне.

— Просто фантастика! — Бартоломью Джон набрасывается на палочки, которые леди Лоррэйн сгребает ему на тарелку, и запихивает их в рот.

У меня прямо сердце сжимается, когда она накладывает ему еще порцию, и еще, и еще. Бартоломью Джон опустошает тарелку с той же скоростью, с какой леди Лоррэйн ее наполняет. Мне удается сдерживать панику — до тех пор, пока не становится видно блестящее от жира дно подноса. Тогда меня бросает в жар — как будто меня самого засунули во фритюрницу леди Лоррэйн.

— Там еще осталось, — замечает она, сгребая с подноса последнюю палочку.

Я обмахиваюсь пачкой салфеток, как веером. Бартоломью Джон рыгает. Это не слишком-то вежливо, но внушает надежду: мой опыт говорит, что, какими бы восхитительными ни были рыбные палочки, человеческий желудок все равно может вместить какое-то конечное их количество.

— В следующий раз будут только через неделю. — Леди Лоррейн ставит на стойку новый поднос.

Я отрываю взгляд от рыбных палочек и смотрю на Алекса, который показывает пальцем в угол кухни.

— Волосатая? — продолжает он. — С хвостом, огромным, как лассо?

— Именно так, — мрачно отвечает леди Лоррэйн. Она срывает с головы сеточку для волос, хватает лопатку и поворачивается.

На секунду я и вправду верю, что Алекс увидел крысу. Я так поглощен зрелищем, как леди Лоррэйн подкрадывается к пустому углу, что едва не упускаю из вида выходку Бартоломью Джона.

Эта книга стоит меньше чем чашка кофе!

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.

Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Гнилое яблочко"

Книги похожие на "Гнилое яблочко" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.

Все книги автора Т. Бернс

Т. Бернс - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Т. Бернс - Гнилое яблочко"

Отзывы читателей о книге "Гнилое яблочко", комментарии и мнения людей о произведении.

Вы можете направить вашу жалобу на или заполнить форму обратной связи.

Источник:

www.libfox.ru

Бернс, Т.Р. Гнилое Яблочко в городе Томск

В нашем интернет каталоге вы можете найти Бернс, Т.Р. Гнилое Яблочко по разумной цене, сравнить цены, а также найти другие книги в категории Детская литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Транспортировка может производится в любой город РФ, например: Томск, Улан-Удэ, Ярославль.